Ольга была готова винить в своей нынешней беде даже покойную бабушку, хотя на самом деле очень любила её и чувствовала огромную признательность за то, что та спасла её от детского дома после трагической смерти родителей в автомобильной аварии. Ведь именно ради маленькой внучки бабушка нашла в себе силы пережить горечь потери единственного сына, и в детстве Ольга никогда не ощущала себя одинокой или обделённой судьбой. Они жили скромно, без лишнего, но и не в полной нужде: у них имелся надёжный, хоть и старый дом с потрёпанными стенами, довольно просторный, расположенный в приличном районном центре. Бабушка, которая всю жизнь отработала у заводского конвейера, получала солидную пенсию, плюс доплаты за опеку над внучкой и сиротскую выплату для самой Ольги. В общем, если не зарываться в желаниях, то на нормальную жизнь хватало. Они прекрасно уживались друг с другом: бабушка держала внучку в строгих рамках, но без излишней жёсткости, и для Ольги это была заметная разница по сравнению с одноклассниками. Ольга училась прилично, не попадала в серьёзные неприятности, с удовольствием училась вести домашнее хозяйство и всегда проявляла уважение к старшим. При этом бабушка не шарахалась от молодёжных модных веяний или популярной музыки, а если что-то запрещала, то всегда толково объясняла причины, почему именно это нельзя.
И Ольга в итоге соглашалась, что в бабушкиных доводах есть разумный смысл. Когда Ольга взрослела, она сама осознала, насколько бабушкино воспитание сделало её человеком, готовым к самостоятельной жизни. Это сильно помогло, когда бабушки не стало — Ольге тогда даже двадцати не исполнилось.
Но вся загвоздка крылась в том, что бабушка относилась к тем искренним и высоконравственным людям эпохи Советского Союза, которые смотрели на мир сквозь розовые очки, видя в окружающих только добро и порядочность. Переубедить таких людей в обратном часто бывает невозможно — они просто не замечают в людях подлости или зла, и точка. Можно сказать, что бабушка Ольги совсем не разбиралась в людях, и даже богатый жизненный опыт здесь не помогал. Однако при этом ей удивительно везло на встречи: все, кто попадался на пути, оказывались честными, добрыми и отзывчивыми. Ни один аферист, ни один проходимец или даже заурядный скандалист не смог приблизиться к ней с её доверчивостью. В итоге бабушка не только не умела различать хороших от плохих, но и не страдала от этого нисколько, а значит, у неё не возникало ни малейшего желания или необходимости учиться такому умению. И если она сама не владела этим навыком, то как могла передать его внучке? Вот только Ольга оказалась не такой удачливой в этом плане, часто натыкаясь на обман.
Её мать выросла в детдоме, и именно поэтому Ольга так боялась туда угодить. Но в целом мать устроилась неплохо после выпуска: получила специальность, нашла стабильную работу на небольшом консервном заводе, где проработала несколько лет, а потом вышла замуж за надёжного парня из хорошей семьи. Кстати, его мать ни разу не сказала плохого слова против невестки без родни и никогда не изводила её придирками. Но потом родители Ольги погибли в один миг — та авария даже в новостях прогремела, вызвав всеобщую печаль и ужас. Там столкнулись десяток машин в кучу, четверо насмерть, почти два десятка с тяжёлыми травмами. Родители Ольги даже автомобиля не имели, они шли пешком по обочине, наверное, растерялись, когда на них покатилась эта груда металла и резины, и не сумели увернуться. Ольге в тот момент было девять лет, и с тех пор она жила с бабушкой — хотя, собственно, и до того вся семья обитала в бабушкином доме.
Молодые поселились там с самого начала, и дочку из роддома принесли именно туда. Отец Ольги был инженером, бабушка обеспечила ему образование, экономя на всём. Но внучке она сразу сказала, что институт для неё потянуть не получится — ни сил, ни средств. Впрочем, Ольга и не рвалась непременно в вуз. К рабочим профессиям её тоже не тянуло, а училась она стабильно хорошо, много читала книг, особенно преуспевала в математике, физике и химии. Подумав, она решила стать медсестрой: для этого достаточно колледжа, а профессия полезная, важная и всё же с налётом интеллигентности. Бабушка это выбор горячо поддержала.
