первая часть
У Жени началась истерика. Она кричала и билась, и даже мать не могла удержать её. Доктор кивнул медсестре, и та быстро сделала девушке укол. Нина плакала возле дочери. Она понимала, что теперь ничего не будет так, как раньше. Женя — это балет. А если у Жени не будет балета, то значит, не будет ничего.
Женя больше не впадала в истерику — она молча лежала, глядя в потолок. О чём только не пыталась мать разговаривать с ней, но Женя всегда отвечала односложно. Ей было неинтересно, что её одноклассница родила двойню, что кто-то женился, а кто-то уехал за границу.
Когда пришло время вставать и пытаться ходить, Женя, как робот, выполняла все предписания, делала, что говорили, — но на этом и всё.
Прошёл год. Девушка почти полностью восстановилась, правда, быстро ходить или бегать пока не могла, но упорно вышагивала положенные шаги. Дома почти не выходила из комнаты: читала, лежала, смотрела в окно. Нина и сама посерела, глядя на дочь. Переживала очень. Толик ходил мрачнее тучи. Он бы все свои кости отдал, лишь бы его девочка порхала по сцене, как раньше.
Однажды за ужином Толик стал рассказывать про своего коллегу.
— Ой, Нин, вчера встретил Алексея.
— Это какого?
— Ну, нашего, Лёшку, которому в наследство дом достался. И он решил переехать в деревню. Ты не поверишь, стал рассказывать, как приехал туда, — так мы всем парком хохотали.
— А что он вам такого рассказал?
— А говорит, приехал, разгрузили машину, стали вещи в дом переносить. Выхожу — чёрт стоит и жуёт ручку от сумки. Ну, говорит, жара, устал, наверное, в голову что-то дало. Пошёл быстро, ведро воды на себя вылил, вроде полегче стало. Выходит, а чёрт уже за вторую ручку взялся. В общем, думал, что с ума сошёл. Он-то городской совсем. Жену позвал: «Всё, Маш, вызывай скорую». А та как давай хохотать… Оказывается, это был соседский козёл. Старый, чёрный, с сединой. Он из-за того, что такой старый, и в суп не годился — вот и доживал жизнь своим чередом. А как часто бывает, к старости характер испортился, и только шкодничал везде.
Нина рассмеялась.
— И что, не передумал в деревне-то жить?
— Нет, что ты! Теперь он настоящий деревенский житель. Ты не поверишь: свиней держит, корову собирается брать.
— Говорит, дурак был, что раньше в деревню не перебрался. Места, свобода: утром на рыбалку, в лес за грибами, за ягодами. Люди вокруг добрые, все помогают друг другу. В общем, красота.
Нина вдруг легонько толкнула под столом ногой Толика. Он быстро посмотрел на дочь. Женя легонько улыбалась. И тут Толик сказал:
— Женя, а может быть, тебе поехать в деревню? На лето. Там купаться можно, загорать хоть круглыми сутками. А что, мы бы домик сняли. Нет-нет, и мы бы на выходные к тебе приезжали.
Женя удивлённо смотрела на отца.
— Ну, я даже не знаю. Даже не думала об этом никогда. А я смогу?
— А чего ты не сможешь? Тебе же не надо коров доить. Ты подумай, а потом скажи!
Женя три дня молчала. Нина и Толик ждали со страхом её решения. Конечно, отпускать дочку одну в какую-то там деревню не хотелось, но если она поедет — это смена обстановки, это новые впечатления. Она выйдет из своей заморозки, может быть, научится дышать полной грудью, да и воздух там чистый, продукты свежие.
Через три дня Женя сказала:
— Да, я поеду в деревню. Только, мам, пап, я сама, одна.
Толик осёкся, потом сказал:
— Хорошо, как скажешь. Попрошу хоть Михалыча, чтоб довёз тебя да вещи помог перенести.
Ещё через три дня Толик и Нина сняли домик на всё лето. Нина всё вздыхала.
— Ой, как отпустить-то её одну?
— Нин, ты же понимаешь, что надо.
— Понимаю, но всё равно переживать очень буду.
— Ну, сейчас время такое, что в любую минуту можно позвонить и спросить, как дела.
— Ой, да, лишь бы связь там была хорошая!
Женя махнула вслед машине, на которой она приехала, и осмотрелась.
Господи, как же красиво! Домик был небольшой — по крайней мере, снаружи казался совсем маленьким, — но внутри была кухонька, большая комната и маленькая спальня. Всё чистенькое, аккуратное, светлое, а вот самой большой достопримечательностью оказалась терраса. Она была большая, размером почти как дом.
