Предыдущая часть:
Светлана улыбнулась с ноткой торжества.
— Вот и славно, — произнесла она, беря сумку. — Завтра утром пришлю машину. И Дима, возьми хотя бы нормальную одежду. Ты не можешь показаться в офисе в этом.
Она окинула презрительным взглядом его обычные джинсы и свитер, развернулась и вышла. Каблуки гулко простучали по коридору больницы. Чёрный "Мерседес" с шофёром подъехал ровно в девять утра. Дмитрий стоял у двери с небольшой сумкой, не решаясь шагнуть.
— Это ненадолго, — повторила Ольга, поправляя воротник его рубашки. — Всего неделя. Разберёшься с делами и вернёшься.
— А если память вернётся? — спросил он, беря её за плечи. — Если я вспомню ту жизнь?
— Тогда будешь выбирать, — ответила она, глядя в глаза. — Но что бы ты ни решил, я пойму.
Дмитрий притянул её к себе и поцеловал долго, отчаянно, словно в последний раз.
— Я люблю тебя, — сказал он, отстраняясь. — Запомни это, чтобы ни произошло. Я люблю тебя.
И ушёл. Ольга стояла у окна, глядя, как чёрная машина увозит его в другую жизнь, в его прежнюю жизнь. Первый день без него растянулся бесконечно. Квартира снова стала пустой и гулкой. Ольга ходила по комнатам, натыкаясь взглядом на его вещи: книгу на столике, чашку в сушилке, тапочки у дивана. Всё напоминало о нём.
Вечером пришло сообщение: "Приехал. Дом огромный, ничего не помню. Света показывает фото, рассказывает истории. Всё чужое. Скучаю, люблю". На второй день он позвонил. Голос звучал устало.
— Ольга, я тут схожу с ума, — сказал он, вздохнув. — Она водит меня по местам, где мы якобы бывали: рестораны, театры, дома друзей. Все смотрят и ждут, что я вспомню. А я чувствую себя в каком-то плохом спектакле. — Знаешь, что я понял? — продолжил он после паузы. — Я не хочу вспоминать. Не хочу быть тем Дмитрием Крыловым. Он мне не нравится.
— Почему? — спросила она, садясь на диван.
— Холодный, расчётливый, — ответил он. — Всё ради бизнеса, ради успеха. Света рассказывает, каким я был. Показывает письма, сообщения. И я не узнаю себя, не хочу узнавать.
На третий день от него не было новостей. Ольга изводила себя тревогой, но не решалась звонить первой. Может, он занят? Может, что-то вспомнил? Вечером четвёртого дня раздался звонок в дверь. Ольга открыла — на пороге стоял Дмитрий, бледный, осунувшийся, в дорогом костюме, который висел на нём как на вешалке.
— Дмитрий, но ты же должен был... — начала она, отступая.
— Не смог больше, — сказал он, входя и обнимая её. — Сбежал, Ольга. Я вспомнил.
Сердце ухнуло вниз.
— Всё? — спросила она тихо.
— Не всё, — ответил он, ведя её к дивану. — Фрагменты, но достаточно, чтобы понять: я не хочу туда возвращаться.
Они сели. Дмитрий взял её руки в свои.
— Я вспомнил день, когда уезжал, — начал он. — Мы со Светланой поссорились. Она хотела продать часть фирмы крупному холдингу, а я был против. Кричали друг на друга. Она сказала, что я думаю только о работе, что ей надоела такая жизнь. Я хлопнул дверью, сел в машину... и потом авария. — Не сразу, — продолжил он, потирая виски. — Помню, как ехал злой, остановился на заправке, купил кофе... а дальше провал. Следующее — ты склоняешься надо мной и говоришь, что всё будет хорошо.
— Значит, на тебя всё-таки напали, — сказала Ольга, сжимая его руку.
— Но знаешь что? — ответил он, глядя в глаза. — Мне всё равно. Тот Дмитрий Крылов, которого я вспомнил, он мне чужой. Холодный карьерист, который выбрал бизнес вместо семьи. Света не хотела детей из-за фигуры, да и пелёнки её никогда не интересовали. А я просто согласился, потому что так было проще.