Ольга легко поступила в колледж и училась без особых усилий — занятия ей нравились, особенно практика, и она убедилась, что не ошиблась с выбором. После окончания сразу устроилась в районную больницу. Бабушка ещё успела порадоваться её успехам, но недолго — годы тяжёлого труда и утраты не прибавляют здоровья и не продлевают жизнь. Дом перешёл к Ольге по завещанию, да и других наследников у бабушки не было. Жить одной в больших комнатах было тоскливо, но старый дом хранил кучу тёплых воспоминаний, и это помогало держаться.
С Сергеем Ольга познакомилась на работе — она временно подменяла заболевшую коллегу в травмпункте. И вот появился эффектный мужчина с непринуждёнными манерами и ослепительной улыбкой, как в голливудском кино. Он поранил ногу арматурой. Врач осмотрел, ничего серьёзного не нашёл, поручил Ольге обработать рану, наложить пару швов и забинтовать. Пока она занималась этим, они разговорились. Сергей был заметно старше, но это не значило, что он выглядел стариком — ему чуть за тридцать. По образованию он инженер-строитель, а в тот момент как раз запускал собственный строительный бизнес. Фирму открывал не в райцентре, а в областном центре, а сюда приехал договариваться с возможными поставщиками и заодно осмотреть один местный недострой.
И вот, наткнулся на арматуру. Сергей выглядел привлекательно, щедро сыпал комплиментами, шутил остроумно и весело. Так что неудивительно, что молодая медсестра вскоре влюбилась в него по самые уши. Впрочем, он тоже показывал интерес и довольно быстро предложил съехаться. Официальный брак они не регистрировали — Сергей уверял, что настоящая любовь выше всяких штампов, — но жить стали как муж и жена. Перебрались в областной центр, где у Сергея имелась квартира. Он полностью погрузился в свою фирму, а Ольга нашла место в частном медицинском центре — там платили лучше, чем в государственной клинике, и нагрузка была легче.
Сергей возился с фирмой, как заботливая мать с любимым ребёнком, но дела продвигались медленно, что его сильно раздражало. Чтобы ускорить рост, нужны были дополнительные вложения, а денег не хватало. Брать кредит означало потом годами работать только на его погашение. И тут Ольгу осенила идея: она может вложить средства в бизнес любимого. Своих накоплений у неё мало, но есть недвижимость — дом в райцентре, который просто пустует. Конечно, это память о прошлом, но будущее важнее, а её будущее связано с Сергеем, так что дом ей не слишком нужен. Сергей её предложению обрадовался и заверил, что выручка от продажи точно даст фирме мощный толчок. Дом хоть и старый, но крепкий, большой, с водопроводом и газом, в перспективном райцентре, а не в вымирающей деревне.
Сказано — сделано: Ольга нашла риелтора, который взялся за сделку. Покупатель объявился довольно быстро, и цена вышла приличная. Ольге, конечно, было жаль бабушкино наследие, но своя семья всё же дороже — бизнес Сергея наберёт обороты, пойдёт прибыль, а там, глядишь, и дети появятся. В качестве напоминаний она забрала с собой некоторые бабушкины и родительские вещи. Дом передала покупателю, деньги получила и вложила в дело Сергея — она считала его своим мужем, пусть без штампа, а значит, всё общее, включая бизнес. И это действительно сработало: после вливания фирма пошла в гору, появились выгодные заказы, прибыль стала стабильной. В общем, перспективы вырисовывались радужные.
Когда у тебя своя фирма и ты ещё исполняешь роль главного инженера, вряд ли рабочий день уложится в строгие рамки с девяти до пяти, скорее с утра до ночи. Ольга считала нормальным, что муж иногда неделями приходил домой лишь переночевать, а потом несколько дней сидел дома, отдыхая. Она сама продолжала трудиться в медцентре, где график был чётким и нормированным. Но от неожиданностей никто не застрахован. Случилось пустяковое происшествие: где-то прорвало водопроводные трубы, и городские службы перекрыли воду в нескольких кварталах, включая здание их центра. Поскольку авария нагрянула внезапно, запасов не оказалось, и руководство решило закрыться на день — какая медицина без воды? — а сотрудникам дали вынужденный выходной. Обзвонили пациентов, перенесли приёмы, повесили объявление на двери и с чистой совестью разошлись по домам.
