Захар смотрел в иллюминатор и вспоминал:
– Вот так же на самолете мы летели к моим родителям сразу после свадьбы.
Да, торопились мы домой, к так ждавшим меня с женой родителям. Ах как же они тогда радовались. Мама встречала сноху тепло и гостеприимно. Сразу с радостью сказав:
– Живите дружно. Главное, чтобы в вашей семье было взаимопонимание и уважение, а остальное приложится.
Помнил Захар, что отец в основном только молчал и кивал головой, соглашаясь с мамой. В тот момент это был у них первый в их жизни отпуск. Помнил он и страстное желание отдохнуть в их небольшом южном городе. А еще он, Захар, тогда с нетерпением ждал встречи с родителями и сестрой, ведь он не видел их четыре года: сначала была армия, а потом он остался там же, на Камчатке, работать, и почти сразу появилась в его жизни мама Федора. И вдруг тут же пришло другое, уже печальное воспоминание – похороны отца.
Отец умер через неделю после того, как у них с женой родился Федор. И он тогда расстроенный и одинокий летел домой, а душа болела за оставленную семью, за маму которая тогда осталась одна, вот так несправедливо распорядилась жизнь.
Да и сейчас его с тестем позвала в дорогу очередная трагедия: смерть его жены безжалостная, неожиданная: жена умерла в родах, и она, и ребенок, им так толком и не объяснили причину этой трагедии. А вернее называли сразу несколько причин их смерти, о том, что и как говорили врачи они с тестем и не могли помнить, ведь они: и отец, и муж были в таком состоянии, что и понимать ничего не хотели, требуя спасти и мать, и ребенка. Но увы…
А потом как-то оба, и тесть, и зять решили уехать на родину Захара. Квартир у них было две. Продав их обе, они быстро засобирались, словно боясь передумать. Весь и Захар, а тем более Тимофей Семенович с Захаром столько лет прожили там, на Камчатке, уже обзавелись друзьями и знакомыми, у них была хорошая работа. Правда Тимофей Семенович три года назад тоже похоронил жену. Но все же они решились уехать. Единственным, о чем они могли переживать, собираясь на юг, были могилы их умерших жен. Они чувствовали, что будут они переживать о могилах, что будут могилы скорее всего заброшены без их заботы, и будут их родные женщины в одиночестве глядеть с фотографий на белый свет. Но оба понимали, что там, на юге, будет лучше и маленькому Федору, которому недавно исполнилось девять лет. Да им тоже будет лучше.
Их никто не встречал, ни в аэропорту большого города, ни в том маленьком районном городке на юге страны, где и был его, Захара, родной дом. Теперь там жила только мама Захара Лидия Ефремовна. Они просто сообщили ей о том, что скоро приедут. Не понимали мужчины, что вот эта неопределенность для нее была гораздо хуже, чем просьба о встрече их на вокзале, и а от его до дома до вокзала было всего-то пятнадцать минут ходьбы. Жили они в уютном районе с частными домиками. Вот в одном из них раньше жила большая семья Захара: мама папа, бабушка, он и его сестра. А теперь мама осталась одна.
И вот они уже у калитки дома, но она закрыта. И Захар, погромыхав щеколдой, прислушался.
– Ну вот, нас услышали.
Там за забором мама отодвинула засов, и калитка открылась:
– Захар, – выдохнула Лидия Ефремовна, и тут же мать оказалась в объятиях Захара:
– Мамочка, не плачь. Я приехал, а, вернее, мы все приехали, навсегда. Ты теперь не будешь в одиночестве. Знакомься, это твой внук Федор. А это его дед Тимофей Семенович.
– Ой, что же это я, – и она словно пропела, – проходите, проходите гости мои дорогие.
И хозяйка повела их в дом, где и устроила их пока в самой большой комнате, так как там было на чем спать: диван и два раскладных кресла, которыми давно никто не пользовался. Дочь не особенно баловала ее визитами, ведь она и ее муж усердно работали, зарабатывая себе на квартиру:
– Располагайтесь пока здесь, а дальше видно будет, – радостно восклицала Лидия Ефремовна, обнимая то сына, то внука.
– Нам этого хватит. Мы ведь планируем себе две квартиры купить.
– Да ты что, сынок, приехал, чтобы опять меня в одиночестве оставить? – воскликнула печально Лидия Ефремовна, – но я так устала от этого унылого одиночества, невыносимо устала. Я ведь одно время ежедневно на кладбище ходила, так мне тоскливо было дома оставаться. Вы уже обживаетесь пока тут, а потом видно будет, да и торопиться с покупкой жилья не стоит, вы сначала работу себе найдите, а потом будете квартиры покупать.
– И то верно, – согласился с ней Тимофей Семенович, – но вот по городу пройтись мне бы очень хотелось. И не просто ради любопытства, а присмотреться не только к домам, но и к вашему транспорту, ведь до работы надо будет на автобусе, скорее всего, добираться, да?
– Так у нас всего два маршрута в городе, один автобус проходит мимо нас. На нем и ездят все на работу, так как он через весь город идет. А если захотите, Тимофей Семенович, я вам экскурсию по городу устрою.
– С удовольствием погуляю и выслушаю ваш рассказ о городе.
