Ух, зараза, сгинь! - справа, потрясая кулаком, материализовался Захарий Фомич.
— Ты смотри, мертвячка приперлась, — ворчал он, обращаясь к отпрянувшей от окна призрачной фигуре.
— Не бойся, Артём, нет им хода сюда. У меня весь дом охранительной чертой очерчен.
— Сам только знай: не дури и не впускай по своей воле, в таком случае черта их не остановит.
— Кто это? — спросил Артём.
— Валентина с девяносто седьмой квартиры, — успокаиваясь, отвечал квартирный.
— Две недели, как померла, и смотри-ка — не успокоилась, в дом рвется. Лежала правда больше недели, пока соседи запах не почуяли и не вызвали полицию.
— А родственники как? Не заметили, что ли? — спросил Артём, морща лоб.
— Да никак, одна она тут жила! Никто к ней и не ходил. Про родственников — не знаю!
— Все равно в мой дом мертвякам хода нет!
Артём посмотрел за окно: призрачная фигура отдалилась, затем на Захария Фомича, а после спросил ошарашенно:
— А если нет домового, получается, мертвяки в дом зайти могут?
— Могут, но не все, — уклончиво отвечал тот, — тут должно сразу несколько условий сойтись... Смерть злая иль насильственная, волнение сильное перед оной и не только...
— А зачем она в дом рвется, тем более в мое окно? Я и не знал ее при жизни...
— Мне, почем знать? — насупился квартирный и повернулся к Артёму.
— А ты, парень, гляжу, не прост, — снова проворчал он.
— Вот откуда что берется? Сколь лет тут живешь, и все спокойно было, а сегодня и она, — он вновь указал на окно, — да и я теперь чую в тебе... А что именно, понять не могу.
Артём сначала хотел всё ему рассказать, но передумал и просто молчал, мысленно поставив галочку: строго-настрого запретить рассказывать об этом Ивану.
— Но ты всё равно баловать не думай, — после небольшой паузы добавил квартирный, погрозил пальцем и растворился в полумраке.
— Вот и как спать после этого? — спросил Артём в пустоту.
— Как, как, — это уже включился в разговор Иван.
— Ложись, — добавил он. — Будешь спать хорошо и крепко. Я умею страх выключать, маманя научила.
Артём лёг, а Иван, лёгкий словно котёнок, вскочил на его грудь и быстрым, плавным движением очертил маленьким кухонным ножом круг вокруг его тела. Что-то прошептал, а затем вложил нож в руку Артёма со словами: «Спи спокойно!»
Действительно, не успел Артём закрыть глаза, как провалился в крепкий здоровый сон. Сон был родом из детства. Тёплый дождь, периодически просвечивающее сквозь тучи яркое солнце. Вода, покрывающая асфальтовую дорогу, превратившуюся во сне в мелководную речку, тут и там задорно переливалась радужными цветами. Артём бежал по ней, прыгал, и прыжки его были намного дальше и выше, чем мог бы прыгнуть в реальности... Он смеялся и, казалось, был безмерно счастлив.
Идиллию разорвал гнусный звон будильника.
Быстро собравшись, съев пару бутербродов и буквально на ходу допивая кофе, Артём выдвинулся на работу.
Утренний город встретил его холодным, пронизывающим ветром. Воздух был пропитан промозглой октябрьской сыростью, а тротуары укрывал тонкий слой опавших листьев. Осень вступала в права, заставляя кутаться в куртку и вжимать голову в плечи, защищая шею от порывов ветра. Часы показывали 7:40 — как всегда, он выходил из дома с небольшим запасом времени. По городу Артём предпочитал передвигаться на общественном транспорте, не желая проблем с парковками и утренними пробками.
Маршрут, как всегда, неизменен: пара кварталов, затем пересечь небольшой сквер, а там и остановка трамвая.
Артём шёл и думал о пропущенных днях на работе, о том, что и отчёт сдавать нужно, и текучку тоже никто не отменил. Наверняка в его отсутствие ему на стол накидали множество мелких заданий, коих у штатного юриста в системе ЖКХ — всегда завались.
Уже у входа в сквер он почувствовал нечто странное. Сначала справа, практически на грани видимости, между ажурным металлическим фонарём и деревом мелькнуло смазанное движение. Обернувшись туда, он ничего не заметил. Однако движение продолжилось, и он обернулся ещё на пол-оборота, после чего замер.
Перед ним во всей призрачной красе застыла давешняя Валентина из девяносто седьмой квартиры.
На вид женщина лет сорока-сорока пяти, с тёмными длинными волосами, довольно миловидным лицом, в клетчатой пижаме и серых вязаных носках. Всё это прекрасно просматривалось, потому как висела она в двадцати сантиметрах над землёй и при этом всё равно выглядела ниже Артёма.
«Ростиком не вышла», — мысленно отметил он. А одета, небось, в то, в чём и преставилась.
Странно. Сегодня совершенно не было страха перед ней: то ли мозг успел адаптироваться ко всей этой эзотерике, то ли Иван действительно сумел выключить его страх.
Артём, быстро убедившись, что вокруг никого нет, повернулся к женщине и сказал:
— Ну и чего ты ко мне пристала? Вчера пришла, сегодня?
— Ты видишь меня, — её голос звучал не в ушах, а где-то внутри, будто эхо в пустой комнате.
— Значит, ты сможешь помочь.
— Другие разве не видят? — спросил Артём, вновь оглядываясь. Призраки призраками, а городским дурачком прослыть — не хотелось бы.
— Не знаю, чем бы мог помочь, но я и не бюро добрых дел... Я тебя вообще не знаю.
— Я, Валентина Петренко, живу... жила в твоем доме на втором этаже...
— Так и чего?
— Другие не видят, я ко многим подходила, а ты видишь!
— Тебе чего нужно? Свечку в церкви поставить или отпевание заказать?
— Мне нужно попасть в деревню, — прошептала она просительно.
— К маме.
— Так и езжай в деревню, я то при чём здесь?
— Я умерла здесь, в городе, и теперь не могу туда добраться, метаюсь между домом и кладбищем... я застряла.
— Мама до сих пор ждёт. Она старенькая. Я каждые две недели её навещала, специально подбирала отгулы на работе... там и кладбище наше с родственниками: бабушкой, папой, тётей...
— А я… я даже не смогла её предупредить. Получается, она даже знать не будет, где моя могила, администрация похоронила...
Артём сглотнул. Звучало всё это жалостливо.
— Знаю, что отблагодарить мне тебя нечем, — она сделала умоляющий жест, сложив ладони. — Прошу, помоги.
— Мне тут один скиталец подсказал, — продолжила она, всхлипывая, — если мою вещь возьмёшь, то я с ней и с тобой смогу к маме поехать. Она здесь недалеко, час всего на электричке в Максимовке. Помоги, а?
Артём думал: "Вот зачем мне этот геморрой — что-то взять, куда-то поехать?" Но где-то там, на периферии сознания, уже родился ответ: он поедет — это интересно и в свете последних дней весьма познавательно.
— Ну где я твою вещь возьму? — спросил он уже ради проформы. Та, словно почувствовав слабину, тут же ответила:
— Конечно же, в моей квартире! На столе там блокнот, половина записей — рецептов маминым почерком, половина — моим. Красная корочка — узнаешь сразу. Думаю, это идеальная вещь для моего перемещения...
— Вот черт! Ты чего, меня на кражу со взломом подбиваешь?
предыдущая глава:
продолжение:
Друзья, приветствую вас! Ваши лайки и подписки помогают в продвижении канала.
#мистические рассказы, истории, фэнтези рассказы