Открыв дверь своим ключом и тихо войдя в квартиру, Ольга сразу почуяла неладное. На вешалке красовались женский плащ и сумочка, а внизу стояли женские туфли. И это ещё полбеды — из спальни доносились женские голоса. Конечно, Ольга заглянула туда, и увидела классическую картину в стиле ню: Сергей и какая-то девица в постели. Она, естественно, закатила скандал — кто бы на её месте удержался?
— Ты что здесь забыла, бесстыдница? — завопила Ольга, уставившись на незнакомку с силиконовыми формами и волосами, выкрашенными во все цвета радуги.
Девица даже не смутилась по-настоящему, ни раскаяния, ни страха — только досада, что помешали. Она ещё и на Сергея накинулась за то, что не предусмотрел всё. Но этой злости хватило, чтобы она быстро оделась и убралась. Позже Ольга подумала, что стоило бы проредить эти разноцветные космы как следует, чтобы в следующий раз неповадно было лезть к чужим мужчинам. Но в тот момент она была слишком ошарашена предательством Сергея, чтобы думать о чём-то ещё. Девица исчезла целой и невредимой.
Сергей же никакого сожаления не выказывал — напротив, сам был недоволен.
— Ты откуда свалилась как снег на голову? Ты же должна быть на работе в это время, разве нет? Я думал, всё продумано нормально, — буркнул он, накидывая халат.
С его точки зрения, измена, о которой партнёрша не знает, и не считается изменой вовсе. Ольга, разумеется, думала иначе. Неудивительно, что у неё случилась настоящая истерика — она кричала, обвиняла его в подлости и вероломстве, припомнила даже бабушкин дом, проданный ради его бизнеса.
— Как ты мог так со мной поступить? Я тебе всё отдала, дом свой продала, чтобы твоя фирма встала на ноги, а ты здесь с этой силиконовой куклой развлекаешься! Ты предатель, Сергей, чистой воды подлец! — вопила она, размахивая руками.
Если честно, она ведь и женой-то ему официально не была — сама согласилась жить по любви, без бумаг. Так что формально непонятно, есть ли здесь измена. Но Сергея её упрёки только разозлили, и чем дальше, тем больше.
— Если я тебя не устраиваю, то и нечего здесь оставаться, — рявкнул он в конце концов, вставая. — Собирай свои вещи и уматывай отсюда завтра же. Квартира моя, а ты мне вообще никто — брак мы не регистрировали.
Ольга была так оскорблена и разъярена, что сделала именно так, как он сказал: на следующий день ушла с двумя большими чемоданами, немного жалея бабушку за то, что та не видела вокруг подлецов и не научила внучку распознавать их и защищаться от них.
Решительно уйти — это одно, а вот устроить дальнейшую жизнь куда сложнее. Ольга ненадолго поселилась в гостинице, но надолго там не протянешь. Снимать квартиру — уйдёт большая часть зарплаты. Возвращаться в родной райцентр? Но и там у неё теперь нет крыши над головой. Положение аховое: уставшая, невыспавшаяся, подавленная. На работе она еле справлялась, и замечания врачей настроение не улучшали. И тут её осенила идея: а что, если уехать? В их области зарплаты средние, а в соседней — уровень жизни выше.
Медсёстры везде востребованы, там наверняка она заработает на съём жилья.
Ольга смогла быстро оформить увольнение — начальство вникло в её ситуацию и пошло навстречу с документами. После этого она с достоинством подхватила свои чемоданы и направилась на автовокзал. С момента разрыва с Сергеем минуло всего несколько дней. Действительно, в соседней области зарплаты выходили повыше, но Ольга не учла, что из-за этого и рынок съёмного жилья там был более конкурентным, а цены на аренду кусались куда сильнее. К тому же там не чувствовалась такая острая нехватка кадров, как в менее благополучных регионах — на хорошие оклады претендентов хватало с лихвой. Конечно, медсёстры всё равно оставались в дефиците, и в этом Ольга убедилась почти сразу. Однако наниматели могли себе позволить перебирать и не связываться с теми, кто вызывал сомнения.
Продолжение :