Светлана стояла у окна своей однокомнатной квартиры. Смотрела, как снег медленно падает на спящий город. До Нового года оставалось всего три дня. А она до сих пор не знала, как быть. В руках она держала телефон, только что закончился очередной разговор с Леонидом. Жёсткий. Холодный. Категоричный.
— На Новый год детей своих не тащи, я не собираюсь терпеть этот шум — отчеканил он и положил трубку, даже не дав ей ответить.
Светлана закрыла глаза. Шесть месяцев отношений и вот оно, настоящее лицо мужчины, которого она так хотела полюбить. Которому так старалась понравиться. За которым видела будущее.
Но дети... Её дети — Максим, девять лет, и Полина, шесть. Её мир. Её смысл жизни после развода с Андреем. После того, как бывший муж ушёл к другой женщине, оставив их втроём без особой поддержки. Алименты он, конечно, платил — минимальные, строго по закону, но больше ничего не хотел знать о своих детях. Словно они перестали для него существовать.
И вот теперь — Леонид.
Успешный предприниматель, сорок два года, разведён, детей не имеет.
Познакомились случайно в кафе. Света в этот день встречалась с подругой. Леонид оказался обаятельным, внимательным, щедрым. Приглашал в рестораны, дарил цветы, говорил комплименты. Она словно ожила рядом с ним. Почувствовала себя женщиной, а не только матерью-одиночкой, которая разрывается между работой и детьми.
Но детей своих она ему не показывала. Боялась. Боялась, что он испугается, что отношения закончатся, едва начавшись. Леонид как-то вскользь упомянул, что не любит детей. Что они шумные, капризные, отнимают всё свободное время. Светлана тогда промолчала. Решила, что время покажет. Что, может быть, он изменит своё мнение, когда узнает её лучше.
А месяц назад Леонид сделал ей предложение. Не совсем официальное, но всё же. Предложил переехать к нему, жить вместе, попробовать построить семью. Света была на седьмом небе. Наконец-то — стабильность, надёжное мужское плечо, возможность не считать каждую копейку.
Но когда она осторожно заговорила о детях, Леонид сразу нахмурился.
— Они могут жить с нами — сказал он с натянутой улыбкой. — Но пусть сразу знают правила: тихо, послушно, никаких игрушек по всей квартире и никаких истерик.
Светлана тогда решила, что это просто слова. Что на деле всё будет иначе. Что Леонид просто не привык к детям, но со временем привыкнет.
Она ошибалась.
Звонок в дверь вырвал её из этих мыслей. На пороге стояла соседка, тётя Галя, с авоськой, полной мандаринов.
— Светочка, на, возьми детишкам к празднику — она протянула пакет. — И что такая грустная? Новый год на носу!
— Спасибо, тётя Галь — Света попыталась улыбнуться. — Да так, устала просто.
Соседка внимательно посмотрела на неё.
— Ты с тем своим кавалером не намудри, слышишь? Мужик мужиком, но дети — святое. Помни об этом.
Света кивнула и закрыла дверь. Мандарины пахли праздником, детством, радостью. Она вспомнила, как Максим и Полина обожают их чистить, как смеются, надевая кожуру на пальцы. Как строят из неё человечков.
Её дети.
Она подошла к их комнате. Максим делал уроки за столом, Полина рисовала на полу.
— Мам, а Леонид пригласит нас на Новый год? — поднял голову сын.
Светлана замерла.
— Откуда ты знаешь?
— Ты вчера говорила по телефону. Я слышал.
Полина вскочила и обняла мать за ноги.
— Мамочка, а там будет ёлка? И подарки? Я хочу к Леониду!
— К Леониду... — машинально повторила Света.
Она присела на корточки, обняла обоих детей.
— Малыши мои...
И в этот момент поняла, что решение принято.
На следующий день Светлана приехала к Леониду. Его трёхкомнатная квартира в центре города всегда казалась ей музеем. Идеальный ремонт, дизайнерская мебель, ни пылинки. Он открыл дверь, поцеловал её в щёку.
