Лед под колесами трещал так, что я машинально проверял, не приоткрылась ли дверь. Мы ехали по руслу замерзшей реки уже третий день.
В Москве это назвали бы подвигом, а здесь - нет.
Чем дольше я общался с жителями Марково, тем сильнее понимал: слово "подвиг" часто нужно не тем, кто живёт на Севере, а а нам - изнеженным горожанам, чтобы потешить свое самолюбие.
Я ожидал увидеть суровое выживание на краю света.
А нашел место, где люди живут так, будто иначе и быть не может, и смотрят на наши "автопутешествия" с легкой усмешкой.
Когда мы въехали в поселок, местные посмотрели на мой обледенелый, подготовленный джип спокойно. Без восторга. Один мужчина подошел, смахнул снег с капота и деловито спросил:
— Ну как там на щучьем повороте? Наледь проскочили или в объезд пошли?
Я даже не сразу понял, что это не ирония. Никакого пафоса.
Никаких "ты герой".
Для меня это было серьезное автопутешествие, а для него - вопрос логистики: проедет ли завтра автолавка с продуктами.
И в этом спокойствии оказалось больше силы, чем во всех моих наклейках на машине.
Кстати, после этой поездки я окончательно понял разницу менталитетов.
В городе машина - это статус и комфорт. На Севере машина - это капсула жизни. Там другие правила.
Маршрут зимника обычно идёт цепочкой населённых пунктов Анадырь - Краснено - гмс Танюрер - Усть‑Белая - Снежное - Марково.
Часами видишь только снежное полотно. Деревья в тундре обычно невысокие, спрятанные в сугробы.
И вдруг Марково. Здесь особенный микроклимат.
Настоящий, густой лес. Лиственницы высотой с трехэтажный дом.
Стоя здесь, трудно поверить, что именно отсюда начиналось продвижение русских к Тихому океану.
На дворе 1649 год. Никаких карт, навигаторов.
Казак Семен Дежнев с отрядом выжил после кораблекрушения.
И потом они несколько недель шли на лыжах через горы, таща нарты на себе.
Мы же ехали сюда на джипе с печкой и считали себя героями.
Они шли пешком в неизвестность и просто делали работу.
Чувствуете разницу в масштабе личности? Мы измельчали.
В такие моменты особенно остро понимаешь, что Север - это не край земли, а точка, откуда начиналась большая история.
Такое же чувство у меня было на Витиме, где люди до сих пор работают внутри льда.
Забор из американской стали
Гуляя по поселку, я заметил странный забор у одного из домов.
Металлические полосы с перфорированными отверстиями, явно не из строительного магазина.
— Интересный дизайн, - заметил я хозяину дома, который чистил снег во дворе.
Он усмехнулся, опираясь на лопату:
— Дизайн? Это история, парень. Это же "трапы" аэродромные. Американские.
— Откуда они здесь?
— Так Алсиб же. В 42-м здесь аэродром строили, чтобы самолеты из Аляски нам перегонять. Вот и правим заборы из "трапов". Сталь-то на века делали.
Все встало на свои места.
Марково в 1942 году стало важнейшим узлом легендарной трассы «Аляска - Сибирь». Аэродром возводили в дикие сроки, всем миром, чтобы наши летчики могли перегонять технику для Победы.
В городе эту историю давно бы сдали в металлолом или огородили красной ленточкой в музее. А здесь история продолжает работать.
Прошлое не под стеклом, оно под ногами и в быту.
Это и есть уважение к вещам, которого у нас нет.
Здесь живут чуванцы - потомки тех самых казаков Дежнева и местных народов. В их лицах видишь черты Севера, а слышишь чистую, красивую русскую речь.
Я поделился с местным жителем страхами насчет обратной дороги. Он ответил просто:
— Дорога - она и есть дорога. Не спеши, и доедешь. А если что - вытащим.
В этой фразе - вся суть.
У кого гараж теплее?
Зимой жизнь в Марково строится вокруг тепла. В городе гараж - это склад старых лыж и хлама. Здесь гараж - центр мира.
Он обязан быть теплым.
Если теплого бокса нет, машину не глушат месяцами.
Отсюда суровое правило: здесь боятся не заглохнуть, а остаться одному.
Но одному здесь остаться не дадут.
Зимник диктует правила
В городе мы привыкли жить по расписанию.
Здесь ритм задает Погода.
Мы планировали уехать через два дня.
Хозяин дома, где мы остановились, посмотрел в окно:
— Не стоит. Передают пургу. Дорогу заметет.
— Но нам нужно на работу, сроки! - попытался возразить я.
Он ответил спокойно:
— Работать будете, когда доедете. Поедете в пургу - придется искать вас, когда снег сойдет.
В этот момент меня накрыло.
Все наши городские «срочно» и «важно» здесь выглядят смешно. Человек должен подстраиваться под природу, а не наоборот. Мы об этом забыли, а они помнят.
Похожие чувства описывал мой друг в Гренландии - когда понимаешь, что человек подстраивается под природу, а не диктует ей свои условия.
Почему отсюда не уезжают?
Многие спрашивают: зачем жить там, где огурцы по 1600 рублей?
Я понял ответ, постояв у храма Николая Чудотворца.
Как мне сказала одна женщина:
— А где еще так спокойно? Здесь все свои. Дверь можно не запирать. Если беда - придут все. Это наша земля.
Обратный путь дался тяжело.
Но я ехал и думал: мы вернемся в человейники, где не знаем имен соседей по лестничной клетке. А в Марково люди так же будут топить печи и вытаскивать друг друга из сугробов.
Мне показалось, что на Севере люди спокойнее не потому, что сильнее физически. А потому, что они знают: их не бросят.
Я не призываю всех переезжать в глушь.
Но эта поездка напомнила мне: настоящая уверенность - это не счет в банке. Это знание, что если ты застрянешь, друг приедет с тросом.
А теперь честно: если у вас завтра что-то случится, сколько соседей реально придут вам на помощь?
P.S. Передать словами масштаб зимника трудно - это надо видеть и слышать. Короткие видео с дороги (тот самый треск льда) и моменты, которые не вошли в статью, я выложил у себя в телеграм-канале Путешествия со смыслом / Алексей Жирухин. Там Севера еще больше, заходите греться.