"... - Как хорошо вечером принять ванну, - с улыбкой произнёс он, - она так расслабляет...
При этом Андрей подошёл к Ларисе, которая наводила порядок на письменном столе, хотел обнять её, но она сделала шаг в сторону.
- Ступай отдыхать, Андрей, у тебя много работы. Избирательная кампания - это серьёзно ..."
Читайте: Мамочка моя
Воспользоваться фотоаппаратом Лариса смогла, когда Андрей пошёл в ванную. Вечерами, чтобы расслабиться, он любил набрать полную ванну тёплой воды. Лежал в ней и о чём-то думал.
Лариса не мешкала ни секунды. Правда, руки дрожали, даже тряслись, но она открыла папку и начала делать снимки, прислушиваясь к каждому звуку. Бояться было нечего, ведь Андрей обычно долго не выходил из ванной. Успев сделать большое количество снимков, Лариса вернулась в комнату и заплакала. Хорошо, что в этот тёплый летний вечер Надя ушла гулять с подругами и не видела маминых слёз. Ларисе вспомнилась одна из игр КВН, когда ребята, и Андрей в том числе, разыгрывали сценку о том, как жена собирала компромат на мужа. Тогда Лариса и предположить не могла, что пройдёт время - и ей придётся воплотить написанную ей же сценку в жизнь...
Когда муж вышел из ванной, он не спешил к себе в комнату, которая уже давно стала его кабинетом. Андрей открыл дверь в комнату Ларисы, зная, что та одна.
- Как хорошо вечером принять ванну, - с улыбкой произнёс он, - она так расслабляет...
При этом Андрей подошёл к Ларисе, которая наводила порядок на письменном столе, хотел обнять её, но она сделала шаг в сторону.
- Ступай отдыхать, Андрей, у тебя много работы. Избирательная кампания - это серьёзно.
- Вот именно, - согласился он. - Поэтому мне нужны положительные эмоции. Да и тебе они тоже не помешают.
Он снова попытался обнять её, начал шептать, как соскучился, как любит её, но Лариса ответила с сарказмом:
- Андрей, при твоём заболевании чрезмерные физические усилия противопоказаны. Они могут пагубно сказаться на твоём здоровье. Что ты тогда будешь делать?
Муж осёкся и сделал шаг назад, словно сам только что вспомнил, что болен. Он усмехнулся и, прищурив глаза, процедил сквозь зубы:
-Ты права, мне сейчас нужно думать о другом, а "этим" мы ещё успеем заняться. Проведём с тобой вместе время, когда вся эта предвыборная гонка останется позади.
Здесь он схватился за левый бок и начал кряхтеть, что у него снова внутри всё ноет и что нет ему, бедному, покоя ни днём, ни ночью.
- Вроде с правой стороны у тебя болело, - с усмешкой заметила Лариса. На что Андрей преспокойно ответил:
- У меня от этой жизни и бесконечных проблем всё нутро болит. Слева у нас сердце вроде? Значит, надо и его проверить. Колет что-то, хотя это и понятно. Нагрузки мой организм испытывает сейчас нешуточные. Пойду к себе и попрошу меня не беспокоить.
- Слушаюсь и повинуюсь, - ответила Лариса, едва сдерживая смех. Андрей старался держать марку и говорил с ней тоном большого начальника.
Как только муж ушёл, она присела на свою кровать, размышляя о том, когда же закончится весь этот цирк. Лариса и Надя занимали одну комнату на двоих. Конечно, им хватало и общего письменного стола и двух односпальных кроватей, но Ларисе хотелось хоть немного своего, личного пространства. Она больше всего мечтала сейчас о том, чтобы "развязать руки" и жить спокойно. Андрею она ничего плохого не желала, но уже дошла до той черты, когда её воротило от одного его вида. Она не знала, будут ли они вместе с Иваном (по тому, как эмоционально он разговаривал с женой было ясно, что точка в их отношениях ещё не поставлена), но ей хотелось свободы и спокойствия больше всего на свете...
... Прошло всего несколько дней, когда Лариса встретилась с Иваном. Закончив работать, она только успела выйти на улицу, как её догнал подполковник.
- Добрый день, Лариса! Я снова в строю! - сказал приветливо он.
- Иван Павлович, - только и смогла произнести Лариса. Ей показалось, что мир снова настроен к ней доброжелательно. Нравился ей подполковник, очень нравился... Она, стараясь не выдать своего волнения, спросила: - Как Вы себя чувствуете?
- Со мной всё в порядке. Лучше скажите мне, как Вы? Муж не угрожал Вам?
- У меня всё по-прежнему, - ответила она, а потом призналась, что сделала снимки, добавив, что этим хочет себя обезопасить.
- Смею Вас огорчить, Лариса, но, скорее всего, фотографии не выйдут качественными. Вряд ли можно будет разобрать хотя бы одно слово. Но Ваш муж, как я понял, труслив, возможно, что только этого будет достаточно, чтобы испугать его. Только Вам нужно дать ему понять, что копии снимков хранятся в нужном месте. И если с Вами что-то случится, им будет дан ход.
