В Средние века рыболовство, как и многие ремёсла, имело чёткую профессиональную организацию. Ловлей рыбы занимались не случайные крестьяне, а целые династии и корпорации рыбаков, передававшие своё дело из поколения в поколение.
Обычно рыбаки объединялись в небольшие общины или семьи, находившиеся под покровительством сеньора или короля. От этого зависело их положение — различали сеньориальных и королевских рыбаков. Первые снабжали рыбой стол своего феодала, вторые — выполняли заказы королевского двора. Но и те, и другие охотно ловили рыбу и на заказ, обеспечивая ею местных жителей, которые нередко скидывались, чтобы оплатить их труд.
В XV веке Людовик XI пожаловал хартию объединению из двадцати пяти королевских рыбаков Шера. Документ не только наделял их особыми правами — например, освобождением от некоторых налогов, — но и строго регламентировал их деятельность. Рыбаки могли ловить рыбу только днём, на ограниченных участках рек Йевр, Йевретт и Орон. Им разрешалось пользоваться сетями строго определённого размера — 20 или 10,5 туазов — с достаточно крупными ячейками, чтобы молодая рыба могла свободно ускользнуть. В их уловах должны были быть угри, гольяны, пескари, вьюны и другие мелкие виды. Малейшее нарушение этих условий грозило лишением всех привилегий. Зато за исправную службу рыбаки получали ежегодное жалованье — 14 турских ливров.
Интересно, что в отличие от других ремесленных цехов, королевские рыбаки, по-видимому, были равны между собой — не имели строгой внутренней иерархии. Ремесло наследовалось по прямой линии: старший сын автоматически становился преемником отца. Если же рыбак умирал, не оставив наследников, его место в корпорации передавалось другому кандидату — тому, кого одобряли все члены братства.
Чтобы вступить в это сообщество, нужно было пройти своеобразный обряд. Новичок приносил присягу Главному ловчему герцога Беррийского, платил вступительный взнос — не деньгами, а натурой, в виде мяса, устраивал угощение для новых товарищей и преподносил свиной окорок смотрителю герцогской тюрьмы. Лишь после этого он становился полноправным членом корпорации рыбаков — людей, для которых ловля рыбы была не просто ремеслом, а образом жизни, строго регулируемым законом, традицией и честью их сообщества.