Найти в Дзене
Кирилл Колесников

Как качались в СССР: история первого советского бодибилдинга

В Америке Арнольд Шварценеггер, а у нас? Культуризм в Союзе был под запретом, но это не мешало энтузиастам строить мышцы в подвалах и гаражах. Рассказываю, с чего всё начиналось. Первым, кто по-настоящему взорвал мозги советским людям силой и мускулами, стал не бодибилдер, а тяжелоатлет — Юрий Петрович Власов. До него были сильные атлеты (тот же Аркадий Воробьёв), но именно Власов благодаря Олимпиаде и своей публицистической деятельности стал настоящей медиа-иконой. В 1960 году на Олимпиаде в Риме он взял золото, подняв в сумме двоеборья 537,5 кг. Но не цифры сделали его легендой. Власов выглядел не как обычный штангист — приземистый, с животом. Он был 1,83 м роста, широкие плечи, узкая талия, рельефные мышцы. Настоящий Геракл. Фотографии Власова расходились по стране. Мальчишки вырезали их из журнала «Физкультура и спорт» и вешали над кроватью. Вот он — идеал. Сильный, красивый, умный (Власов писал книги и стихи). После него тысячи парней пошли в подвалы качаться. Не ради рекордов в т
Оглавление

В Америке Арнольд Шварценеггер, а у нас? Культуризм в Союзе был под запретом, но это не мешало энтузиастам строить мышцы в подвалах и гаражах. Рассказываю, с чего всё начиналось.

Юрий Власов: человек, который стал иконой

Первым, кто по-настоящему взорвал мозги советским людям силой и мускулами, стал не бодибилдер, а тяжелоатлет — Юрий Петрович Власов. До него были сильные атлеты (тот же Аркадий Воробьёв), но именно Власов благодаря Олимпиаде и своей публицистической деятельности стал настоящей медиа-иконой.

В 1960 году на Олимпиаде в Риме он взял золото, подняв в сумме двоеборья 537,5 кг. Но не цифры сделали его легендой. Власов выглядел не как обычный штангист — приземистый, с животом. Он был 1,83 м роста, широкие плечи, узкая талия, рельефные мышцы. Настоящий Геракл.

Изображение взято из открытого источника
Изображение взято из открытого источника

Фотографии Власова расходились по стране. Мальчишки вырезали их из журнала «Физкультура и спорт» и вешали над кроватью. Вот он — идеал. Сильный, красивый, умный (Власов писал книги и стихи).

После него тысячи парней пошли в подвалы качаться. Не ради рекордов в толчке и рывке, а чтобы выглядеть так же.

Проблема: бодибилдинг в немилости

В СССР культуризм официально не признавали. Считалось, что это буржуазное извращение. Мышцы должны быть для работы или спорта, а не для красоты.

За качалки не сажали, но травили в прессе. «Комсомольская правда», «Советский спорт» писали разгромные статьи. На комсомольских собраниях «прорабатывали». Могли уволить с работы, если занятия культуризмом становились слишком публичными.

Соревнований официальных не было. Федерации не было. Тренеров тоже. Кто хотел качаться — делал это сам, в подвалах, гаражах, самодельных качалках.

Штанги варили из труб, блины отливали из бетона. Гантели делали из металлолома. Информации ноль — ни книг, ни журналов. Только слухи: «Слышал, Арнольд в Америке делает вот так...»

Владимир Дубинин: культурист из Ленинграда

Один из тех, кто стоял у истоков советского бодибилдинга — Владимир Дубинин из Ленинграда. Начал качаться в середине 60-х.

Изображение взято из открытого источника
Изображение взято из открытого источника

Тренировался в подвале жилого дома. Самодельные штанги, турник во дворе, никаких тренеров. Изучал анатомию по медицинским учебникам, экспериментировал с упражнениями.

К концу 60-х вокруг Дубинина собралась группа единомышленников. Качались вместе, делились опытом, придумывали новые упражнения. Один из первых неофициальных клубов культуристов в стране — параллельно такие же группы формировались в Москве и особенно в Риге.

