Трудно, знаете ли, вообразить себе более изощренную форму ментального самоистязания, чем добровольное заточение в так называемых «токсичных» отношениях. Практика показывает, что женщины варятся в этом котле в среднем от восьми до десяти лет. Вдумайтесь только: целое десятилетие, выброшенное на помойку, без тепла, без уважения, в состоянии хронического эмоционального голода. Это больше чем ошибка, это какой-то системный сбой инстинкта самосохранения.
Ирония, причем весьма горькая, заключается в том, что большинство жертв прекрасно видели редфлаги еще на заре отношений. «Он мог забыть перезвонить», «он вечно опаздывал» — эти тревожные звоночки игнорировались с поразительным, достойным лучшего применения упорством. Почему? Ответ до банальности прост и, боюсь, многим не понравится: первая причина — это фатально низкая самооценка.
Женщина, одержимая идеей «перевоспитания», искренне полагает, что сможет приручить изначально недоступного мужчину, словно это какой-то редкий зверь. Ей кажется, что если она будет достаточно удобной, то заслужит другое отношение. Но реальность, увы, работает по иным законам. Механизм привязанности, особенно подкрепленный физической близостью, затягивает удавку так туго, что дышать становится нечем.
Клиентки часто описывают свое состояние как самую настоящую ломку: настроение портится сразу после встречи, ожидание звонка превращается в мучение. «Он приехал на час — это унизительно», — говорят они, но продолжают ждать у телефона.
Судьба сводит вас с таким персонажем не для счастья, а, видимо, для жесткого урока: «Милая, твоя самооценка на дне, потрудись взглянуть на это!».
Вторая, куда более глубинная и коварная причина, кроется в не проработанных детских травмах. Если мужчина напоминает холодного родителя, в психике срабатывает древний, как мир, сценарий: «отыграть» детскую историю и, наконец, вырвать любовь там, где ее никогда не давали. Это, разумеется, путь в никуда.
Наличие застарелых обид на родителей — верный маркер того, что ваш «внутренний ребенок» все еще травмирован. Вы будете с маниакальным упорством привлекать партнеров, похожих на мать или отца, чтобы закрыть этот проклятый гештальт. Возраст травматизации обычно приходится на три-семь лет, и именно туда вы регрессируете.
Если прибавить к этому сроку те самые десять лет токсичного романа, мы получаем возраст подростковой сепарации.
Получается, женщина входит в отношения травмированной девочкой, и через боль пытается повзрослеть, «возмужать» и стать самодостаточной.
Увы, далеко не всем удается пройти этот путь с успехом и выйти победителем. Многие застревают в этом пубертатном бунте против «холодного родителя» в лице партнера на долгие годы, так и не став личностно зрелыми. Выход здесь только один — перестать искать родителя и спасителя в мужчине и заняться, наконец, собой.