— Соскучился по тебе. Чай будешь?
— Леонид, нам нужно поговорить.
Он нахмурился, но кивнул. Они прошли на кухню. Мраморная столешница, хромированная техника, всё блестит.
— Слушаю тебя.
Светлана набрала воздух в грудь.
— Я не могу встретить Новый год без своих детей. Это их праздник. Мой праздник. Наш семейный праздник.
Леонид отпил кофе, медленно поставил чашку.
— Света, мы уже это обсуждали. Я устаю на работе, мне нужен отдых, покой. Я не хочу орущих детей вокруг себя в праздник.
— Мои дети не орут.
— Все дети орут — он усмехнулся. — Слушай, я понимаю, ты мать, и это прекрасно. Но пойми, и ты меня — мне нужна женщина, а не мать-наседка, которая постоянно думает только о детях.
— Леонид, они часть меня.
— Вот именно. Часть. Но не вся ты. — Он встал, подошёл к ней, положил руки на плечи. — Света, я серьёзно отношусь к нашим отношениям. Хочу, чтобы ты переехала. Хочу заботиться о тебе. Но при одном условии — я должен быть на первом месте. Не дети. Я.
Она посмотрела ему в глаза. Такие красивые, карие, с золотистыми искорками. Но холодные. Расчётливые.
— А если я не соглашусь?
Леонид пожал плечами:
— Тогда подумай, нужны ли тебе наши отношения. Потому что я не собираюсь меняться. Это мой дом, мои правила, моя жизнь. Ты либо принимаешь меня таким, какой я есть, либо...
Он не договорил, но она поняла.
Светлана встала:
— Спасибо за честность.
— Ты куда? — он удивился.
— Домой. К детям. Готовиться к Новому году.
— Света, не горячись. Подумай ещё. Позвони мне завтра.
Она молча надела куртку, взяла сумку:
— Счастливого Нового года, Леонид.
И вышла.
Всю дорогу домой она плакала. Не от жалости к себе, а от облегчения. Словно сбросила с плеч непомерный груз. Груз притворства, страха, желания понравиться во что бы то ни стало.
Тридцать первого декабря их маленькая квартира преобразилась. Дети вместе со Светой наряжали ёлку. Небольшую, искусственную, но такую родную. Максим цеплял шары, Полина — дождик. Пахло мандаринами и ванильным печеньем, которое они испекли вместе.
— Мам, а Леонид больше не будет нашим папой? — спросила Полина.
Светлана присела рядом с ней.
— Дочка, он никогда им и не был. И не станет.
— А почему?
— Потому что настоящий папа любит не только маму, но и её детей. Всех вместе. А Леонид... он не готов любить вас.
Максим подошёл, обнял мать.
— Мам, нам и так хорошо. Правда. Мне не нужен никакой Леонид.
Слёзы навернулись на глаза, но Светлана улыбнулась.
— Да, сынок.
В одиннадцать вечера они втроём сидели за столом. Оливье, селёдка под шубой, курица в духовке. Скромно, но вкусно. По телевизору шёл «Иван Васильевич меняет профессию» — традиционный фильм. Дети смеялись. Светлана смотрела на них и чувствовала, как наполняется сердце.
А в полночь, когда часы пробили двенадцать, все вместе вышли на балкон, зажгли бенгальские огни и загадали желания.
— Я хочу, чтобы мы всегда были вместе! — крикнула Полина.
— А я хочу, чтобы мама была счастливой! — добавил Максим.
Светлана крепко обняла их обоих.
— Я уже счастлива.
И это была правда.
Телефон завибрировал. Сообщение от Леонида: «С Новым годом. Может, зайдёшь завтра? Поговорим спокойно».
Она посмотрела на экран, улыбнулась и удалила сообщение.
