Глава 7. Отравление
Марина вцепилась в косяк. В голове — вата.
— Отравили?
— Можно присесть? — Майор кивнул в сторону кухни. — Разговор долгий.
Она пошла вперёд. Ноги несли её сами.
На кухне майор сел за стол — туда, где десять минут назад сидела Алиса. Огляделся: чашки, сахарница, пустая коробка из-под эклеров в мусорном ведре.
— Гости были?
— Сестра заходила.
— Сестра, — повторил он. Достал блокнот, ручку. — Это которая? Алиса Комарова?
Марина остолбенела.
— Вы её знаете?
— Мы много чего знаем, Марина Сергеевна. Садитесь.
Села напротив. Как с Алисой. Только теперь вместо сестры — седой мужик с мешками под глазами.
— Расскажите, — попросила она. — Почему вы думаете, что Игоря… что его убили?
Майор помолчал. Постучал ручкой по блокноту.
— Три дня назад нам пришло анонимное письмо. На электронную почту отдела. Автор утверждал, что Воронов Игорь Павлович был отравлен препаратом, вызывающим сердечную недостаточность. И что заказчиком была его жена.
— Что?!
— Вы, Марина Сергеевна. По версии анонима — вы отравили мужа.
Она открыла рот. Закрыла.
— Это бред.
— Возможно. Но проверить обязаны. Поэтому приняли решение об эксгумации.
— Эксгу… вы Игоря выкопали?
— Да. Сегодня утром. Взяли образцы на токсикологию.
Марина откинулась на спинку стула. Мысли путались.
— И что показала экспертиза?
— Результаты будут через два-три дня. Но предварительно… — он посмотрел ей в глаза, — в тканях нашли следы дигоксина.
— Чего?
— Дигоксина. Сердечный гликозид. В больших дозах вызывает аритмию и остановку сердца. Симптомы — как при обычном инфаркте.
Марина сглотнула. Во рту пересохло.
— Я не… я никогда… Я даже не знаю, что это такое.
— Вы работаете учителем?
— Да. В начальной школе.
— Медицинского образования нет?
— Нет.
— Доступ к лекарствам есть?
— Какой доступ? Аспирин в аптечке, и всё.
Майор записывал. Марина смотрела на его руку — крупную, с коротко подстриженными ногтями. На пальце потёртое обручальное кольцо.
— Марина Сергеевна, где вы были третьего ноября? В день смерти мужа?
— На работе. До трёх. Потом дома.
— Муж с вами был?
— Нет. Он на работе. Там ему и стало плохо.
— Во сколько?
— Около пяти вроде. Позвонил коллега его. Сказал — Игоря на скорой увезли.
— В больницу ездили?
— Да. Только приехала — а он уже… — Она запнулась. — Не успела.
Майор кивнул. Сделал пометку в блокноте.
— Что он ел в тот день? Завтракал дома?
— Да. Яичница, тосты. Как обычно.
— Вы готовили?
— Я.
— Обед?
— Не знаю. Он обедал на работе. В столовой или заказывала.
— Кофе?
— Дома — да. Утром варила.
До Марины дошло, к чему он клонит.
— Вы думаете, я ему что-то подсыпала? В кофе? В яичницу?
— Я задаю вопросы, Марина Сергеевна. Работа такая.
— Я не травила мужа. Это бред. Зачем мне это?
— Страховка? — Майор приподнял бровь. — Квартира? Другой мужчина?
— Да нет же! У нас была нормальная семья. Обычная.
— Обычная, — повторил он. — А что насчёт телефона?
Марина напряглась.
— Какого телефона?
— Второго. Мужа. Которого вы нашли.
Молчание. Внутри всё сжалось.
— Откуда вы…
— Анонимка была подробная. Автор сообщил, что у Воронова был второй телефон с секретной перепиской. И что вы его нашли.
Марина сглотнула.
— Да. Нашла. Неделю назад.
— Что в переписке?
— Он… — запнулась. — Переписывался с кем-то. С женщиной. Обсуждали меня — расписание, привычки. Что-то планировали.
— Что именно?
— Не знаю. Конкретики не было. Просто «план», «она ничего не подозревает».
— Где телефон?
— Дома.
— Принесите.
Встала. Ноги ватные. Дошла до спальни, достала из тумбочки чёрный телефон. Вернулась.
Майор взял телефон, включил. Полистал.
— Переписка удалена.
— Она удалила. Та женщина. Когда я ей написала, она сразу всё удалила и заблокировала номер.
— Скриншоты делали?
— Да. В своём телефоне.
— Покажите.
Открыла галерею, нашла скриншоты. Протянула.
Майор листал, читал. По лицу ничего не понять.
— «А», — сказал. — Знаете, кто это?
Пауза.
— Думаю… — Марина сглотнула. — Думаю, это моя сестра. Алиса.
Майор поднял глаза.
— С чего взяли?
— Буква «А». И… много всего. Она появилась полтора года назад. Сказала, что нас разлучили в младенчестве и её удочерили. Мама признала её. Но теперь я думаю…
— Что думаете?
— Что они с Игорем были вместе. Любовниками. И что-то замышляли. Против меня.
— Что именно?
Марина набрала воздуха.
— Думаю, она хотела меня заменить. Занять моё место. Мы близнецы, одно лицо. Если бы я исчезла, она могла бы стать мной.