Ольга молчала, гладя его по руке.
— А ещё я вспомнил, как проектировал дома, — добавил он. — Красивые, дорогие, но пустые, без души. Не то что сейчас, когда я рисую и думаю: вот здесь детская, а тут кухня, где семья соберётся за ужином.
— Что ты сказал Светлане? — спросила она.
— Правду, — ответил он. — Что помню обрывки, что не хочу возвращаться, что предлагаю развод.
— Она... — начала Ольга.
— Она не удивилась, — продолжил он. — Сказала, что сама к этому шла. Ещё до моего исчезновения. Бизнес поделим, она возьмёт свою часть. Я подписал все бумаги.
— И всё так просто? — спросила она, поднимая брови.
Дмитрий криво усмехнулся.
— А что там сложного? — сказал он. — Детей нет, любви давно нет, только общий бизнес. Знаешь, что она мне сказала на прощание? Может, это и к лучшему. Мы оба получили второй шанс.
— Мудрая женщина, — отметила Ольга.
— Да, по-своему, — согласился он.
— Ольга, — сказал он вдруг, соскальзывая с дивана на пол и становясь на одно колено. — Я знаю, это не по правилам. Нужно сначала оформить развод, подождать. Но я больше не хочу ждать. Не хочу упускать время. Выходи за меня замуж, пожалуйста.
Ольга смотрела на него, не веря счастью. В глазах защипало от слёз.
— Дмитрий... — начала она.
— Я знаю, у меня нет больше бизнеса, — продолжил он, беря её руки. — Только скромная зарплата ассистента архитектора и огромная любовь к тебе. Но если ты согласна, я готов горы свернуть.
Ольга рассмеялась. Она опустилась на пол рядом с ним.
— Конечно, согласна, — подтвердила она, обнимая его крепко, чувствуя, как сердце бьётся в унисон.
Свадьба вышла скромной. Расписались в ЗАГСе в присутствии Ирины Петровны и прораба Сергея, который стал Дмитрию хорошим приятелем. Ольга надела то самое синее платье, в котором он сказал, что она прекрасна. Дмитрий — простой серый костюм, купленный на первую зарплату ассистента.
— Горько! — кричала Ирина Петровна в кафе после церемонии, поднимая бокал.
Ольга и Дмитрий целовались, смеялись, и впервые за много лет Ольга чувствовала себя по-настоящему счастливой. Прошлое отступило — и его, и её. Осталось только настоящее.
— Знаешь, — сказал Дмитрий вечером, когда они вернулись домой. — Я хочу взять новую фамилию, совсем новую. Крыловым я больше не буду, но и твою брать не хочу. Пусть у нас будет наша, общая.
— Какую? — спросила она, садясь рядом.
— Новиков, — ответил он. — Дмитрий и Ольга Новиковы. Новая жизнь, новые мы. Как тебе?
— Идеально, — согласилась она, целуя.
Жизнь вошла в спокойное, но полное радости русло. Дмитрий уверенно шёл по учёбе. Преподаватели отмечали его проекты. Стали поступать первые заказы от людей — спроектировать дачу, перестроить квартиру. Он сам вкладывал в каждую работу частичку себя. Ольга больше не работала старшей сестрой — с рождением Даши перешла на полставки в детскую поликлинику.
Это позволяло больше времени проводить с семьёй. Дмитрий открыл небольшое бюро по архитектуре, специализировался на частных домах. "Дома для счастья" — так называлась его компания. И заказчики шли, потому что чувствовали: этот архитектор понимает, каким должен быть настоящий дом — тёплым, удобным, полным души. По выходным они ездили смотреть участки за городом, мечтали о своём доме. Дмитрий сам чертил наброски, Ольга предлагала идеи для сада.
— Вот здесь будет комната для ребёнка, — говорил он, показывая на план второго этажа. — Окна на юг, чтобы было светло, а рядом наша спальня, чтобы слышать, если заплачет.
Ольга прижималась к мужу. Она думала о Максике, и сердце сжималось от воспоминаний. Боль не ушла, просто утихла. Но рядом с болью поселилась надежда.
