Часть 10. Глава 81
…закрыл рот и часть носа, не давая издать ни звука, почти не давая дышать.
– Тихо! – прошипел Руслан ей прямо в ухо. – Ни звука! Ни одного! Поняла?
Девушка не могла кивнуть под его железной хваткой. Но её тело, сначала вздрогнувшее и напрягшееся в тщетной попытке сопротивления, вдруг обмякло, повисло в сильных руках, признавая превосходство силы. Только глаза, огромные, полные блестящих, непролитых слез, смотрели на него поверх ладони. В них была не только мольба, а еще немой вопрос, паника и полная капитуляция.
Пименов чуть ослабил хватку на ее рте, позволив воздуху со свистом ворваться в легкие, но нож остался на месте – безмолвное, неоспоримое доказательство власти.
– Кто ты такая? – спросил он, отчеканивая каждое слово, вдалбливая их в пространство между ними. – И что ты здесь делаешь, черт возьми?
Голос девушки, когда он наконец вырвался, был тонким, дрожащим, едва слышным шепотом.
– Лариса… Меня зовут Лариса Митрохина. Я… я здесь работаю. Экономкой.
– Экономка? – Руслан растянул рот, но усмешка вышла кривой, беззвучной и страшной, обнажив сжатые зубы. – Хозяева уехали, а ты тут в тишине всем распоряжаешься? Удобно.
– Нет! Я… клянусь, – её подгоняемая страхом речь стала чуть более связной. – Я живу здесь в гостевой комнате. Занимаюсь тем, что провариваю помещения, поливаю цветы, готовлю, убираюсь, стираю, глажу. Продукты вот покупаю. Раньше была тут горничной, но все уволились, потому хозяин…
– Чей это дом? – голос Пименова стал ледяным. – Говори быстро, четко.
– Климента Леонидовича Краскова, – выдохнула она. – Точнее, его мамы, Марии Викторовны. Но она… в отъезде. Уже больше месяца.
– А Климент? Где он сейчас? – поинтересовался Пименов.
Лариса вздрогнула всем телом, и Руслан почувствовал, как под его пальцами, лежащими рядом с лезвием, участился и забеспокоился ритм её пульса. Скачущий, как у пойманной птицы.
– Он в клинике имени Земского. Попал в аварию, когда был на работе.
– Кем работает этот Климент?
– Медбратом. Там же, в клинике имени Земского. А его мама – заместитель председателя комитета по здравоохранению. То есть, была раньше. Ну, может, остаётся в должности, я не знаю.
– Клиника имени Земского, значит, – повторил Руслан, словно пробуя слова на вкус, на вес, на скрытый смысл. – Давно он там?
– Несколько дней. После того, как его мама куда-то уехала, Климент вернулся в медицинский университет, стал усердно учиться, а потом попросился в клинику работать медбратом на «Скорой помощи». Их машина недавно попала в аварию.
Руслан почувствовал, как почва под ногами, уже зыбкая, превратилась в зыбучий песок. Его бегство, отчаянный прыжок в свободу, внезапно обрело новый, зловещий и невероятно сложный вектор. Он вдруг вспомнил, кто такая Мария Викторовна Краскова. Информация, почерпнутая им еще во время работы в прокуратуре, была теперь немного устаревшей, но по-прежнему важной: эта дама, носившая прозвище Клизма, являлась серым кардиналом комитета, очень опасная женщина c большими связями и огромными деньгами, полученными, разумеется, незаконным путём. «Если она свалила, оставив здесь сына, значит, у него есть деньги? – подумал Руслан. – Это способ бежать из страны и навсегда избавиться от преследования «Конторы». Да и от Ерофея тоже. Мог бы вытащить меня из-за решётки пораньше. Я столько всего сделал для его семьи!»
– Ты одна здесь? Сейчас? – его голос стал жестче.
– Да. Совсем. Больше никого нет.
Руслан кивнул, быстро соображая. Он должен был решить. Сейчас. Отпустить? Она выскочит за дверь, и через пятнадцать минут весь поселок будет оцеплен. Убить? Мысль, холодная и отвратительная, мелькнула, но он отшвырнул её. Он чувствовал себя почти загнанной в угол дичью, а не зверем.