Майор долго смотрел на неё. Потом что-то записал.
— Интересная версия.
— Не верите.
— Я собираю информацию, Марина Сергеевна. Верить — не моя работа.
Убрал блокнот.
— Телефон заберу. Как вещественное доказательство. Ваш тоже — со скринами.
— Мой?
— Временно. Вернём после экспертизы.
— Но как же…
— Купите новый. Или одолжите у кого.
Отдала телефон. Пальцы не слушались.
Майор поднялся.
— Ещё вопрос. Анонимка — как думаете, кто её написал?
Она помотала головой.
— Понятия не имею.
— Подумайте. Кто знал о телефоне? Кому вы о нём рассказывали?
— Подруге. Светлане. Больше никому.
— Фамилия, адрес?
— Светлана Николаевна Морозова. В Перово живёт. Улицу точно не помню.
Майор записал.
— Свяжемся с ней.
— Она ни при чём. Помогала мне.
— Разберёмся.
Двинулся к двери. Марина следом.
— Подождите, — сказала она. — Если меня обвинят… арестуют?
Майор обернулся.
— Пока нет. Проходите как свидетель. Но рекомендую из города не уезжать. И… — помедлил, — быть осторожнее.
— В смысле?
— Если ваша версия верна, сестра может быть опасна.
— Вы ей верите?
— Я никому не верю, Марина Сергеевна. Профессиональное.
Открыл дверь.
— Свяжемся. Из города — ни ногой.
Ушёл.
Марина закрыла дверь. Прижалась лбом к холодному дереву.
Игоря отравили.
Кто-то написал донос.
Её обвиняют.
И телефон забрали.
Звонок в дверь.
Дёрнулась. Глянула в глазок.
Светка. Пакет из «Магнита», глаза по пять рублей.
— Открывай! Кто там у тебя? Какой-то мужик вышел, так на меня зыркнул…
Открыла. Светка влетела в коридор.
— Ты чего бледная? Случилось что-то?
— Свет, — сказала Марина. — Игоря отравили. И меня подозревают.
Светка выронила пакет. Бутылка с кефиром покатилась по полу.
— Чего?!
Следующий час они просидели на кухне. Марина рассказывала — сбивчиво, скачками. Про эклеры и кольцо. Про эсэмэску от неизвестного. Про майора и дигоксин. Про анонимку.
Светка слушала молча. Кефир так и валялся на полу.
— Стоп, — сказала она наконец. — По порядку. Кто-то написал в полицию, что ты Игоря отравила. Так?
— Так.
— И знал про второй телефон.
— Да.
— Кто мог?
— Я только тебе сказала.
— Ну, я точно не стучала.
— Знаю.
— Тогда кто? Алиса?
Марина потёрла виски.
— Не врубаюсь. Если Алиса — это «А.» из переписки, то зачем ей меня сдавать? Она же сама в этом замешана.
— Может, чтобы отвести от себя подозрения?
— Как? Переписка-то её.
— Которую она удалила. А скрины — у тебя. Тебя посадят — кто копаться будет?
Марина замолчала.
— Думаешь, подставляет?
— А что ещё думать? Сначала следила, потом кольцо стырила, теперь донос. Методично тебя закапывает.
— Но зачем? Если я в тюрьме — она моё место не займёт.
Светка нахмурилась.
— Может, план изменился?
— То есть?
— Ну смотри. Сначала они с Игорем хотели тебя убить и подставить. Но Игорь сдох раньше. План провалился. Тогда Алиса придумала новый: посадить тебя за убийство. Ты за решёткой, она на свободе. Квартира, наследство — всё её.
— Какое наследство? Мы же не…
Замолчала.
— Что? — вскинулась Светка.
— Завещание. Игорь полгода назад написал. Я тогда не обратила внимания — ну мало ли. А теперь…
— Что там?
— Точно не знаю. Говорил — всё мне. Квартира, накопления.
— А если тебя посадят?
— Тогда… — сглотнула. — Не смогу наследовать. По закону. Убийца не наследует за жертвой.
— И кто следующий?
Тишина. Светка наконец подняла с пола пакет с кефиром.
— У Игоря нет родственников, — медленно произнесла Марина. — Родители умерли, братьев и сестёр не было.
— А если ты не можешь наследовать?
— Тогда… выморочное имущество. Переходит государству.
— Или?
Марина посмотрела на неё.
— Или если есть другой наследник. По завещанию.
— А ты его видела?
— Нет. Игорь говорил — у нотариуса. Вскроют после… ну, после всего.
— И не знаешь, что там.
— Нет.
Светка грохнула кефир на стол.
— Надо выяснить. Срочно.
— Как? Нотариус не покажет, пока в наследство не вступлю.
— Когда вступаешь?
— Через полгода. В мае.
— Долго.
— Можно раньше — заявление подать. Но нужно свидетельство о смерти, документы…
— Есть?
— Дома, да.
Светка встала.
— Завтра с утра — к нотариусу. Выясним, что в завещании. Если всё чисто — хорошо. Если нет…
— Если нет — что?
Светка посмотрела ей в глаза.
— Если там Алиса, значит, мы знаем мотив. И знаем, кто убил Игоря.
Поддержать автора можно здесь...
Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу: там главы появляются раньше и чаще. Подписывайтесь...