Было непривычно заботиться только о сыне и скрывать истинное настроение от мамы, свекрови и свёкра, но Света училась жить по-новому. Для того чтобы не погружаться в печальные размышления, освободившееся время она посвящала работе и на пределе сил вытянула горящий проект, который Семён предложил ей, предупредив, что миссия практически невыполнима.
Однако Света справилась, хотя для этого около недели пришлось довольствоваться короткими перерывами в сидении перед монитором и сном длительностью по паре часов в сутки. Выполнение проекта в авральном режиме не предвещало солидную премию, но и помогло отвлечься от краха семейной жизни. Женщина уже почти успокоилась и рассчитывала, что её праздник, стремительно приближавшийся, пройдёт спокойно, но за неделю до дня рождения получила уведомление о начале бракоразводного процесса.
В плохо контролируемой ярости она позвонила Павлу.
— Ты чего? Уже начал мне подарочки отправлять? Я вообще-то надеялась спокойно отпраздновать свою, как ты выразился, ягодную дату, а тут такой сюрприз.
Голос мужчины, с которым она фактически бок о бок провела столько лет, казался чужим.
— Ну, Светка, чего ты как маленькая обиженная девочка? Ты и так знаешь, что мы с тобой разводимся. Это просто официальное уведомление. Почему ты так остро реагируешь на обычную формальность? Необходимость расторгнуть наш брак уже решена, а у Олечки строгие принципы. Жить вместе со мной без штампа в паспорте ей не разрешают родители.
Как ни была зла Света, но от такого заявления даже расхохоталась.
— То есть просто спать с Олечкой с тобой нормально. Из семьи уводить тебя тоже ничего не мешает — ни строгие принципы, ни строгие родители. Но при этом сожительствовать ей с любовником нельзя. Потрясающая логика!
— Какая есть! — внезапно огрызнулся Павел, который и сам злился, но по другому поводу.
Едва Оля узнала, что его жена узнала про их отношения, как стала словно поддразнивать, провоцируя на более решительные действия. К тому же, привыкнув за долгие годы семейной жизни к определённому уровню комфорта, сейчас он страдал из-за необходимости самому обеспечивать себя едой, чистой одеждой и прочими бытовыми мелочами, о которых так незаметно заботилась жена.
— А чего сразу в суд? — возмутилась Света. — Почему ты не пожелал даже попробовать нормально, как люди, не чужие в прошлом, договориться?
Голос Павла зазвучал ещё менее убедительно.
— Ну, у нас же столько общего имущества. Надо, чтобы всё по-честному получилось, а то ты, наверное, побольше кусок попытаешься урвать.
Свету переполнило негодование. Она почти кричала.
— Это сам придумал или премудрая советчица подсказала?
— Что за допрос, Светлана Батьковна? — попробовал отшутиться Павел, назвав жену домашним прозвищем, которое обычно использовал при редких спорах. — Я мужчина и сам принимаю все решения.
— Ну-ну, тешь себя иллюзиями, раз не замечаешь, что тобой умело управляют, — выкрикнула Света и завершила разговор, который принёс только дополнительные переживания.
Изначально она планировала отмечать свой день рождения на даче, чтобы получилось душевно и тепло, но после этого неприятного общения с мужем решила, что может позволить себе порадовать маленькой финансовой местью. Взять и заказать аренду банкетного зала и угощения в дорогом ресторане, оплатить эту прихоть с общего с Пашей счёта.
И мелочиться она точно не будет: только лучшая еда, только изысканные напитки, обслуживание класса люкс.
Ещё гулять — так гулять, кавер-группу какую-нибудь пригласит.
Конечно, круто бы модного певца ангажировать, от которого Лёшка фанатеет, но в условиях цейтнота это будет мега-сложно.
Вот ушлёпок, узнав про это, наверняка в Мегеру превратится. Но ничего, пусть выносит Пашке башку. Может, что у него там и прояснится.
Удовлетворённо подумала Света и приступила к осуществлению своей мести. Тем более что времени на организацию оставалось мало.
А ещё надо было и всех гостей предупредить, сообщив новое место и время проведения праздника.
Всё складывалось в пользу Светланы. Уже во втором из наиболее симпатичных ей заведений, в которые она позвонила, ей ответили, что на необходимую дату свободен банкетный зал вместимостью до тридцати гостей. Вышколенная менеджер предложила подъехать для обсуждения и фиксирования всех деталей.
И уже через несколько часов Света, внутренне торжествуя, внесла полную оплату за свой будущий праздник, хотя у неё попросили только 50% аванса.
— Извините, — сказала она с мягкой улыбкой, — мне удобнее сразу этот вопрос решить, чтобы потом на дне рождения не отвлекаться.
— Как угодно, — кивнула головой менеджер. — Кстати, по поводу живой музыки, о которой вы упомянули. Могу выслать вам на любой удобный мессенджер координаты нескольких групп, с которыми мы успешно сотрудничаем. Посмотрите их промо-ролики. Определитесь, кто вам импонирует больше всего, и сообщите мне. Остальное — моя забота.
