В этой статье я постараюсь ответит на вопрос, как взаимодействовать с человеком, у которого систематически развивается недоверие к другим людям и ему кажется, что за ним следят или преследуют. Таких людей еще часто называют параноиками.
В системном и стратегическом подходе, интересуют коммуникативные процессы между «недоверчивым» человеком и его близкими, и есть определенные тенденции, которые могут помочь выстроить отношения с человеком, который всех подозревает.
Что не надо делать, если началась паранойя у близкого человека?
Практически всегда близкие друзья и родственники начинают с попыток вразумить человека, успокоить его, говорят, что ему нечего бояться, что у него нет причин для таких подозрений и что это он «преувеличивает». Родственники порой с раздражением призывают: «Ты должен подвергнуть эти идеи сомнению!». Эти попытки успокоить недоверчивого человека довольно распространены и тем не менее, в большинстве случаев оказываются неэффективными.
В лучшем случае, «подозрительный» человек просто почувствует себя непонятым своими близкими, поскольку он неоднократно сталкивался с опасностью со стороны окружающих. В худшем случае, он найдет еще больше поводов для подозрений во всех этих «успокаивающих» сообщениях.
Например, человек, убежден, что за ним следят и ему угрожает высокотехнологичная система, способная не только слышать каждую его мысль, но и контролировать сознание окружающих. Его родители постоянно повторяют: «Прекрати, этот бред, ничего этого не существует! За тобой никто не следит!». Такие слова «доказывают» ему, что система слежки взяла под контроль не только его мозг, но и мозг его родителей.
Что нужно делать близким если началась «паранойя»?
Когда я работаю с близкими человека, у которого есть подобные мысли, одним из первых шагов обычно является прекращение подобных разговоров, которые, как правило, парадоксальным образом «подпитывают бред», как описано выше. Это происходит потому, что близкие отрицают наличие проблемы. Однако, отрицание только подпитывает уверенность в слежке.
Что делают специалисты? Как они ухудшают ситуацию?
Психиатры, как правило, склонны к более косвенным методам вмешательства, задавая такие вопросы, как: «Когда вы начали в это верить?», «Что заставляет вас быть в этом уверенным?», «И когда вы говорили об этом со своими коллегами, вы замечали, что они странно на вас смотрели?», или «Как вы думаете, почему вы оказались в этой психиатрической больнице?».
Этот подход, хотя и менее явный и прямой, чем подходы семьи и друзей, тем не менее, является способом охарактеризовать восприятие человека, как результат психического заболевания и попытаться заставить его осознать необоснованность своих убеждений.
Что делать, если началась паранойя?
С клиентами, склонными к подобному поведению в своих мыслях и взаимодействиях с окружающими, важно не пытаться разубедить их в этом или вразумить их, даже косвенно. Напротив, я склонен поощрять их недоверие, в том числе недоверие, направленное против меня, чтобы избежать классической ловушки, когда чем больше недоверия испытывает человек, тем больше окружающие его успокаивают, и тем больше недоверия он испытывает, и так далее.
Недоверчивый человек часто посылает окружающим сигнал: «Вы можете и должны меня успокоить», а попытки решения проблемы со стороны семьи и специалистов обычно приводят к ответу: «Вам нечего бояться! Ваши подозрения в преследовании не обоснованы».
Поэтому я использую стратегический подход, который заключается в том, что я говорю клиенту: «Вы правы! У вас есть веские причины для недоверия!» или даже: «Вы уверены, что принимаете достаточно мер предосторожности и не относитесь ко всему слишком легкомысленно?».
Как обойти сопротивление в терапевтическом процессе?
Я могу заявить, что недоверие, выраженное клиентом, будет очень полезным в терапевтическом процессе, и поэтому очень важно, чтобы он оставался настороже, поскольку его критический дух является существенным ресурсом для того, чтобы терапия прошла в лучшем виде. Такой способ использования сопротивления позволяет опереться на потенциал ситуации и переосмыслить ее в конструктивном ключе.
Я, как стратегический психолог, разделаю мнение Милтона Эриксона о том, что «первое, что нужно сделать в психотерапии, - это не пытаться заставить человека изменить свой образ мышления. Лучше создать ситуации, в которых человек добровольно изменит свой образ мышления».
Часто я предлагаю таким клиентам особое секретное «оружие», которое поможет им «еще лучше защитить себя от врагов». Это секретное «оружие» представляет собой новые стратегии межличностного взаимодействия, которые, меняют восприятие и реакции окружающих, которые в свою очередь изменят восприятие человеком этих так называемых врагов, которые его окружают.
В заключении хочу отметить, что ситуации с людьми, которых называют «параноиками», часто очень сложны и требуют крайне осторожного и осмотрительного подхода.
Обращайтесь к стратегическому психологу! Я проведу вас сквозь препятствия к цели!
Автор: Олег Владимирович Сурков
Психолог, Панические-атаки-ОКР-фобии-депресси
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru