– Всем привет, с вами Бася! Вот вам сказка, а мне косточек связка!
Старик из жабролюдей принялся рассказывать пиратам про древних существ, живущих у затонувшего Полиса.
– Им покровительствует Обелиск. Мы никогда не видели Обелиск, это легенда наших предков. Обелиск призывал в эти воды Гигантов, древних обитателей океана, левиафанов, кракенов и скатов. Им здесь не очень хорошо, ведь они должны жить в глубочайших глубинах, чтоб иметь простор для плавания. Но они не могут преодолеть зов Обелиска, и рыскают в наших водах. Они не агрессивны сами по себе, но жизнь не на глубинах иногда злит их. Они царапаются о дно и о рифы, впадают в бешенство и крушат все на своем пути. Поэтому возле Купола опасно.
– Так жаль этих гигантов, – вздохнула Фью. – Наверное, им тяжело живется без своих глубин.
– Жаль гигантов! Жаль гигантов! – заорал Сильвер на человеческом, поддерживая мнение Фью.
– Знаете что, если гигантов контролирует Обелиск, я к этому Обелиску больше ни ногой не сунусь! Мне по горло хватило! – возмущенно воскликнула Кэтти, шарахнувшись подальше.
– Это вообще не наши проблемы! – закатила глаза Жанна. – Напомню, мы ищем Эльдорадо! Давайте погостим у жаброголовых, посмотрим их милый городок и отправимся в путь!
– Что ж, я проведу вас по Полису, – торжественно заявил старик. – Меня зовут Джора. Это имя наших предков, означающее «первый дождь», но мы не ведаем, что такое дождь. Следуйте за мной, друзья!
Под куполом стояла удивительная тишина – не мертвая, а вибрирующая, будто в воздухе ощущались отзвуки далеких течений. Светильники из рыбьего жира горели ровными янтарными огоньками. Они висели на гибких коралловых столбах, кораллы в которых засохли – ведь кораллы не могли выжить в воздухе под куполом.
– Наш город – соединение морского и человеческого, – начал Джора, поворачиваясь к пиратам. – Мы сохранили то, что нашли в руинах после падения Полиса, и добавили свое.
Он остановился перед первым домом. Это была конструкция из старого камня – массивные блоки, почти стертые водой, – но крыша была покрыта раковинами-моллюсками, которые при движении реагировали на потоки воздуха и распускались, словно цветы.
– У вас… крыша шевелится! – пискнула Кэтти, пятясь назад.
– Это нормально, – спокойно ответил Джора. – Раковины защищают нас от перепадов давления. Они чувствуют вибрации воды и заранее закрываются, когда гиганты проплывают близко.
Сильвер прижал крылья к груди и восторженно ахнул.
Дальше улочка становилась шире. По обеим сторонам стояли лавки – и каждая являлась удивительным смешением двух миров.
Первая лавка была морской. На стенах висели полупрозрачные капсулы с медузами – не для еды, а для освещения. Продавец–жабролюд продавал свет: каждая медуза испускала свой оттенок, и местные домовладельцы выбирали их так же тщательно, как люди выбирают светильники.
– Не трогать руками, – предупредил Джора. – Если медуза испугается, она может выпустить ток.
Сильвер, конечно, уже тянул лапку, но вовремя отдернул ее, пробормотав на человеческом:
– Жаль гигантов… и медуз тоже жаль!
Следующая лавка продавала оружие. Но какое! Человеческие трезубцы стояли рядом с копьями из клыков морских тварей. Некоторые копья были настолько длинные, что Жанна взглянула на них с уважением.
– Мы не воюем часто, – тихо сказал Джора. – Но когда гиганты в бешенстве, нам приходится защищать Купол.
Улица перед ними расширилась, и пираты вышли на площадь, где под куполом мягко лил струи фонтан, наполняя водой огромный пруд. В нем кружили крошечные красные рыбки, а по центру стояла статуя античной девушки, воспроизводившая старинный танец.
– Она… как Плясунья ветров! – восторженно выдохнул Джо, вспомнив, как выглядит носовая фигура их корабля.
– Это память Полиса, – пояснил Джора. – Наши предки создали это, чтобы мы не забыли, кто жил здесь до нас.
Пираты завороженно смотрели, и даже Жанна, обычно самая прагматичная, слегка разомкнула губы от удивления.
– Впечатляет… Ладно, ладно, – буркнула она наконец. – Полис милый городок. Можно идти дальше?
Следующим был полуразрушенный человеческий дом. На его стене, словно реликвия, висела доска, на которой мелом были начертаны древние письмена. А вокруг – маленькие жабродети, сидевшие на камнях и слушавшие учителя.
– Мы изучаем и море, и мудрость людей, – сказал Джора. – Наши дети учатся читать человеческие символы. Хотя смысл многих слов нам уже не ведом… например, «ветер».
Дети дружно повторили: «Ве-тер, ве-те-е-ер».
– Забавно, – хмыкнул Мар. – Неужели вы никогда не высовывали голову на поверхность воды, чтоб почувствовать дуновение ветра на лице? Даже рыбы выскакивают из воды иногда.
На его словах про «поверхность» одна из девушек-учениц за партой заинтересованно повернулась и потрясенно распахнула глаза, ловя каждое слово.
…
В школе подводного города Полиса девушка-подросток резво обернулась, услышав по поверхность. Она вскочила из-за парты и подбежала к пиратам.