Уладив всё в ресторане, Света разослала гостям сообщения с обновлённой информацией по празднованию своего ягодного юбилея. О маме решила сообщить лично, в том числе и потому, что ей просто ужасно, до зубовного скрежета, захотелось увидеться с родным человеком, не способным предать и обидеть.
Однако намерения пришлось немного скорректировать, так как от Семёна пришла просьба:
— Часиков в шестнадцать буду рад пообщаться с тобой в офисе для решения важного вопроса.
Не слишком деловой стиль общения подсказал Свете, что речь пойдёт, скорее всего, не о работе. Примерное указание времени по имени было принято в их гласной традиции сигналом о том, что никакой срочности нет. Но отказывать начальнику, пусть даже она и не могла причислить его к кругу близких друзей, женщина не стала.
В офисе пришлось собрать всё самообладание в кулак, выдержать торжествующий взгляд разлучницы. Ольга, улыбаясь слишком широко, слишком самоуверенно, сообщила:
— Светлана Игоревна, вы почти опоздали, Семён Михайлович уже вас ждёт.
Ах, как хотелось Свете схватить любовницу мужа за пышный искусственный хвост, кокетливо уложенный на плечо, а потом провести это смазливое молоденькое личико по столешнице ресепшена, стараясь расквасить пухлые губы так, чтобы из них вытекло прочь то, что в них закачали. Но Света твёрдо помнила, что ей никак нельзя опускаться до уровня быдловатой гопницы. Поэтому просто и коротко ответила:
— Окей.
Обычно она избегала англицизмов в повседневной жизни. Но сейчас казалось, что каждая дополнительно произнесённая буква приближает к точке невозврата, после прохождения которой от воспитания Светы ничего не останется, и она ринется избивать разлучницу. Так что, не оглядываясь, чтобы не сорваться, женщина быстро направилась в небольшой кабинет начальника.
Из окна открывался шикарный вид на могучую реку, и бывший одноклассник лично приготовил себе и одной из самых первых сотрудниц чай, предложил присесть не за стол для официальных переговоров, а устроиться в удобных креслах в зоне отдыха. Не сразу, а сделав несколько глотков, начальник начал очень личный разговор, обратившись к Свете по её девичьей фамилии.
— Горская, по офису ходят слухи, что ты с Холмовым разводишься. Это так?
Опровергать информацию, полученную шефом, не было никакого смысла.
— К сожалению, это так, Семён. Я, кажется, даже знаю, кто этот слух запустил. Пашка бросил меня из-за романа с Ольгой, и, судя по всему, она решила рассказать про это событие всем вокруг.
Семён пригладил заметно поредевшие рыжие волосы и сообщил:
— Скажу прямо. И ты, и Пашка для меня больше, чем опытные сотрудники. Вас я могу назвать опорой всей компании. И мне очень бы не хотелось, чтобы в коллективе испортилась атмосфера. Многие меня считают бездушным дельцом, но, думаю, ты знаешь, что краеугольным камнем успеха является именно то, что люди с удовольствием делают свою работу, которая приносит и деньги, и моральное удовлетворение. В общем, чего тянуть кота за причиндалы, Света? Как ты думаешь, сумеете вы с Пашкой после развода сохранить нормальные отношения на работе?
— Не знаю, Семён. Вот только если эта Ольга будет смотреть на меня так, как сегодня, — с вызовом и превосходством, — я могу не сдержаться и покалечить её. Причём даже молодость этой девахи, успевшей себя перекроить, вряд ли поможет. На моей стороне праведная злость и регулярные занятия в спортзале. А судя по её внешнему виду, бокал шампанского — самое тяжёлое, что она когда-либо за свою жизнь поднимала. Понимаю, что такой скандал вряд ли поспособствует благожелательной атмосфере, так что, наверное, для меня лучшим выходом будет максимально дистанционная работа.
— Слушай, а может, я просто уволю эту Ольгу и всё?
— Брось, Семён, она крепко держит Пашку в своих наманикюренных пальцах. Едва услышав про своё увольнение, она заставит и его написать заявление об уходе. Ещё и всем будет рассказывать, что я мстительная злобная старуха.
— Мало ли, что она будет рассказывать. Вряд ли ей кто-то поверит. Тем более какая ты старуха. Со школьных лет разве что совсем чуточку изменилась. Вот честное слово. Ну, а Пашка будет дураком, если поддастся на этот шантаж, — хмыкнул Семён. — Такое место работы, с такой зарплатой, как здесь, ему больше нигде не предложат.
— Семён, давай попробуем так. Я почти всегда на удалёнке, а в редких случаях, когда без меня здесь никак не обойтись, буду приезжать и держать себя в руках, — предложила Светлана и повторила приглашение на свой праздник. — Непременно приходи и супруге своей передай, что я буду рада с ней встретиться.
— Конечно, Света, мы такое не пропустим. И не только потому, что ресторан крутой, а, в первую очередь, потому, что нам важно тебя поздравить. Я очень благодарен судьбе, что мы знакомы. Вот веришь или нет, но одно твоё слово — и эта Оля вылетит с работы, как пробка из бутылки. На её должность легко найти замену, и даже получше, посообразительнее. Это у тебя голова золотая.
— Спасибо, Семён, — улыбнулась Света. — Прибереги комплименты и добрые слова до поздравления.
продолжение