Некоторые главы в жизни нужно закрывать, чтобы открыть новые. И Светлана только что перевернула страницу.
Январь выдался морозным, но солнечным. Светлана вернулась на работу после праздников с каким-то новым ощущением, словно скинула с себя невидимые оковы. Коллеги заметили перемены.
— Света, ты прямо светишься! — воскликнула её подруга Марина за обедом. — Что случилось? Леонид сделал предложение?
— Наоборот — спокойно ответила Светлана. — Мы расстались.
— Как?! — Марина чуть не подавилась кофе. — Но ведь он был таким... состоятельным, внимательным...
— Он был таким, каким я хотела его видеть. А на самом деле… Эгоистом, который не готов принять меня целиком. Со всем, что у меня есть.
Марина задумчиво помолчала.
— Знаешь, ты молодец. Многие бы на твоём месте пожертвовали детьми ради благополучия.
— Дети — это не то, чем жертвуют — твёрдо сказала Светлана.
Леонид звонил ещё несколько раз. Писал сообщения. Предлагал встретиться, поговорить, всё обдумать. Но Света видела в его словах лишь желание вернуть контроль, а не искреннее изменение.
— Леонид, нет… — сказала она в последний разговор. — Мне нужен тот, кто будет любить моих детей так же, как меня. Или не нужен никто.
— Ты пожалеешь — холодно бросил он. — Одинокая мать с двумя детьми... Много ли у тебя будет шансов?
— Это моё дело — ответила она и отключилась.
И знаете? Она не пожалела. Ни разу.
В феврале в их доме случилась небольшая авария. Прорвало трубу в ванной. Светлана в панике вызвала сантехника из управляющей компании. Приехал мужчина лет тридцати пяти. Невысокий, крепкий, с добрыми серыми глазами и улыбкой, от которой в уголках глаз появлялись морщинки.
— Сергей — представился он. — Сейчас посмотрим, что тут у вас.
Пока он возился с трубами, Максим крутился рядом, задавая миллион вопросов:
— А как вы это делаете? А какой инструмент это? А можно я подержу?
Светлана уже хотела одёрнуть сына, но Сергей только рассмеялся.
— Конечно, держи. Только аккуратно, ключ тяжёлый. Молодец! У тебя золотые руки, парень. Хочешь, научу, как кран починить?
Максим сиял от счастья.
Полина тоже не удержалась и принесла свои рисунки, показывала, рассказывала. Сергей внимательно слушал, хвалил, спрашивал.
— Какая ты умница! А это кто, принцесса? Очень красиво нарисовала!
Света смотрела на эту картину и чувствовала странное тепло в груди. Вот он — просто сантехник, в рабочем комбинезоне, с грязными от работы руками. Но с детьми разговаривает, как с равными. Смеётся искренне. Не раздражается от их шума и вопросов.
— Готово — объявил Сергей через час. — Всё работает. Но вообще у вас тут трубы старые, скоро могут снова полететь. Если что… Вот моя визитка. Звоните, не стесняйтесь.
— Спасибо огромное — Светлана взяла визитку. — Сколько я вам должна?
— Вот квитанция. Не волнуйтесь. Больше ничего платить не нужно.
Он уже собирался уходить, когда Максим вдруг спросил:
— Дядя Серёжа, а вы ещё придёте?
Сергей улыбнулся, посмотрел на Светлану.
— Если мама не будет возражать и что-нибудь сломается, то приду обязательно.
Что-нибудь действительно сломалось через две недели. На этот раз кран на кухне начал подтекать. Света позвонила Сергею. Он приехал в тот же вечер.
— Опять авария? — улыбнулся он.
— Опять — призналась она.
На этот раз работа заняла всего полчаса. Но потом Максим затеял показывать Сергею свою коллекцию моделей машин, Полина притащила кукольный домик. А Светлана поставила чай.
Они сидели на кухне, разговаривали. О жизни, о работе, о детях. Сергей рассказал, что тоже развёлся, три года назад. Детей нет — не сложилось.
