Морозный воздух щипал щеки, словно тысячи крошечных иголок. Тихон, старый охотник, с кряхтением поправил шапку-ушанку, сдвинув её пониже на брови. Тайга, его дом на протяжении шести десятков лет, молчала, окутанная плотной пеленой снега. Только изредка потрескивали под ногами заледенелые сучья, да карканье вороны, эхом разносилось в морозном воздухе.
Тихон знал тайгу, как свои пять пальцев. Каждую поваленную березу, каждый овражек, каждую тропку, протоптанную зверьем. Он помнил времена, когда лес был гуще, а дичи больше. Но и сейчас, в свои семьдесят с лишним, он чувствовал себя здесь хозяином.
Цель сегодняшней охоты – пробраться к старой избушке, что стояла в глубине, у Чёртова болота. Зимой туда редко кто забредал, только росомахи и, может, разве что, особо дерзкий медведь-шатун. Но Тихону нужна была тишина и покой, а избушка – надежное укрытие от лютого мороза.
Шел он неспешно, опираясь на верного друга – старенькое ружье, видавшее всякое. Снег хрустел под валенками, а дыхание вырывалось густым паром. Тихон внимательно осматривал окрестности. Знал, где притаилась хитрая лисица, где пробежал заяц, а где прошелся мощный лось, оставив глубокие следы.
Солнце, бледное и холодное, висело низко над горизонтом, окрашивая снежные вершины елей в розоватый цвет. Добраться до избушки нужно было до темноты.
Наконец, сквозь густые ели, показалась она – маленькая, покосившаяся, но такая родная. Избушка, словно островок тепла и уюта в ледяной пустыне. Срублена она была еще его дедом, из толстых бревен лиственницы, и стояла, словно вросшая в землю, уже больше ста лет.
Тихон отряхнул снег с крыльца и толкнул скрипучую дверь. Запах старого дерева, дыма и трав ударил в нос. Сразу стало теплее. В избе было темно, но Тихон быстро нашел охапку сухих дров и растопил печь. Вскоре в избе заплясали веселые отблески огня.
Приготовив нехитрый ужин – крепкий чай с сухарями и вяленым мясом, Тихон уселся на покосившийся табурет и блаженно прикрыл глаза. Тайга молчала за стенами, но он слышал её дыхание, чувствовал её жизнь.
За окном завыла вьюга. Ветер бился в стены, словно пытаясь вырвать избушку из его объятий. Но Тихон не боялся. Он знал, что избушка выстоит. Выстоит, как выстоял и он, как выстояла сама тайга, пережившая не одну суровую зиму.
Он слушал вой ветра, потрескивание дров в печи и думал о жизни. О прожитых годах, о тайге, о себе. О том, что, несмотря на все трудности, он счастлив. Счастлив быть частью этого мира, этого леса, этой избушки. Счастлив быть охотником, хранителем и сыном этой суровой, но прекрасной земли.
Утром, когда взойдет солнце, он снова отправится в путь. А пока – время отдыха. Время слушать тайгу и мечтать о весне. Ведь после самой лютой зимы всегда приходит весна, наполняя мир красками и жизнью. И Тихон, как и тайга, обязательно дождется её.