"... Всё это очень сложно. Дети, особенно в таком возрасте, остро переживают разлад в семье. Зачастую считают себя виноватыми. Подростки - максималисты, им трудно понять, что расстаются муж и жена, которые для него останутся родителями. Может, Вам к психологу лучше обратиться? Если Вы не против, то я могу посоветовать одного хорошего специалиста..."
Читайте: Плохиш
Военная выправка выдавала в Иване Павловиче военного за версту. Ларисе казалось, что он даже сейчас шагал строевым шагом, настолько, наверное, для него это было привычным.
Заговорить не решались ни она, ни он. Оба напоминали сейчас школьников и держали пионерскую дистанцию. Стоило Ивану на шаг приблизиться к Ларисе, стоило их рукам случайно соприкоснуться, как они тут же их одергивали, словно совершили что-то предосудительное. Лариса молчала. Хоть и была филологом и на уроке могла читать наизусть стихи известных поэтов или рассказывала о жизни писателей так, что дети слушали её с открытым ртом, сейчас она не могла подобрать слова.
Наконец-то заговорил Иван Павлович. Он кашлянул и посмотрел в сторону Ларисы:
- Знаете, я обычно не такой молчаливый, как сегодня. В смысле косноязычием не отличаюсь. На плацу могу долго объяснять устройство БТР так, что меня не только солдаты, но даже берёзы понимают, а сейчас...
И здесь Лариса нашлась, спросила шутливым тоном:
- А сейчас что? Неужели я страшнее БТР?
- Нет, что Вы, - быстро ответил Иван Павлович, - это я так, для слова сказал. Просто не знаю, как Вам это объяснить. Когда я увидел в лесу, как Вы за свою дочь переживали, как крестили её перед тем, как она побежала, сразу маму свою вспомнил. Она точно так же, как Вы, делала. Старалась незаметно меня перекрестить, говорила, что это вроде благословения и что со мной ничего плохого не может произойти. Помню, как мне, молодому курсанту, это не нравилось. Я ведь считал, что это всё этакие "забобоны". Потом привык и ничего не говорил. А сейчас, когда моей мамы уже нет, мне так не хватает её благословения... К сожалению, я слишком поздно это понял.
- Мы все это поздно понимаем, - согласилась Лариса. - Обычно, когда сами становимся родителями.
- Родители тоже разными бывают. Знаете, я такого насмотрелся за то время, что работаю с призывниками. Могу долго рассказывать, но не хочу. Сегодня день такой замечательный, не хочется настроение портить. Кстати, Вы не против, если я приглашу Вас зайти в одно заведенье, что здесь неподалёку? Вы не подумайте ничего плохого. Просто хочу посоветоваться с вами, как с педагогом.
- С радостью помогу Вам, если, конечно, смогу, - ответила Лариса.
Она заговорила о погоде и о том, что скоро экзамены, а затем долгожданный отпуск, когда она сможет поехать в родную деревню к маме. Подполковник сказал, что ему отпуск положен только в середине лета. Но ехать ему некуда, да и не с кем. Лариса заволновалась, подумав, что он намекает на то, что свободен. И сейчас, наверное, поинтересуется, замужем ли она. Конечно, обманывать Лариса понравившегося ей мужчину не собиралась. Решила, если он задаст вопрос напрямую, скажет правду: они с мужем давно стали чужими людьми. Всё, что их связывает, забота о дочери. Но Иван Павлович пока не заговорил о семейном положении Ларисы. Он заказал кофе и десерт, и только после того, как они уселись друг напротив друга за столиком, продолжил разговор.
- Я ведь говорил Вам, Лариса, что у меня четырнадцатилетний сын. Его Егором звать.
- Да, конечно, я помню, что он курсант Суворовского училища. Собирается продолжить семейную династию.
- Так точно, - улыбнулся Иван Павлович. - Вроде парень уже взрослый, закалённый, живёт по уставу, но в душе ребёнок. Мы с супругой решили развестись. На это имеются свои причины, а он воспринял это в штыки. Сказал, что не может понять это и принять. Как объяснить ему, что людям иногда лучше расстаться и общаться как родители, чем просто сосуществовать вместе и сохранять видимость брака.
- Всё это очень сложно. Дети, особенно в таком возрасте, остро переживают разлад в семье. Зачастую считают себя виноватыми. Подростки - максималисты, им трудно понять, что расстаются муж и жена, которые для него останутся родителями. Может, Вам к психологу лучше обратиться? Если Вы не против, то я могу посоветовать одного хорошего специалиста.