- Как у Вас дела с разводом? - спросила Лариса. Почему-то ей казалось, что жена подполковника против расторжения брака. Но Иван Павлович спокойно ответил, что дело продвигается.
- Заявление подано. Жду положенное время. Думаю, что препятствий не возникнет. Вот только к психологу на приём попасть не смог. Вы уж не обижайтесь. Так всё завертелось, что не до этого было.
- Иван, скажите мне, пожалуйста, кто на Вас напал, - попросила Лариса, но подполковник не захотел развивать эту тему.
- Пока я не стану ничего говорить. Думаю, что так для Вас будет лучше. Поверьте мне на слово.
Лариса больше ни о чём не спрашивала. Они прошлись по улице, договорившись, что она составит с мужем разговор в ближайшее время. В противном случае толку от снимков не будет. Они важны сейчас, когда избирательная кампания идёт полным ходом.
...Когда Надя ушла на улицу, Лариса зашла в комнату к мужу, но тот, даже не взглянув в её сторону, попросил оставить его одного.
- Ты видишь, Лариса, что я работаю? У меня сейчас важные дела. Не до разговоров! - заявил он так, как будто был командиром, а Лариса исполняла роль солдата, готового выполнить любой боевой приказ.
Лариса не сдалась и не вышла из комнаты, а выдала всё то, что тяжким грузом лежало у неё на душе:
- Нет, Андрей! Мы прямо сейчас расставим все точки над "і". Я поверила тебе, когда ты сказал о своей болезни. Мне казалось, что такими вещами просто нельзя шутить. Но ты, как опытный кавээнщик, смог меня обмануть и показал ложный диагноз. Хотел надавить на жалость. Знал ведь, что я не брошу тебя в беде, не оставлю. Просто не смогу так поступить. На самом деле, Андрей, ты здоров! Занимаешься своими "делишками", а болезнь - это всего лишь прикрытие.
Андрей встал, а потом медленно вышел из-за стола, снимая очки. Он направился в сторону Ларисы:
- Кто тебе это сказал? Полковник твой, с которым ты у меня шашни за спиной крутить вздумала, пока я с утра до вечера работаю? Мне всё известно, ты не думай! Хочешь уйти от меня? Сбежать? Крылья за спиной выросли? Напомнить тебе, кем ты была? Или думаешь я забыл, что ты не через одни руки прошла, пока мне досталась?
- Побойся Бога, о каких "руках" ты говоришь? - спросила Лариса, едва сдерживаясь, чтобы не заплакать. - Ты ведь знаешь, что меня изна...
- Знаю, я всё знаю благодаря добрым людям в твоей деревне. Они и рассказали, как ты в лес специально бегала, чтобы шуры-муры крутить. А прикидывалась неприступной! Интересно, в курсе ли подполковник твоей бурной молодости? Хотя зачем я спрашиваю. Ты ведь и ему пыль в глаза пускаешь, добренькой прикидываешься.
Лариса взяла себя в руки, и, хоть каждое слово мужа резало её по сердцу, спокойно продолжила:
- Можешь оскорблять, можешь говорить всё, что тебе вздумается, но знай: я тоже о тебе многое знаю. Думаю, что избирателям будет интересно узнать, как их "обманывают".
У Андрея округлились глаза. Такой смелости и прыти от своей тихой жены он не ожидал. Но старался Андрей выглядеть уверенным, хотя испугался. Теперь он уже и не знал, чего ему можно было ещё ожидать от Ларисы.
- Что ты имеешь в виду?
- Копии всех твоих документов хранятся в надёжном месте. Если со мной что-нибудь случиться, им будет дан ход, - ответила она, а потом добавила: - И то, что подполковнику досталось от твоих людей, это мне тоже известно. Так что, Андрей, давай расстанемся тихо и мирно. Это будет лучше для нас обоих, но в первую очередь для тебя. Так ты сохранишь свою репутацию.
Андрей подошёл к столу и сел в кресло, словно обдумывая, как действовать дальше. Прошло минуты две и он заговорил:
- Сейчас развод испортит мне карьеру, так что до конца избирательной кампании мы останемся парой, а потом поступай так, как хочешь. Надеюсь, такой вариант тебя устроит?
- Вполне. Мы с Надей скоро уедем в пионерский лагерь. Начальник обещал устроить её в стройотряд. Так что никто тебе мешать не будет.
- Вот и хорошо, - кивнул Андрей, - а теперь, будь любезна, освободи мою комнату, мне нужно работать.
- С удовольствием, - ответила Лариса. Она уже закрывала за собой дверь, когда муж попросил её на минуту задержаться.
- Да, забыл сказать. В субботу поедем к моей матери, а в воскресенье - к твоей. Нужно сделать несколько снимков.
- Это ещё зачем? - удивилась Лариса.
- Мне нужны снимки, доказывающие, что я часто бываю на малой родине. Так сказать, помню родные корни, ведь сам являюсь выходцем из простой крестьянской семьи.
Лариса ничего не ответила. Она была согласна и на совместную поездку, и на снимки. У неё была только одна мечта: стать свободной, чтобы жить дальше без Андрея.
... И снова в деревне смотрели на неё с завистью и говорили о её "лёгком счастье", ведь никому не было известно, что скрывается за красивой картинкой.