– Туда, – приказал он, указывая ножом на стул. – Сначала положи пакет на пол. Медленно.
Лариса послушно выполнила, а потом села, сжавшись в комок, стараясь занять как можно меньше места, стать как можно менее заметной. Ее плечи тряслись.
– Слушай меня очень внимательно, Лариса, – начал Пименов. Его взгляд был пристальным, неотрывным. – Без повода не причиню тебе вреда. Твоя жизнь мне совершенно не нужна. Если ты смогла догадаться, я сюда забрался не для того, чтобы стащить чего-нибудь. За мной охотятся очень опасные люди. Мне надо где-то затаиться на время. Я думал, что этот дом заброшенный стоит. Оказалось, ты здесь. Так получилось. Если не станешь делать глупостей, то через какое-то время я уйду, и с тобой ничего плохого не случится. Поняла?
Лариса быстро-быстро кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Слезы, наконец, перелились через край и побежали по щекам, оставляя блестящие дорожки.
– Ты никому не скажешь, что видела меня. Ни полиции, ни соседям, ни по телефону подруге. Никому. Ты не позвонишь. Ты не выйдешь из дома без моего разрешения. С сегодняшнего дня и до того момента, как решу иначе. Поняла?
– Д-да…
Руслан оглядел кухню. Уютная, светлая, в холодильнике полно продуктов, а экономка принесла еще. Идеальное убежище.
– Где твой телефон? – спросил Пименов, внезапно сменив тему.
– В сумке… – её голос сорвался. – Осталась в прихожей.
Руслан нахмурился, вглядываясь в ее лицо, ища ложь в дрожании ресниц, в биении жилки на шее. Это звучало правдоподобно. Слишком для выдумки испуганной девушки.
– Хорошо. Мы сходим. Ты возьмешь телефон. И отдашь его мне.
Он взял её за руку и повел. В прихожей быстро нашел сумку. Внутри, под кошельком, лежал смартфон. Руслан выключил его и положил в карман.
– Теперь ты будешь готовить, – сказал он. – Я страшно проголодался.
Лариса, казалось, немного успокоилась, когда он убрал нож. Она, переодевшись под пристальным взглядом беглеца, начала готовить, её руки дрожали, но двигались уверенно. Руслан в это время сидел за столом. Он пил вино маленькими глотками и думал: «Климент Красков в клинике. Но вот вопрос: где хранит свои деньги? Понятно, что работа медбратом – это так, прикрытие, чтобы следственные органы пустить по ложному следу. Его мамаша ворочала миллиардами, на нее через подставных лиц были оформлены акции многих компаний, и сын не маленький, не мог быть не в курсе. Или всё-таки ничего не знал?»
Пименов решил, что ему следует добраться до клиники и поговорить с Красковым. «По душам». Но как? Он беглый заключенный, без документов, без денег, в чужой одежде. И теперь с заложницей.
– Лариса, – позвал он. – Как ты сюда добралась?
– На машине, ее мне Климент подарил.
– Где она?
– В гараже.
– Ключи?
– В прихожей, на специальной вешалке.
Руслан кивнул. Машина. Это решало проблему передвижения. Но Лариса…
– Ты поедешь со мной, – сказал он.
Девушка вздрогнула.
– Куда?
– В клинику Земского.
– Зачем?
– Не твое дело. Ты просто будешь сидеть за рулем. И если ты попытаешься что-то сделать, я… – он не закончил, но смысл был ясен.
Экономка опустила голову, медленно кивнула и вернулась к готовке. Вскоре ужин был готов. Руслан ел жадно, но осторожно, не отрывая глаз от Ларисы. Она ела мало, ее глаза были полны страха. После Пименов решил, что ему нужно поспать. Он не отдыхал как следует больше суток, и если не восстановить силы, ни о каком визите в клинику и речи идти не может. В таком, ослабленном виде, Ларисе ничего не будет стоить ускользнуть из его поля зрения, сообщить в полицию.
– Мы пойдем в спальню твоего хозяина, – сказал Руслан. – Ты будешь спать в кресле. Я – на кровати.