- Был бы очень Вам благодарен, - ответил Иван Павлович. Лариса поняла, что подполковнику сейчас непросто. Наверное, в личной жизни разыгрывается драма, и он, привыкший быть сильным, не знает, как ему быть. Она прекрасно понимала его, ведь у самой в жизни происходило подобное.
- Тогда я поговорю с этим человеком, а затем скажу Вам телефон.
- Значит, у меня есть повод, чтобы увидеть Вас снова, - сказал Иван Павлович, отчего Лариса покраснела и опустила глаза. Она, взрослая женщина, переживала сейчас те эмоции, которые не смогла пережить в юности из-за того, что с ней сотворил Генка. Ей были приятны слова подполковника, и он сам ей был приятен. Иван Павлович тоже смутился, но собрался с духом и продолжил: - Лариса, я человек прямой. Не умею ходить вокруг да около. Вы мне очень симпатичны. Знаете, я бы очень хотел, чтобы наш сегодняшний разговор был не просто "стратегическим совещанием" родителей, а чем-то большим...Вы такая сильная и в то же время какая-то беззащитная. Я, конечно, не психолог, могу ошибаться, но в Ваших глазах я вижу грусть. Может, и я чем-то смогу Вам помочь...
Лариса была поражена, насколько точно он смог почувствовать и понять её внутреннее состояние. Она не стала отнекиваться, а чистосердечно призналась:
- Вы точно всё подметили. У меня сейчас не самый лучший период в жизни.
Правда, стоило бы добавить, что этот период довольно затяжной и что в семейной жизни у неё есть только одна отдушина - это дочь. А с мужем они находятся словно на разных планетах, но, конечно, этого говорить она не стала, потому что не привыкла жаловаться. Да и что бы она могла сказать? Что терпит своего Андрея и превратилась в этакую удобную жену? Так в этом она сама и была виновата. Могла бы давно что-то изменить в своей жизни, но не хотела, терпела ради дочери.
Иван Павлович, немного осмелев, дотронулся до ладони Ларисы.
- У меня в субботу будет выходной. Мы могли бы сходить в театр или в кино. Если Вы не хотите, можно просто погулять по городу, посидеть в каком-нибудь уютном заведенье.
Ларисе очень хотелось принять предложение подполковника, хотелось забыть об Андрее и насладиться театральной постановкой в компании Ивана Павловича. Но она, замужняя женщина, не могла себе этого позволить. Поэтому ответила с грустью в голосе:
- Иван Павлович, Вы очень хороший человек, а главное - Вы настоящий и прямой. Поэтому и я скажу Вам прямо: у меня есть муж.
- Муж? - растерявшись, спросил Иван Павлович и посмотрел на безымянный палец правой руки Ларисы.
- Да. Скажу честно, что отношения формальные, но мне бы не хотелось идти в театр, пока я замужем. Да и Вы, Иван Павлович, тоже состоите в браке. Пусть и у Вас в семье, и у меня всё сложно, но мы с Вами связаны обязательствами. Я думаю, что Вы меня должны понять. Сначала нужно разобраться с одними отношениями, а потом идти дальше. Вы согласны со мной?
Вместо ответа Иван Павлович кивнул. После паузы ответил:
- Вы правы, Лариса. Не будем торопить события. Хотя признаюсь, в моей ситуации всё просто. Нужно просто поставить штамп в паспорте. Конечно, и с сыном объясниться. Надеюсь, что после консультации психолога, мне будет это сделать гораздо проще и легче. А Вам? Вам нужно много времени, чтобы уладить все формальности с разводом?
Этот вопрос застал Ларису врасплох. Она не представляла, как Андрей отнесётся к этой новости. Вроде должен обрадоваться, ведь наверняка у него кто-то есть. Но зная характер мужа, Лариса прекрасно понимала: от него можно ожидать всякое. Она неуверенно ответила:
- Надеюсь, что решу этот вопрос быстро.
Они вышли из кафе и снова пошли по просторной улице молча. Каждый думал о своём. На углу, возле продовольственного магазина пожилая женщина продавала красивые пионы. Лариса на мгновение остановила взгляд на красивых цветах, а подполковник, заметив это, поспешил купить букет и вручил цветы ей. Пожилая женщина, взяв деньги, пожелала им всего самого хорошего.
- Какая вы пара красивая! Дай бог вам счастья!
Иван и Лариса переглянулись и улыбнулись. Им обоим было приятно, но нужно было прощаться. У каждого из них была своя жизнь и свои проблемы. Они договорились, что в субботу всё-таки встретятся, но ненадолго. Лариса скажет номер телефона психолога, если тот, конечно, согласится провести консультацию.
Возвращалась Лариса домой воодушевлённая. Она шла и напевала известную песню: "Ты... теперь я знаю ты на свете есть..."