Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Циркадные ритмы матери влияют на риск инфекций у ребёнка

Если ещё недавно иммунитет представляли как чётко настроенный механизм — набор генов, клеток и сигналов, работающих по инструкции, — то сегодня эта картина заметно усложнилась. Всё больше данных говорит о том, что на защиту организма влияют тонкие, на первый взгляд второстепенные вещи. Новое исследование из крупного онкологического центра в Соединённых Штатах добавляет в этот список неожиданный фактор — биологические часы матери. Оказалось, что её суточный ритм способен заранее настроить иммунитет потомства и определить, насколько устойчивым он будет к инфекции, даже если генетически все условия одинаковы. Работа выполнялась в лаборатории онкологического центра Техасского университета. Учёных интересовали циркадные ритмы — внутренние часы организма, которые задают время сна и бодрствования, колебания гормонов и множество других процессов. Вопрос был довольно дерзкий: могут ли эти ритмы влиять не только на самого человека, но и на иммунную систему следующего поколения? И если да, могут

Если ещё недавно иммунитет представляли как чётко настроенный механизм — набор генов, клеток и сигналов, работающих по инструкции, — то сегодня эта картина заметно усложнилась. Всё больше данных говорит о том, что на защиту организма влияют тонкие, на первый взгляд второстепенные вещи. Новое исследование из крупного онкологического центра в Соединённых Штатах добавляет в этот список неожиданный фактор — биологические часы матери. Оказалось, что её суточный ритм способен заранее настроить иммунитет потомства и определить, насколько устойчивым он будет к инфекции, даже если генетически все условия одинаковы.

Работа выполнялась в лаборатории онкологического центра Техасского университета. Учёных интересовали циркадные ритмы — внутренние часы организма, которые задают время сна и бодрствования, колебания гормонов и множество других процессов. Вопрос был довольно дерзкий: могут ли эти ритмы влиять не только на самого человека, но и на иммунную систему следующего поколения? И если да, могут ли они объяснить, почему одни организмы легче справляются с инфекциями, а другие — нет, при прочих равных условиях.

Результаты оказались на удивление наглядными. Даже там, где генетика и среда практически не отличались, иммунный ответ заметно плавал. И это была не случайность. За различиями стоял конкретный биологический механизм, связанный с циркадными ритмами матери. Руководитель исследования подчёркивает, что именно этот фактор способен вносить существенную разницу в исход инфекции, даже когда всё остальное выглядит одинаково.

Для практикующих врачей такая ситуация хорошо знакома. В клинике мы постоянно видим, как два пациента с похожими диагнозами и одинаковым лечением реагируют совершенно по-разному. Один проходит терапию относительно спокойно, у другого возникают осложнения. Обычно мы списываем это на генетику, сопутствующие болезни или индивидуальные особенности, но нередко эти объяснения оказываются слишком общими и мало что реально проясняют.

В эксперименте использовали модельный организм — круглого червя, которого биологи любят за простоту и предсказуемость. С помощью светящихся маркеров исследователи наблюдали за работой иммунной системы до и после заражения бактериями. Генетически черви были почти идентичны, но реакция на инфекцию у них различалась разительно. Это классический пример фенотипической неоднородности — ситуации, когда различия возникают не из-за генов. При более детальном анализе выяснилось любопытное: организмы с изначально повышенным уровнем одного из воспалительных маркеров переносили инфекцию хуже. Интуитивно кажется, что больше воспаления — больше защиты, но на практике чрезмерная готовность иммунной системы может работать против неё, делая ответ менее точным и эффективным. Учёным удалось проследить и сигнальные пути, которые отвечали за этот уровень воспаления.

-2

Самый неожиданный поворот появился дальше. Базовый уровень этого маркера напрямую зависел от циркадных ритмов матери. Когда нарушали работу генов, отвечающих за внутренние часы, эффект исчезал. Фактически это показало, что биологические часы матери — один из ключевых источников вариабельности иммунного ответа у потомства. Иными словами, не только наследственные гены и условия среды, но и ритм жизни матери оставляет долгий, почти «невидимый» след.

Если подобные механизмы действительно работают и у человека — а вероятность этого достаточно высока, — они могут многое объяснить. Например, почему одни пациенты во время лечения чаще сталкиваются с инфекциями, а другие проходят тот же путь без серьёзных осложнений. В онкологии это особенно чувствительная тема: иммунитет там играет решающую роль, а любое осложнение может изменить ход терапии. Важно и то, что речь идёт о негeнетических факторах. А значит, теоретически на них можно влиять. Режим сна, освещение, время приёма пищи, график лечения — всё это может иметь значение не только здесь и сейчас, но и, как показывают данные, для будущих поколений. Пока это звучит скорее как рабочая гипотеза, но она уже заставляет иначе взглянуть на понятие индивидуальной уязвимости к болезням.

Авторы честно подчёркивают, что их исследование не является готовым руководством к действию для врачей. Нужны дальнейшие работы, прежде чем такие знания можно будет применять в клинике. Но сама идея о том, что внутренние часы организма формируют иммунитет ещё до рождения, открывает новое направление для науки. Это шаг в сторону по-настоящему персонализированной медицины, где учитываются не только анализы и диагнозы, но и биологический ритм человека — то, как он живёт во времени.

_________________________

Уважаемые читатели, подписывайтесь на мой канал. У нас впереди много интересного!