Впервые за эту ночь… за время ее кошмара, Лиза почувствовала настоящую боль… Спина прямо пульсировала и выла от каждого движения… Падение оказалось неудачным... Под сугробом лежали какие-то камни. Зато чувство безопастности теплой и тягучей волной разлилось в животе… Не разбирая дороги, Лиза пошла, как говорится, куда глаза глядят… И вдруг нечаянно заметила тусклый свет в доме той самой соседки, что позвонила Лизиной маме. Не успев хорошенько все продумать, девушка побрела к ее забору. На удивление, калитка у соседей была открыта… пес на нее не залаял, да и в дом она вошла беспрепятственно…
—Кто там? - вдруг раздался крик тетки Варвары.
—Эээто я… - голос девушки сильно дрожал.
—Лизонька?! - соседка выбежала из кухни, не поверив ушам. - Ты чего?
Такой простой вопрос поставил Лизу в тупик.
—Скажите, а вы помните старых хозяев нашего дома? - неожиданно даже для себя проговорила девушка. Соседка замялась, но отпираться не стала:
—Помню, но плохо! Я совсем мала была! А что случилось?
—Вы можете… Можете мне рассказать… - глотая слезы, попросила Лиза. - Рассказать о том, как они умерли? Они сами? Или… Или… Не сами…
—Я поняла… поняла что ты хочешь узнать… Проходи вот сюда… прямо на кухню… У меня чайник как раз вскипел, сейчас я попробую припомнить… - и соседка под локоть провела Лизу к обеденному столу на кухне…
***
Пальцы девушки обвивали горячую чашку с ароматным ромашковым чаем. Соседка тетка Варвара не спешила пускаться в воспоминания и постоянно находила какие-то темы поважнее. То спросит не хочется ли гостье поесть или не добавить ли еще меду в чай, не принести ли какую-нибудь теплую одежду… Лиза была одета в свою обычную пижаму, в которой она спала каждый день, но холода девушка все так же не чувствовала и это ее настораживало еще сильнее, чем отрешенные вопросы соседки. Наконец девушка сипло вздохнула и сказала:
—Спасибо, но мне нужно только чтобы вы присели и рассказали все что знаете о бывших хозяевах нашего дома! Это же деревня! Здесь все всё друг о друге знают! Пожалуйста...
Воздух вокруг Лизы дрогнул, чувство что это всего лишь дурной сон не покидало ее ни на минуту, даже соседка двигалась как-то медленно, словно плавала в киселе.
—Хорошо! - наконец тетка Варвара села за стол и сложила перед собой руки. - Я расскажу какая молва ходила о тех кто жил тут до вас, но давай договоримся сразу - я сама видела мало, большую часть мне поведали уже после смерти этих… женщин… Я расскажу так как рассказывали мне, а уж верить или нет - дело ваше… Но не нужно меня перебивать и обвинять во лжи!
—С этим проблем не будет... - тихо ответила Лиза и покосилась на окно… Небо все еще заволакивали темные облака и девушка не могла видеть свой дом, прорисовывались лишь неясные очертания среди ночного сумрака.
—Их звали просто - Пелагея, Ульяна и Арина. Мать и ее дочери. Поселились они в доме давно, еще до войны, откуда-то с дальних болотистых краев прибыли к нам в Старую… Зачем и почему - не понятно! Никто не знает! Не с пустыми руками они прибыли… С сундуками, полными кореньев, камней странного вида, связками сушеных трав, которых у нас и в помине не водилось. И с тишиной… Они не ворожили, как деревенские бабки, на воске да на картах, - голос тетки Варвары был тих и глух, будто она боялась, что ее слова долетят до нехорошего дома. - Их колдовство было незаметным другим людям… Как болезнь, которую нашли только на последней стадии… Как гниль в корне…
Пелагея - мать девочек, была стержнем той семьи. У нас говорили, будто она умела как то влиять на их дом. На сами бревна, фундамент… Она водила по стенам пальцами с длинными, желтыми ногтями, и те переставали скрипеть… или наоборот заходились таким пронзительным скрипом, что даже люди на улице слыхали те душераздирающие звуки… Пелагея часто шептала что-то в печную трубу, и после этого погода начинала сходить с ума. Она не просто жила в доме - она пустила в него корни, делая его продолжением своего тела.