— Ты правда хочешь детей? — спросила она однажды.
— Очень, — ответил он, обнимая. — А ты готова попробовать ещё раз?
— Готова, — ответила она. — С тобой готова.
Две полоски на тесте. Ольга сидела на краю ванны, не в силах отвести взгляд от теста, и не верила тому, что видела. Они не предохранялись уже полгода, но она даже не смела надеяться на такой исход — слишком сильно давил страх, накопленный годами. Возраст, пережитые стрессы, всё это пугало её. Врач ещё раньше предупреждал, что могут возникнуть проблемы, и это только усиливало сомнения. Но после нескольких разговоров с Дмитрием, где они делились страхами и надеждами, Ольга постепенно преодолела этот барьер.
— Ольга, ты там в порядке? — раздался обеспокоенный голос Дмитрия из-за двери, и в нём сквозила тревога. — Уже давно сидишь, может, что-то случилось?
Она открыла дверь и молча протянула ему тест, не в силах вымолвить ни слова. Дмитрий уставился на полоски несколько секунд, потом поднял глаза на неё, и в его взгляде мелькнуло сначала недоумение, а потом ослепительная радость.
— Это... это значит, да? — спросил он, голос дрогнул от волнения. — Мы ждём ребёнка? Ты беременна?
Следующие минуты прошли для неё как в тумане: крепкие объятия, поцелуи, слёзы счастья, которые текли по щекам у обоих. Дмитрий подхватил её на руки и закружил по маленькой кухне, смеясь и плача одновременно, не в силах сдержать эмоций.
— Осторожно, — запротестовала Ольга, прижимаясь к нему и вытирая слёзы. — Там же наш малыш, не тряси так сильно.
— Малыш, — повторил он с благоговением, ставя её на пол и кладя ладонь на её живот. — Наш малыш. Боже, Ольга, мы станем родителями. Я даже не верил, что это случится так скоро, но это же настоящее чудо.
Беременность проходила удивительно гладко, словно жизнь решила возместить все прошлые муки. Ни намёка на тошноту, ни каких-либо угроз — всё шло ровно, без осложнений. На первом обследовании врач улыбнулась, просматривая экран.
— Всё в полном порядке, — сказала она, просматривая экран. — Развитие идёт как по учебнику. Хотите узнать пол ребёнка?
Ольга и Дмитрий переглянулись, и в их глазах мелькнуло общее решение.
— Да, хотим, — ответила Ольга, сжимая руку мужа.
— У вас будет девочка, — объявила врач. — Здоровая, активная девочка, всё показатели в норме.
Дома Дмитрий сразу достал альбом с набросками.
— Теперь точно знаю, какой будет детская, — сказал он, раскрывая страницы. — Розовая? Нет, слишком банально. Может, персиковая или нежно-лиловая? Что скажешь?
— Дмитрий, — отозвалась Ольга, обнимая его сзади. — Главное, чтобы она родилась здоровой и сильной. Остальное подождёт.
Прошли месяцы, и на пятом месяце беременности Дмитрий получил на руки деньги за свою долю в старом бизнесе, и они наконец приобрели участок. Небольшой, но уютный, с видом на речку и лесной массив. Дмитрий сам разработал проект дома и договорился с бригадой с прежней стройки — ребята согласились построить за разумную цену. Всё складывалось хорошо. Страшно хорошо. Ольга опасалась сглазить, но счастье переполняло её: любимый муж, дочка под сердцем, их собственный дом, который рос на глазах.
Разве могла она представить такое всего два года назад? Пять лет спустя.
— Мама, мама, смотри, что я нарисовала! — раздался восторженный голосок, и пятилетняя Даша влетела в кухню, размахивая листом бумаги.
Тёмные волосы — мамины — растрепались, а карие глаза с зелёными вкраплениями — папины — сияли от радости.
— Покажи, солнышко, — ответила Ольга, вытирая руки о фартук и приседая рядом с дочкой. — Что это за шедевр?
На рисунке был их дом, который построил Дмитрий, и вся семья: мама, папа, Даша.
— А это кто? — спросила Ольга, указывая на маленькую фигурку рядом.