И на следующий день они пошли с Лидией Ефремовной на прогулку. Городок у них был чистый, ухоженный, уютный. Работу населению города обеспечивало единственно в городе предприятие: электрокабельный завод, что для Захара было хорошим вариантом, ведь он и заканчивал колледж, который готовил кадры для этого завода.
А вот для Тимофея Семеновича подходящих вакансий не было. Там на Камчатке он преподавал в юридическом колледже, и сейчас не мог найти себе ничего подходящего он даже представить себе не мог, куда он здесь может устроиться. Ему до пенсии оставалась всего два года. Но ведь не будет же он сидеть на шее зятя и его матери. Но здесь, в этом городе, только школы и филиал технического ВУЗа. Но мама Захара обещала узнать про работу в полиции, у нее сосед там работал, возможно его возьмут туда, почему то думала Лидия Ефремовна. Но гость понимал, что в его возрасте рассчитывать на это было бы глупо.
Однако этот сосед все же нашел ему работу в строительной компании, которая принадлежала отцу его зятя. Там давно искали серьезного и знающего юриста, но приходили к ним только амбициозные молодые люди без опыта. Да и практически без знаний, ведь сейчас специальное образование далеко было от того, что было в те давние времена когда он учился сам, когда не было никакой оптимизации во всех сферах деятельности. И Тимофея Семеновича взяли юристом в эту компанию. Правда ему пришлось все же основательно поработать перед тем, как начать здесь, на юге, свою трудовую деятельность: он закончил соответствующие его специализации курсы, и теперь ему цены не было, как говорила своей соседке Лидия Ефремовна.
Проработав до конца лета, они с Захаром наконец-то купили себе квартиры, окончательно решив, что пусть лучше будут две квартиры, чем одна большая.
– Ведь Захар еще может жениться, – говорил, смущая зятя, Тимофей Семенович, – ты не переживай, Захарушка, жизнь она такая непредсказуемая. Что ж, тебе теперь всю жизнь и оставаться одному? А ведь Федору и мамка тоже нужна, пусть и не родная. Но я уверен, дружок, найдется для тебя хорошая женщина, пусть даже и с ребенком, которому отец нужен. Ты же, Захар, отец замечательный, я это хорошо знаю, поэтому и люблю тебя, Захар.
В новостройках они не хотели покупать себе квартиры. А смотрели в районе старой застройки вторичку, зная, что они не прогадают. Да к тому и неподалеку друг от друга, и от дома Лидии Ефремовны.
– Городок наш хоть и маленький, но лучше жить в “кучке”, – говорила вездесущая соседка Лидии Ефремовны, принявшая активное участие в поиске квартир.
К тому же она посоветовала Тимофею Семеновичу купить однокомнатную квартиру.
– А все остатки денег отдать зятю. Да и ты, Лидия, отдавай свои накопления, что их без толку держать. Цены-то, цены, так и скачут, и все вверх. А коли не хватит, то я и свои добавлю. А вы мне отдадите потом, Лидию я с детства знаю. Ну а ты, мил человек, точно знаю, что не обманешь.
Вот так и получилось у них купить двухкомнатную и однокомнатную квартиры, а 180.000 которые заняла им Агния Павловна, они отдали ей через три месяца ведь к этому времени они оба уже работали. И все были довольны таким раскладом дел.
По выходным они все вместе ходили гулять. Захар при этом вспоминал все то хорошее, что было в детстве. А Тимофей Семенович дотошно пытался узнать на прогулках обо всем, что его интересовало. Часто бывали они и в парке, тогда Федор радовался, ведь его не ограничивали в развлечениях, и он уже не раз, и даже не десять раз катался на всех аттракционах. Именно в такие моменты он радовался тому, что они переехали именно сюда, в этот маленький городок, где ему нравилось все без исключения, Ну вот что их частенько удивляло и выходило за рамки всего привычного, что обычно происходит в парке, так это реакция мальчика лет 3-4, который приходил сюда с мамой, и как только этот мальчик видел их, он тут же бежал к Захару и громко кричал:
– Папка, папка!
Женщина бежала следом за ним, догоняла его, присаживалась на корточки и обнимала мальчишку, что-то шепча ему на ухо. Но она всегда садилась так, чтобы не было видно ее лица. Наверное, ей было стыдно перед всеми окружающими за такое вот “кино”, которое устраивал ее сын. Но Федор, совсем недавно потерявший мать, очень хорошо понимал малыша. Поэтому ему было безумно жаль его, и он каждый раз тоже хотел добежать до мальчика и обнять его.
Однажды, уже в конце лета, когда они с бабушкой шли из школы, куда она его и определила уже в четвертый класс, он попросил ее зайти в парк и покататься на любимом аттракционе. Она села у входа, а он побежал в боковую аллею. И тут увидел и маму и мальчика, они шли навстречу ему. Федор разглядел их обоих, и маму и сына. Он видел и то, как заплакал мальчик узнав его, Федора. А потом они развернулись и пошли назад.
Желаю вам всего доброго, мои уважаемые читатели, и стараюсь доставить всем вам, мои дорогие, удовольствие своим творчеством, верьте, как и все мои герои, в то, что жизнь прекрасна и удивительна!
А вот и другие мои рассказы: