– Катерина, твои квартиранты когда съезжают? – поинтересовалась у Кати свекровь.
– Обещали к концу месяца, – ответила невестка.
– А ремонт в квартире когда будете делать?
– Сразу и начнем. У меня уже с бригадой договор есть, осталось только даты проставить. Материалы почти все куплены или заказаны.
– А подождать не сможешь? – спросила свекровь.
– Нет, надо поскорее сделать да переезжать, – сказала Катя. – А что вас так наш ремонт беспокоит?
– Витька, племянник мой, с женой в город перебрались. Квартиру сняли. Так дорого! И всего-то комнатка в четырнадцать метров и кухня – пять с половиной. А платят, будто королевский дворец снимают.
– Да, цены сейчас – ого-го, – согласилась с ней Катя.
– А тут еще сестра моя с младшей – Анжелкой – тоже решили переезжать. Анжелка в колледж поступила, а Наталья боится ее одну отпускать, не хочет, чтобы дочка в общежитии жила. Вот они сейчас вчетвером на этих четырнадцати метрах и сидят. Представляешь, какая там теснотища!
– А зачем Наталья вместе с Анжелой приехала? Разве Виктор за младшей сестрой не мог сам присмотреть? – удивилась Катя.
– Да за ним самим смотреть надо! И Римма – жена его – не лучше, – вздохнула свекровь.
– То есть вы, Нина Леонидовна, хотите сказать, что тетя Наташа, Анжела и Витя с женой в одной комнате живут?
– Я тебе о чем и толкую. Витя и Римма работают, Анжелика – учится, а Наталья весь день дома на хозяйстве. Витька с женой спят в комнате, на диване. А Наталья с Анжелой каждый вечер из кухни стол выносят в комнату и кладут на пол кухни надувной матрас.
– Каждый вечер матрас надувают?
– Нет, днем он у них в коридоре у стенки стоит, – ответила свекровь.
– Кошмар какой! – сказала Катя.
– Вот и я говорю – кошмар. Катерина, ты бы пустила их в свою квартиру. Все-таки там три комнаты. А ремонт через годик сделаешь, – попросила свекровь.
– Нет, Нина Леонидовна. Мы сами хотим побыстрее в эту квартиру заехать. Дети уже ждут, когда у каждого своя комната будет, – ответила Катя.
– Ну и еще годик подождут, они еще маленькие.
– Насте – одиннадцать, Ярославу – восемь. Не такие уже и маленькие. А ваша сестра для своей семьи пусть снимет двухкомнатную квартиру, – посоветовала Катя.
– Двухкомнатную! Ну, ты даешь! Они за эту-то еле платят, – возмутилась свекровь.
– Тогда пусть тетя Наташа возвращается в поселок, а Анжела переезжает в общежитие. И ничего с ней не случится – все иногородние студенты живут в общежитиях. И она проживет. Может, станет наконец самостоятельной. А то за ней мама до сих пор подтирает, – сказала Катя.
– А что будете с этой двушкой делать? Продадите? – спросила свекровь.
– Нет. Оставим детям. А пока сдавать будем, - ответила Катя.
Вечером она рассказала мужу о просьбе его матери.
– Не соглашайся, – сказал Константин. – Тетя Наташа у нас из тех, про которых анекдоты рассказывают – она умудряется там выгоду получить, где другие терпят убытки. Слышала такое: «Хозяйка, дай воды напиться, а то так есть хочется, что переночевать негде». Вот это про нее. Так что не ведись и не связывайся. А то она так повернет, что мы ей еще и должны останемся.
Костя хорошо знал свою родственницу, но даже он не предполагал, что она решится на такое.
Когда арендаторы съехали, Катя созвонилась с Иваном – бригадиром, чьи рабочие должны были делать ремонт. Договорились, что начнут в понедельник.
А в субботу Катя отправилась на квартиру, чтобы посмотреть, все ли там в порядке. И сюрприз: застала там семью Натальи почти в полном составе: не было только Анжелы – у нее занятия были и по субботам.
Спрашивать, кто дал им ключ от квартиры, не было смысла: понятно, что это была Нина Леонидовна.
– Тетя Наташа, нам надо делать ремонт, пожалуйста, покиньте квартиру. Тем более, что я не давала вам разрешения сюда вселяться.
– Знаешь, Катерина, вы вчетвером живете в двушке, и вам тесно, в трехкомнатную переезжать собираетесь, а мы в однушке – четверо. Друг об друга стукались. Это справедливо? – возмутилась Наталья.
– Справедливо, когда каждый живет в своем жилье и не захватывает чужие квартиры. А вы поступаете, как оккупанты. Собирайте вещи. На той неделе придут рабочие.
– Даже не рассчитывай, – ответила Наталья. – А рабочих твоих мы на порог не пустим.
–А я полицию вызову, – пригрозила Катя.
– Ну, и вызовешь. Что они сделают? Документы проверят, протокол составят. И уедут. А если узнают, что мы родственники, то посоветуют тебе в суд обращаться. Я про такие дела все знаю. Суд назначат через три-четыре месяца, потом еще пару заседаний проведут. Так год и пройдет. А мы в это время будем спокойно жить в квартире. А вот у вас покоя не будет. Представляешь, как на вас всех в поселке будут пальцами показывать: вот они, которые на родню в суд подали! Еще и плевать вслед станут.
В общем, Катя ушла из своей квартиры, так ничего и не добившись.
– Может, к юристам обратиться? – предложил ей муж. – Не может же быть, что на этих наглецов управы нет. Мне всегда казалось, что в таких случаях достаточно вызвать участкового, и вопрос будет решен.
– Получается, что тетя Наташа юридически подкована лучше нас с тобой. В понедельник попробую проконсультироваться у юриста. А сейчас надо позвонить Ивану, сказать, что ремонт снова откладывается.
– Тоже мне проблема! – сказал бригадир. – Если вы по адвокатам ходить начнете, мы ремонт не раньше, чем через год сделаем. У меня есть проверенный способ. Только начнем не в понедельник, а в среду.
– Почему в среду? – удивилась Катя.
– Ну, вот смотрите: вы были у нее сегодня. Она вас умыла. Теперь она будет ждать вашего ответного шага. Вы можете позвонить ей завтра, поговорить «за совесть», можете даже попросить ее войти в ваше положение. Она, конечно, этого не сделает. В понедельник ваша тетя вряд ли дверь откроет – будет ждать, а вдруг вы, и правда, с полицией придете. Но в понедельник – тишина. Во вторник – тишина. Она решит, что победила. И успокоится. А в среду мы тут как тут.
В среду получилось даже лучше, чем спланировал Иван.
Утром они прибыли к дому, в котором была квартира Кати. Рабочие остались на площадке второго этажа. Катя поднялась на третий и открыла дверь своим ключом.
Наталья была на кухне.
– Снова явилась? – спросила она, увидев хозяйку. – Я же тебе сказала, что мы не съедем.
– Ну, и не съезжайте, – ответила Катя. – Но у меня с бригадой договор, поэтому рабочие сейчас начнут ремонт.
– Ты права не имеешь! – воскликнула Наталья.
– Покажите, пожалуйста, где написано, что я не имею права делать ремонт в своей квартире? – спросила Катя.
В это время в квартиру уже вошли рабочие. Двое направились в ванную и начали демонтаж сантехники: вытащили ванную, раковину, унитаз. Перекрыли вентили, поставили заглушки. Потом перешли в кухню.
Еще четверо занялись окнами: вытаскивали старые рамы, зачищали оконные проемы.
Наталья, конечно, не молчала и не смотрела на все это спокойно. Женщина металась между ванной и комнатами, пытаясь остановить рабочих. Но что она могла сделать?
Пока она хватала за руки одного, другие продолжали работать. При этом тот, кого она держала за руки, останавливался. Саму Наталью никто пальцем не трогал. Затем она бросалась к другому, а первый продолжал работать. Через полчаса Наталья, обессиленная, села на диван и молча наблюдала за тем, что происходило вокруг.
Прошло четыре часа. Рабочие сложили в мешки весь мусор и вынесли из квартиры.
– Ну, что, хозяйка? – сказал Иван. – На сегодня все. Завтра займемся межкомнатными дверями, демонтируем антресоли и снимем линолеум. Окна привезут через пару дней, а сантехнику – не раньше понедельника.
– А как мы будем жить без окон? – спросила Наталья. – Холодно ведь. Вы должны сразу поставить новые.
– Совсем не холодно, – ответил Иван. – Даже отопление еще не включили. Сентябрь! Вот если бы мы окна в ноябре или январе демонтировали, тогда – да. И вообще окна другая бригада ставит – специалисты.
Когда рабочие ушли, Наталья посмотрела на Катю:
– Ты нарочно это сделала.
– Я сделала то, что было давно запланировано: начала ремонт в своей квартире. Имейте в виду: завтра снимут входную дверь.
– А я завтра не открою тебе и этим варварам, – пригрозила Наталья.
– Они просто срежут дверь – все равно новую ставить, – ответила Катя.
Когда она пришла следующим утром, дома были все четверо: они собирали вещи.
Автор – Татьяна В.