Жизнь человеческая — она, как говорят, полосатая. То белая полоса, то черная. А у иного человека, скажем, Егора Гавриловича, она вся в мелкую клеточку, да еще и с заплатами. История-то у нас с вами будет судебная, канительная, с пунктиками и подпунктиками. Но я, по своему обыкновению, начну не с конца, а с начала. С того, отчего, собственно, этот самый Егор Гаврилович с супругой своей, Тамарой Семеновной, в судах закрутились, как белки в колесе.
Жили они, в общем, не худо. Поселились после свадьбы у родителей Егора, в добротном доме. Старик Гавриил, отец Егора, человек был хозяйственный, землю любил. Вот и выделил он молодым кусок землицы, участок в три сотки, на окраине. За тысячу целковых, по семейной скидке, так сказать, продал. Деньги, понятное дело, символические, для вида. Оформил все на сына, Егорку.
Тамара Семеновна, женщина энергичная, сразу загорелась: будем, говорит, дом строить, свой угол! Егор Гаврилович сначала тоже пылал желанием дом построить: деньги зарабатывал, материалы покупал. Начали строение возводить: фундамент, стены, крышу сделали. Уже и про внутреннюю отделку думали, планировали.
И, хотя на дом были траты немалые, машину купили, «Ладу», хоть и б/у, но свою. Жили.
Но характер, граждане, штука такая, его вот никак не спрятать и не скрыть. Стал Егор Гаврилович, что называется, «распускаться»: из дому пропадать, сомнительными делишками заниматься, на сторону заглядываться. А главное — пить. Не запойно, нет, а так, системно, «для настроения». Придет с работы, и вместо того, чтобы на стройке гвоздь забить, тянется к бутылочке.
Тамара терпела его вечные обещания «завязать», терпела пустые траты, терпела, что дом стоит, остовом сиротливым торчит. Дети растут в тесноте, у свекров, а он все свои отговорки выдает:
- Да чего ты пристала? Все у нас будет. Видишь, я устал, а с устаточки надо выпить стописЯт.
Но всему терпению есть предел. Однажды, вернувшись ночью в непотребном виде, Егор уронил этажерку с посудой, наследственной, Тамаркиной. И не извинился даже, а заорал:
- Чего тут понаставила, как в музее не пройти трудовому человеку.
Да и упал прямо в одежде на диван, уснул, захрапел, распространяя неприятные запахи сильно выпившего человека.
Тамара Семеновна посмотрела на осколки фаянса, на храпящего супруга, на детей, испуганно выглядывающих из-за двери, и поняла — все, такое не должно продолжаться. Это же какой-то кабак, а не семья. На другой же день подала на развод.
Егор оторопел.
- Да ты что, Томка? Из-за пустяков? Ну уронил полочку, побилась посуда. Полку я повешу, а посуда бьется к счастью.
- К моему счастью. Я поняла, где оно, счастье – без тебя, в разводе.
Мировой судья брак расторг, без лишних разговоров.
И вот тут, граждане, началась самая заварушка. Поначалу Егор махнул рукой:
- Живи как знаешь.
Но когда Тамара, через полгода, подала иск о разделе имущества, он аж за голову схватился. Как так? Участок? Дом недостроенный? Да это ж все папино, подаренное И машина он один на водил сам лично заработал на работе, Тамарка-то тут не при делах.
А чтобы совсем дело верным сделать, сбегал к отцу, Гавриилу. Тот, старый волк, хитро прищурился:
- Продай мне обратно этот участок, формально, за тысячу. Она, твоя-то, ничего доказать не сможет. Мы же родственники, мы внутри семьи дела решаем.
И составили они с отцом купчую, как раз когда суд по иску Тамары шел. Участок, выходит, снова стал папиным. Хитрая операция, как думали Егор и его папа.
В суде Егор развел руками:
— Какое совместное нажитое? Участок — папа мне продал, а я ему обратно перепродал. Машина — я один на трех работах горбатился. А это строеньице… так, сарайчик. И материалы папа подкидывал. Она, Тамарка, только пилила да требовала.
Тамара сидела, прямая как струна, и глаза у нее горели обидой и решимостью.
— Врешь все, Егор, — говорила она тихо, но так, что было слышно каждое слово. — И участок на общие деньги брали, с моей зарплаты тоже. И машину в кредит купили, который мы вместе гасили. И на стройку я каждую копейку несла. А ты нес на водку. И договор этот с отцом твоим — липа, чтобы меня обобрать. За тысячу рублей участок с домом! Да вы хоть в газете посмотрите, почем нынче земля!
