Дверь медленно отворилась.
Движение полотна было с тем сопротивлением, которое бывает у вещей, которых долго не касались. Внутри было темно и прохладно. Запах старой пыли, дерева и ещё чего-то знакомого, от чего у меня внезапно подкатил к горлу ком и защипало глаза.
Продолжение. Начало тут
Она вошла первой.
Я остался на пороге. Не потому что боялся — просто знал: если сейчас переступлю, пути назад уже не будет. А я слишком долго жил так, будто отступление ещё возможно.
- Здесь все словно замерло, - сказала она тихо. – Никакого движения.
Я знал, что речь не про вещи или мебель. Она говорила про нас внутри этой комнаты.
Пространство была почти пустым. Стол у окна, два стула, кровать и шкаф с книгами. Те самые книги. Я помнил, как она всегда говорила, что заберёт их «потом», когда выдастся подходящий случай. Сколько раз эта формулировка спасала нас от необдуманных поступков? Сколько погребла под собой нерешенных вопросов?
Она подошла к окну. Провела пальцем по столу, оставив светлую линию на поверхности этой давно необитаемой планеты.
- Я думала, ты давно всё выбросил, - сказал она с вопросительной интонацией.
- Не смог, - прошелестел я.
И это была правда. Не красивая и не оправдывающая или что-то объясняющая. Сухая констатация факта.
Она повернулась ко мне. Впервые за весь вечер посмотрела прямо в глаза. Я увидел в этом взгляде не обвинение, не злость и даже не боль, а застаревшую усталость. Будто этот вопрос уже слишком давно не дает ей покоя, свербит назойливой, но не слишком сильной болью. Давно пора решить, потому что отмахнуться не получается.
- Почему ты тогда ничего не сказал? - спросила она.
Вопрос был простой. Именно поэтому на него не было удобного ответа.
- Потому что, если бы я сказал, - ответил я после паузы, - ты могла бы и не остаться.
Она кивнула. Не сразу, но кивнула. Так кивают, когда слышат что-то неприятное, но понятное, близкое.
- А я ждала, что ты окликнешь, позовешь, - сказал она. - Глупо, да?
- Нет, - ответила я. - Это честно.
Мы затихли. Каждый заполнял свои пробелы в нашей истории.
В этой тишине не было напряжения. Почти физически ощущалось, как все становится на свои места, словно долгий спор наконец иссякает и каждый находит удобную позицию. Конечно, не ту, на которой был изначально, но которая позволяет сохранить лицо.
- Я писал не для того, чтобы ты вернулась, - сказал я. - И не для того, чтобы что-то исправить. Я писал, потому что не хотел, чтобы эта история закончилась тишиной.
Она посмотрела на комнату ещё раз. Потом взглянула на меня.
- Считаешь, она закончилась, - сказала она.
Я покачал головой.
- Нет. Она просто перестала быть нашей. Мы её отпускаем.
Она медленно вытащила ключ из замка, взглянула на него последний раз и положила на стол.
- В таком случае пусть он останется здесь, - сказал она. – До востребования.
Она растаяла в дверном проеме.
Я окинул взглядом комнату, погасил свет и закрыл дверь.
Щелчок замка прозвучал спокойно.
Как поставленная точка в конце сообщения в чате. Или подпись в письме.
Когда я вышел на улицу, она уже шла прочь. Стремительно. Уверено, без оглядки и пауз между шагами. Тогда и пришло понимание, что на этот раз мы оба уходим вовремя.
Письма больше не нужны.
Каждый узнает в этом что-то свое. Или нет