– Вы знаете про поверхность? Расскажите мне! Я всю жизнь мечтала там побывать!
Джора посмотрел на девочку неодобрительно. Девчушка оказалась рыжей и веснушчатой, хотя здесь, на дне, кожа большинства жабролюдей была голубоватой, а волосы – белыми или серыми.
– Элли, сядь на место и не отвлекай наших гостей. Нам нет дела до поверхности, соваться туда смертельно опасно!
Девчушка потупила взор, но потом быстро поднялась на носочки и шепнула на ухо Кэтти:
– Я вынырнула из моря однажды, и солнце меня не сожгло! Я чувствовала ветер на коже!
Потом на девчушку прикрикнула учительница, и она вернулась на место, постоянно оглядываясь.
– Храбрая девочка, – сказала Кэтти Джо. – Она выглянула на поверхность, хоть им с детства внушали, что солнце сожжет их дотла.
– Но вряд ли мы можем начать переубеждать старика про безопасность поверхности, – пожал плечами Джо. – Он нам просто не поверит. Предлагаю не искать проблем с местными жителями, и мирно завершить нашу экскурсию.
Пираты кивнули друг другу: действительно, спорить с Джорой было бы глупо и опасно для их дальнейшего путешествия. Поэтому они послушно пошли за стариком дальше.
Джора повел их по последнему широкому проспекту между домами: здесь находились мастерские и лавки ремесленников, а также кузницы. На стенах висели сети, сплетенные из морских водорослей, но укрепленные тонкими металлическими нитями, найденными в руинах. Тут же сушились огромные раковины, расколотые на части: из них местные делали посуду и музыкальные инструменты.
В большом зале мастерской стояли десяток жабролюдей, которые зашивали сеть, порванную, судя по размерам отверстия, особо раздраженным гигантом.
– Здесь заканчивается территория нашего народа, – с грустью сказал Джора. – За мастерской – стена Купола. Дальше только море… и опасные воды.
Он остановился, развернулся к пиратам и, сложив руки на груди, торжественно поклонился:
– Спасибо, что проявили уважение к нашему дому. Теперь вы можете отдохнуть у фонтанов или вернуться к своим делам. Об одном лишь хочу попросить… не будоражьте умы наших жителей рассказами о поверхности, – и старик взглянул на них весомо, и в его взгляде читалась затаенная угроза.
Пираты переглянулись и вежливо раскланялись.
Фью всплеснула лапками:
– Это было прекрасно!
Жанна фыркнула, но даже она выглядела тронутой:
– Ладно… было мило. Теперь нам точно пора.
Мар поблагодарил старика, и пираты направились обратно по знакомой улочке, где янтарный свет медуз плавно качался в капсулах.
Когда они вышли к площади с фонтаном, то собрались вместе и хмуро переглянулись. Джо как раз собирался обсудить вопрос, что они не могут покинуть Полис – ведь их защитный купол просто слился с куполом города.
И тут из-за каменной колонны выскочила расторопная маленькая фигурка – девчушка Элли, которую они видели в школе. Ее рыжие пряди разметались по лицу, а глаза горели решимостью.
Она подбежала прямо к Кэтти, схватила пиратку за рукав и затараторила шепотом:
– Пожалуйста! Возьмите меня с собой! На поверхность! Я знаю, что вы туда подниметесь!
Девочка нервно оглянулась, словно ожидая, что учительница или Джора появятся из-за угла.
– Я не хочу жить здесь! Я не боюсь солнца, я не боюсь ветра! Я хочу увидеть мир!
Кэтти ахнула:
– Элли, что ты… да тебя же…
– Меня накажут, я знаю, – перебила девочка. – Но я не могу больше! Я годами слушаю истории о том, чего никто не видел. Я хочу почувствовать настоящий воздух, увидеть небо. Пожалуйста… Я могу быть полезной! Я умею нырять глубже всех! У меня есть жабры, я могу жить под водой! Я найду для вас проходы в рифах, я помогу… только заберите меня.
Джо нахмурился:
– Милая, но у вас тут здорово. Рыбы, кораллы, бесконечная глубина. Мне всегда подводный мир рифов казался более красивым, чем поверхность. Мы не можем забрать тебя. Жабролюди ополчатся на нас. Да и что делать ребенку… девочке на пиратском корабле?
Элли возмущенно ткнула пальцем в Кэтти:
– Но она девочка! – а затем ткнула пальцем в Жанну: – И она тоже девочка!
– Ладно, ладно! Туше! – Джо вскинул руки. – Но все равно, забрать тебя было бы не честно.
– Но вы забрали все это! – Элли ткнула пальцем в сокровища, которыми были набиты карманы и сумы пиратов.
Пираты переглянулись. Жанна выдохнула, потерев виски:
– Ох, нет… только соплячки нам не хватало…
А Кэтти вдруг наклонилась, взяла Элли за подбородок и посмотрела ей в глаза.
– Девочка… – прошептала она. – Скажи честно. Ты понимаешь, что если мы тебя возьмем, пути назад может не быть? Что твой народ решит, что мы тебя украли?
Элли кивнула, даже не моргнув.
– Я понимаю. Не волнуйтесь, я сирота, они не станут обо мне долго тосковать. Все, что угодно, лучше, чем остаться здесь навсегда.