И пошло-поехало. Суд первой инстанции, потом апелляция… Тамара требовала признать сделку с отцом недействительной — мол, злонамеренно совершена, пока шло разбирательство. Егор встречку заявил:
- Взыщите с нее половину расходов на обучение сына. Я платил, пусть компенсирует.
Судьи, люди серьезные, копали глубоко. Экспертов вызывали, те участок, сарайчик и «Ладу» оценили. Цифры вышли круглые: два с лишним миллиона за все, вместе взятое. Увидел Егор эти цифры — чуть со стула не рухнул.
- Да он того не стоит!
А суд, покопавшись в бумагах, все выяснил. И про то, что папа Гавриил сначала разделил землю, потом по доверенности одну часть продал налево, а другую — сыну. И про то, что согласие на продажу от мамы Егора было. Значит, все законно было изначально. А потом — бац — обратная продажа за смешные деньги в разгар тяжбы.
Председательствующий в апелляции так и сказал, глядя поверх очков:
— Действия ваши, гражданин Гаврилов-отец и гражданин Гаврилов-сын, квалифицируются как недобросовестные. Нацелены на вывод актива из-под раздела. Цена в тысячу рублей — это не рыночная цена, это цена сговора.
И порешили: все, что нажито — земля, недострой, машина — это общее, совместное. А совместное делится пополам.
Поскольку жить там вместе им все равно невмоготу, а Егор не против имущество за собой оставить, пусть выплатит Тамаре компенсацию — половину стоимости всего добра. И еще судебные издержки часть взыскали. А с Тамары — взыскали половину платы за обучение сына. Справедливость, она, знаете, обоюдоострая.
Егор, естественно, обжаловал, до кассации дошел. Ходил туда, мрачный как туча, с представителем. Кричал про нарушение прав, про то, что доказательства его не оценили.
А судьи кассационные, люди и вовсе невозмутимые, посмотрели на все это дело и вынесли определение: сухое, казенное, на нескольких листах. А суть его, если перевести с юридического на человеческий, была проста:
- Гражданин Гаврилов! Все ваши выкрутасы и папины хитрости — как ширма картонная. Видно из-за них все ваши маневры как на ладони. Суды все правильно решили: раз нажили в браке — делите. А ваша кассационная жалоба ни к чему не ведет. Оставляем все как есть. Кончай вертеться, исполняй решение.
….учитывая невозможность совместного использования долей в спорном имуществе бывшими супругами, фактическую неделимость спорного имущества и отсутствие возражений Егора против оставления за ним спорного имущества, судебная коллегия суда апелляционной инстанции пришла к выводу о возможности раздела общего имущества, путем выдела истцу 1/2 доли в этом имуществе в денежном эквиваленте в размере: 1 146 232 руб. - в счет 1/2 доли стоимости земельного участка; 607 456 руб. - в счет 1/2 доли стоимости объекта незавершенного строительства; 79 850, 5 руб. - в счет 1/2 доли стоимости автомобиля, и в связи с удовлетворением исковых требований Тамары в части взыскания с Егора денежной компенсации в счет 1/2 доли в совместно нажитом имуществе, пришла к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения ее требований о признании сделки купли-продажи недействительной и применении последствий недействительности сделки…
Вышел Егор Гаврилович из здания суда. В кармане — копия определения. Впереди — долг перед бывшей женой в размере без малого два миллиона. И участок с недостроенным домом, который теперь ему в горло стал. И «Лада», которая тоже половиной Тамариной обременена.
А Тамара Семеновна, планируя получить исполнительный лист после новогодних праздников, вздохнула с облегчением.
Все же она правильно поступила, чтобы знал Егор, что нельзя вот так, с бухты-барахты, жизнь семейную опошлить, а потом, с помощью родителя, все себе забрать. Закон, он, конечно, дело медлительное, а порой и смешное в своей бумажной волоките. Но когда упрется в факты да в человеческую подлость — шевельнется, поскрипит и все-таки ткнет носом, куда следует.
Вот такая, граждане, полосатая история. С моралью, с диалогами, и даже с кассационным определением в комплекте. Живите честно, не то суды замучают. Да и совесть, она, между прочим, тоже иногда просыпается. Хотя и редко.
*имена взяты произвольно, совпадение событий случайно. Юридическая часть взята из:
Определение Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 09.12.2025 N 88-10535/2025