Женя, как представила себя тут вечером с книгой и чашечкой чая, так даже в ладоши захлопала. Она занялась раскладыванием вещей, вроде бы брала только всё самое необходимое, но набралось всё очень прилично. Разложив, расставив всё по полочкам, девушка решила прогуляться, посмотреть большая ли деревня, есть ли озеро. Хотя папа говорил, что есть, но девушка должна была удостовериться сама.
Женя выбрала светлый сарафан, он был почти до земли, надела белые босоножки, шляпу с большими полями и вышла за калитку. Деревня была большая, напополам ее делила песчаная дорога, именно такая, какие всегда бывают на картинках.
- Здравствуйте!
Женя вздрогнула, засмотрелась и не заметила, откуда рядом с ней взялся маленький старичок.
- Здравствуйте!
Она улыбнулась. Старичок пожевал губами, пощурился.
- А ты чьих будешь? Вижу, городская, не нашенская. Значит, приехала к кому-то.
— А я домок вот этот сняла. На всё лето. Очень красиво у вас здесь. Старичок согласно кивнул.
— Красиво. У нас всегда красиво. Хоть летом, хоть зимой. И люди у нас хорошие. А ты что же, совсем одна? — Одна, дедушка. Мама с папой, если смогут, на выходные приедут.
— А как же тебя такую одну отпустили? Тебе годков-то сколько? — Шашнадцать есть!
Женя рассмеялась.
— Что вы, дедушка, мне уже двадцать один!
Женя протянула ему руку.
— Меня Женя зовут.
Дед взял её руку и вдруг зашёлся в смехе. Смеялся долго, а потом махнул рукой и пояснил удивленной Евгении.
— Ты не обижайся. Смешно стало. Разрешите представиться, Евгений Акимович, но все меня зовут просто Дед Женя.
Когда-то я в той деревне чуть ли не самым главным был. Женя порылась в недрах памяти и вспомнила.
— Наверное, председателем.
Дед снова затрясся от смеха.
— Бери выше, завхозом.
Женя подумала, что нужно обязательно найти в интернете про такую должность информацию или у папы спросить, кто такой завхоз в деревне.
- Ну, а ты куда выправилась такая красивая? Уж не в магазин ли? Послушай моего совета. Не ходи, не порти себе настроение.
Женя не собиралась в магазин, но решила спросить,
- Почему.
- Так как почему? В магазине Людка работает, а она страсть, как замуж хочет, а ни берут, и все молодые и красивые — это ейные противницы, особенно такие, как ты.
— Ты ж, вон, прозрачная, считай, а в нашей Людке — центнер, а может, и не один.
— Спасибо, дедушка. Я обязательно запомню и в магазин в таком виде не пойду. А вы не могли бы мне показать, в какую сторону пойти, чтобы озеро найти?
— А пойдём, мне как раз к дому надо, а то моя Мария будет беспокоиться, а может, даже скандал закатит.
Они пошли по тропинке, которая шла вдоль дорожки. Дед комментировал всё, мимо чего они проходили, а Женя с интересом слушала.
— Вон, видишь, хоромы? Недавно отгрохали какие-то городские. Только непонятно, зачем. Могли бы и в городе так же за забором сидеть. Приезжают раз в месяц на три дня. Машины загонят — и не выходят даже. Никто их и не видел, хотя дом уж года два стоит. А вон красный домик. Там живёт бабка Зоя. Зоя-травница. Любую хворь своими травками вылечит.
— Так уж и любую?
— А я тебе говорю — любую. Это сейчас, знаешь, все умные пошли: заболели, в телефоне полистали — и сами себя лечат. Так налечат, что потом из городов к нашей Зойке приезжают, на колени падают. А вон дом. Там и живёт наша Людка-продавщица. С родителями живёт. Раньше, значит, в магазине мать её работала. Такая же, как она, — вот, один в один. И у Петьки, у мужика её, значит, никогда права голоса в семье не было. Вот и на Людке никто не женится, потому что никто не хочет быть, как Петька.
Минут через пятнадцать в голове у Жени всё перемешалось: кто муж Людки, кто приехал из города, а у кого двойня.
— Ну вот мы и пришли. Это мой дом. Заходи в гости, мы со старухой рады будем.
— Спасибо. А озеро-то где?
— А, озеро. Ты назад вертайся. От твоего дома через два дома направо тропка идёт. Вот по ней и дойдёшь до озера.
Женя рассмеялась.
— Дедушка, а зачем вы меня тогда через всю деревню провели?
Дед улыбнулся в усы.
— Ну, во-первых, когда ты со мной такая молодая и красивая гулять пойдёшь? А во-вторых, должен же я тебе деревню был показать. Зато ты теперь всё про всех знаешь.
Женя снова рассмеялась.
— Спасибо вам большое за экскурсию. Теперь пойду искать озеро.
Женя пошла обратно, а дед проводил её взглядом.
— Ох, и зла будет Людка. Точно её Васька мимо такой красоты не пройдёт.
продолжение