– Я… я не могу спать с вами в одной комнате, – пролепетала Лариса.
– Можешь. И будешь. Я не собираюсь оставлять тебя одну. И не думай, что стану тебя домогаться. Ты в этом смысле меня совершенно не интересуешь, ясно? А теперь скажи: в доме есть пластиковые стяжки? Ну, такие штуки, которыми связывают провода.
– Я знаю, что это такое, – заметила Лариса. – Они там, в нижнем ящике шкафа, – показала глазами.
– Доставай и передай мне. Только смотри, без глупостей.
Экономка выполнила приказ.
– Хорошо. Теперь шагай в спальню.
Пименов повёл ее по коридору, заставив идти впереди. В комнате соединил запястья девушки за спиной, усадил в кресло, пристегнул стяжками щиколотки к ножкам.
– Будет неудобно, знаю. Ничего, потерпишь. Если попытаешься что-то сделать, я услышу. У меня очень чуткий сон.
Он лег на кровать, не раздеваясь. Лариса замерла в кресле. Руслан закрыл глаза. Не получалось расслабиться. Его мозг работал, как часы. Клиника имени Земского. Красков. Это всё-таки шанс, им надо воспользоваться. В том, что Климент по-прежнему богат почти так же, как его мать, Пименова убедило одно обстоятельство: окажись студент нищим, не остался бы жить в таком доме. Да, большинство комнат законсервированы. Но отапливать их надо! А налоги платить? Потому всё очевидно: деньги у сына Клизмы имеются, и немалые. «Видно, он с мамашей своей так придумал: следователи с ног сбились, ее ищут, а сынуля сидит здесь и делает вид, будто не при чём. На самом деле наверняка выводит понемногу бабло за рубеж», – думал бывший прокурорский работник.
Сам того не подозревая, он погрузился в глубокий сон, а очнулся только утром, когда за окнами начало светлеть. Посмотрел вокруг. Лариса сидела в кресле, положив голову на спинку, и посапывала: видимо, заснула лишь под утро, когда нервная система наконец дала возможность расслабиться.
– Лариса, просыпайся, – сказал Руслан.
Лариса очнулась, глаза сразу же наполнились страхом.
– Не надо бояться, – предупредил Пименов. – Сказал же: мне нужна твоя помощь. Сейчас позавтракаем и поедем в клинику имени Земского. Навестим твоего хозяина Климента. Ты же собиралась сегодня его проведать, правильно понимаю?
– Да, – не стала отпираться Лариса.
– Вот и хорошо. Что касается меня, то я, пожалуй, натяну медицинскую маску. Если спросят, кто я такой, скажешь, что двоюродный брат из Твери. Приехал навестить, да боится заразиться, – говорят, грипп и так ходит, а тут клиника, мало ли что. Я всё подтвержу. И не пробуй даже кому-то подать сигнал, крикнуть и прочее. Не хочу тебя поранить или даже… Ты меня поняла?
– Да.
– Теперь давай, сообрази нам завтрак. Что-то сытное и калорийное.
– Только мне нужно… в уборную.
– Хорошо.
Руслан сначала отвёл девушку в отхожее место, затем, заставив ее встать к нему спиной, сам воспользовался помещением. После они проследовали на кухню, и Пименов снова занял наблюдательный пост, глядя на то, как девушка готовит им обоим. После того, как поели, – Лариса снова без малейшего аппетита, – экономка принялась собирать передачу для Климента: фрукты, соки, йогурты. Всё было куплено ей вчера.
Затем они прошли через коридор и оказались в гараже. Лариса открыла машину, села за руль. Руслан расположился рядом. Когда выехали, сказал, намекая на лежащий рядом нож.
– Клиника имени Земского, – сказал он. – И не вздумай что-то сделать.
Девушка завела двигатель. Автоматические ворота выпустили их из гаража, затем раскрылись распашные на границе участка. Руслан смотрел в окно. Он был вроде бы свободен. Но эта свобода оставалась иллюзией до тех пор, пока у него не появится возможность оказаться далеко от России, где его ни «Контора» не достанет, ни Ерофей, уважение к которому сильно пошатнулось.