— Это мой братик, который у тебя в животике, — объяснила Даша, тыча пальчиком в рисунок.
Ольга погладила свой округлившийся живот — шестой месяц. На этот раз обследование показало мальчика.
— Дома? — раздался голос Дмитрия из прихожей, и Даша бросилась к двери.
— Папа! Папочка пришёл! — закричала она, прыгая на руки.
Дмитрий подхватил дочку, закружил.
— Как моя принцесса? — спросил он, целуя в щёку. — Что нового сегодня?
— Я нарисовала нашу семью, и братика тоже, — похвасталась Даша, протягивая лист.
— Братика? — переспросил Дмитрий, подмигивая Ольге. — А как мы его назовём?
— Максим, — тихо сказала Ольга, подходя ближе. — Если ты не против.
Дмитрий поставил Дашу на пол, подошёл к жене и обнял.
— Максим — прекрасное имя, — подтвердил он, целуя в макушку. — Максим Новиков. Звучит солидно и сильно.
Они стояли втроём — вчетвером, считая малыша в животе, — в просторной кухне своего уютного дома. За окном цвёл сад, который разбила Ольга. На холодильнике магнитами крепились рисунки Даши, на стене висели фото их семьи.
— Знаешь, о чём я думаю? — сказал Дмитрий за ужином, накладывая всем порции. — Твой Максик действительно привёл меня к тебе, дал нам шанс на эту радость.
— Наш ангел-хранитель, — согласилась Ольга, улыбаясь. — Без него ничего бы не было.
— Мама, а у нас есть ангел? — спросила Даша, поднимая голову от тарелки.
— Есть, милая, — ответила Ольга, гладя дочку по волосам. — У каждой семьи есть свой ангел, который присматривает за всеми.
— А можно я ему тоже рисунок нарисую? — поинтересовалась Даша, загораясь идеей.
— Конечно, солнышко, — подтвердила Ольга. — Он будет рад.
Вечером, когда Даша уснула, Ольга и Дмитрий сидели на террасе, укутавшись в плед. Осенний вечер выдался прохладным, но они не спешили заходить в дом.
— Помнишь, как мы познакомились? — спросила Ольга, прижимаясь к мужу. — Ты спас меня во всех смыслах.
— Мы спасли друг друга, — ответил он, обнимая крепче. — Да. Знаешь, Светлана недавно звонила. Вышла замуж, ждёт ребёнка, передала привет.
— Мне? — удивилась Ольга.
— Да, — подтвердил Дмитрий. — Что забрала меня? Нет, она сказала спасибо тебе.
— Спасибо? — переспросила Ольга.
— Она встретила человека, который любит её такой, какая есть, — объяснил он. — Оказывается, счастливые концы бывают у всех.
— Не концы, — поправила Ольга, улыбаясь. — Начала. Счастливые начала новой жизни.
Жизнь текла дальше. Повседневная, полная маленьких радостей и обыденных забот. Ольга больше не работала старшей сестрой — с рождением Даши перешла на полставки в детскую поликлинику. Это позволяло больше времени проводить с семьёй. Дмитрий открыл небольшое бюро по архитектуре, специализировался на частных домах. "Дома для счастья" — так называлась его компания. И заказчики шли, потому что чувствовали: этот архитектор понимает, каким должен быть настоящий дом — тёплым, удобным, полным души.
Перед сном Ольга заглянула в комнату Даши. Дочка спала, раскинув руки. На тумбочке лежал свежий рисунок: их семья и маленький ангел с золотыми крыльями.
— Спокойной ночи, мой ангелочек, — прошептала Ольга, поправляя одеяло.
Где-то там, за гранью, улыбался маленький мальчик. Его миссия удалась. Память сердца оказалась сильнее памяти разума. Любовь победила боль, а разбитые жизни срослись, как кости после перелома. Стали даже крепче, чем были раньше. В доме Новиковых погас свет. Только ночник в детской отбрасывал мягкие блики на стены, охраняя сон маленькой девочки, которая твёрдо знала: у её семьи есть ангел-хранитель, и он всегда будет их беречь.