— Жена хотела карьеру, путешествия, свободу. А я хотел семью, уют, детские голоса в доме — он грустно улыбнулся. — Не сошлись характерами.
— Я вас понимаю — тихо сказала Светлана.
— А вы? — осторожно спросил он. — Если не секрет.
И она рассказала. Про бывшего мужа, который ушёл. Про Леонида, который требовал выбора между ним и детьми. Про то, как она выбрала детей и ни разу не пожалела.
Сергей слушал внимательно, кивал.
— Правильно сделали. Мужчина, который не может принять детей женщины… Не мужчина вовсе. Дети — это же счастье. Радость. Смысл всего.
Светлана посмотрела на него и вдруг поняла: вот он. Настоящий. Без пафоса, без дорогих ресторанов и подарков. Просто человек с добрым сердцем и правильными ценностями.
Март принёс оттепель и новые встречи. Сергей стал частым гостем в их доме. Сначала под предлогом мелкого ремонта, потом просто так. Приносил Максиму журналы про технику, Полине — краски и альбомы. Помогал делать уроки, рассказывал истории, играл в настольные игры.
Дети ждали, когда он придёт снова и его обожали.
— Мам, а дядя Серёжа может стать нашим папой? — спросила однажды Полина.
Светлана растерялась:
— Почему ты спрашиваешь?
— Потому что он хороший. И любит нас. Правда?
— Правда, Полинка.
В апреле Сергей пригласил их на пикник. Всех троих. Они поехали за город, жарили шашлыки, играли в бадминтон, смеялись. Максим учился разжигать костёр, Полина плела венок из одуванчиков.
А вечером, когда дети уснули в машине по дороге домой, Сергей взял Светлану за руку.
— Я знаю, что мы знакомы всего несколько месяцев. Но я... я никогда не чувствовал себя настолько на своём месте, как с вами. С вами троими. Это и есть семья. То, о чём я всегда мечтал.
— Серёжа...
— Я не тороплю тебя. Но хочу, чтобы ты знала: я серьёзно. И дети для меня не обуза. Они — подарок. А я хочу всю тебя. Со всем, что у тебя есть.
Слёзы потекли по её щекам. Тёплые, счастливые.
— Я тоже — прошептала она. — Я тоже хочу этого.
Он наклонился и поцеловал её. Нежно, бережно. Как целуют что-то очень ценное и хрупкое.
Следующий Новый год они встречали уже вчетвером. В небольшой, но уютной трёхкомнатной квартире, которую Сергей снял для них всех. Огромная ёлка, гирлянды, гора подарков. Максим получил конструктор, о котором мечтал, Полина — большой набор для рисования.
А Светлана получила кольцо.
— Выходи за меня замуж — сказал Сергей, опустившись на одно колено прямо посреди праздничного стола. — Давай построим настоящую семью. Все вместе.
— Да! — закричали дети хором. — Мама, говори да!
Светлана смеялась и плакала одновременно.
— Да! Тысячу раз да!
И когда часы пробили полночь, они все вместе вышли на балкон, зажгли бенгальские огни и загадали одно общее желание. Быть вместе. Всегда.
А где-то в другом конце города Леонид сидел один, в своей идеально чистой квартире, с бокалом дорогого шампанского и смотрел в окно на падающий снег.
Тихо. Спокойно. Пустынно.
Он вспомнил Светлану — её смех, её тепло, её детей. И впервые за много лет почувствовал, что упустил что-то важное. Что-то, чего не купишь за деньги и не получишь по расчёту.
Семью. Но было поздно.
А Светлана больше не думала о нём. Потому что нашла то, что искала всю жизнь.
Любовь! Без условий. Без ультиматумов. Без выбора.
Просто любовь.
Рекомендую:
Подписывайтесь, чтобы не пропустить следующие публикации.
Пишите комментарии 👇, ставьте лайки 👍