Ульяна… старшая дочь Пелагеи… Эта девочка могла часами сидеть у печи, глядя в пламя, словно видела в нем что-то большее. Баня же была ее святилищем. Там она проводила самые темные обряды - не с котлами и криками, а в полной тишине, нагревая камни одной своей волей до черноты и бросая на них смеси из трав, масел и… чего-то еще.
Арина, младшая дочь… Ее стихией было гниение, плесень, неминуемый скорый распад. Она ходила по болотам, как по полю, собирала ядовитые грибы, коренья с мертвых деревьев. Могла положить руку на бревно, и через день оно покрывалось сизой плесенью. Шептала над семенем - и оно прорастало уродливым, ядовитым побегом. А еще говорили, она умела «перекидываться». За ней видели как она на рассвете сливалась с туманом, становилась невидимой. А однажды соседский парень, погнавшийся за ней в лесу, поклялся, что Арина просто растворилась у него на глазах, превратившись в гнилую колодину, покрытую мхом.
Тетка Варвара вдруг притихла.. Глаза ее настороженно покосились в коридор, словно она услыхала одной ей понятный шорох. Но потом соседка вернулась к разговору с Лизой, которая воспользовалась этой заминкой и решила уточнить пару моментов.
—Так, я поняла… Они не местные, ни с кем не общались особо… Но… как они погибли? Или они уехали куда-то еще? - спросила девушка. Ей, конечно, рассказывали местные разные варианты, но доподлинно никто не знал куда подевались первые хозяева дома и сама соседка не смогла дать вразумительного ответа… По ее словам Пелагея - мать, вросла в дом, Уля - старшая дочь - сгорела в бане, во время очередного ритуала, но тела ее так и не нашли, и свидетельства о смерти как такового нет, так что может она и не сгорела вовсе, а Ариша, самая младшая, не дожившая даже до тридцати лет - растаяла в тумане, когда мать с сестрой исчезли… Так дом ведьм остался без хозяев.
—То есть… никто точно не знает? - уточнила Лиза. - Это все догадки и предположения? Что-то кому-то привиделось… Кто-то что-то рассказал…
—Ты судишь как городская, Лизонька… - насупилась соседка. - Я же говорила, что в деревне всё как на ладони, на одной стороне улицы кто-то чихнет, на другой - ему уже желают здоровья!
—Нет, это ладно! Но, как я поняла, они давно жили здесь… И из их современников… кто общался с этими ведьмами, кто помнит те события - никого нет? Вы сами что-то такое помните?
Тетка Варвара задумалась.
—Я хорошо помню Аришку… Хоть я еще мала была и, конечно, я знала что говорят о наших соседях напротив в дереве, все же мне было страшно интересно что у них там происходит за закрытой дверью. Я сбегала от сестры и заглядывала в зазоры между досками в заборе. Так вот Арина... она всегда была по ту сторону изгороди… То ли она ждала меня там, то ли заранее ведала что я прибегу… Она просовывала мне ягоды малины в щелочки, а я ела… И если б мамка узнала, что я что-то взяла из ее рук, я б, наверное, неделю сидеть не смогла… Но я молчала как партизан!
—Ягоды? - удивилась Лиза. - Она угощала вас?
—Да, не все ведьмы злые… И Пелагея с дочерями не была злой колдуньей… Они были просто отстраненными, проблемы деревни их совсем не волновали, у них было и своих полно…
—Например каких? - заинтересовала девушка.
—Говорят, что когда Пелагея только приехала жить в Старую… Половина ее лица была перемотана белым платком, а потом, с прошествием времени, народ увидал глубокий красный шрам в том месте… Ранили ее! Кто и почему не знаем! Но они явно не от хорошей жизни бежали в наши глухие места...
—Ну, да… Ведьмам никогда рады не были! Но так если они не зло во плоти… Что им нужно от меня? Зачем они меня пугают?
— В деревне говорят, что души этих женщин все еще здесь, маму твою все предупреждали, когда она приезжала дом смотреть… Ведьмы не ушли, - выдохнула тетя Варя, глядя на Лизу горящими от ужаса глазами. — Пелагея живет в стенах дома, Ульяна - на пепелище, а Арина - в самом воздухе. Дом их помнит! И он хочет снова быть живым... Он хочет иметь триединую душу... Три силы: стены, тепло в этих стенах и душа…