Прибалтика вообще была Меккой советского культуризма. Там легче доставали западные журналы, книги. Рижские культуристы братья Балановские, Эдгар Ос — они были на шаг впереди остальной страны по информации.

70-е годы: по всей стране

К началу 70-х качалки работали везде. Москва, Ленинград, Киев, Рига, Таллин — в каждом городе нашлись свои фанаты железа.

Милиция не особо трогала. Ну качаются парни в подвале — пусть. Главное, чтобы тихо, без публичных турниров и газетных статей.

Борцы и боксёры начали добавлять железо в тренировки. Заметили: мышцы растут — результаты растут. Гимнасты тоже подтягивались к штанге.

Методички тренировок писали от руки, передавали друг другу. Кто-то съездил за границу — привёз журнал. Переводили, переписывали, делали фотокопии. Ходили по рукам.

Первый чемпионат и Шапошников

1971 год, Североморск. Журнал «Спортивная жизнь России» и его главный редактор Юрий Блудов организовали первый неофициальный чемпионат СССР по культуризму. Тайно, без разрешения. Но слух прошёл быстро.

В 1972-м на одном из таких турниров победил Юрий Шапошников из Москвы. 28 лет, рост 178, вес 90 кг, бицепс 45 см. Для тех лет — огромный.

Качался в подвале на Таганке. Штангу сварил сам, блины отлил сам. Днём работал инженером, вечером — в качалку. Ел творог, яйца, мясо. Никакой химии, только еда и тренировки.

После победы к нему потянулись со всей страны. Шапошников учил всех, кто приезжал. Милиция пару раз разгоняла семинары — собирался снова в другом месте.

Почему власти были против

Официальная позиция: бодибилдинг культивирует нарциссизм и индивидуализм. Советский человек должен думать о коллективе, а не любоваться на себя в зеркало.

Плюс медицинская критика. Официальная советская медицина считала изолирующие упражнения и «пампинг» вредными для сердца и суставов. Врачи писали, что культуризм калечит людей.

Реальная причина: контроля нет. Люди собираются сами, без партии и комсомола. Тренируются где хотят, как хотят. Это опасно.

Плюс идеологическая составляющая. Арнольд Шварценеггер — символ Америки. Если советские парни хотят быть как он, значит, Запад влияет. А это недопустимо.

Поэтому бодибилдинг держали в немилости до конца 80-х.

Первые официальные соревнования

Всё изменилось в конце 80-х. Перестройка, гласность — можно дышать свободнее.

В 1987 году в Ленинграде в ДК им. Горького провели открытый турнир. Ещё полулегальный, но уже с разрешением властей. Полный зал — 2000 человек. Победил Игорь Погорелов.

А в 1988 году в Тюмени прошёл первый полностью официальный чемпионат СССР по бодибилдингу. С судьями, с призами, с государственным признанием.

Победил Виктор Уфимцев из Свердловска. Рост 175 см, вес 95 кг. Тренировался 15 лет в подвале завода.

Это был прорыв. Культуризм вышел из подполья окончательно.

В 1988 году создали Федерацию бодибилдинга СССР. Через год наши атлеты впервые поехали на международные турниры.

Владимир Турчинский — Динамит

Изображение взято из открытого источника
Изображение взято из открытого источника

В 90-е появился Владимир Турчинский. Прозвище — Динамит. Первый русский силач, которого знали по всему миру.

180 см роста, вес за 150 кг, бицепс 56 см. Ставил рекорды — тянул самолёты, поднимал что угодно. Снимался в кино, вёл «Гладиатора» на телевидении.

Турчинский не был бодибилдером. Он был стронгмен — силовик. Но показал всем: русские могут быть сильнейшими в мире.

Умер в 2009-м, 46 лет. Инфаркт. Но его помнят — человек, который вытащил силовой спорт из подвалов на большие экраны.

Что было дальше

После распада СССР бодибилдинг в России начал развиваться стремительно. Открылись залы, появились тренеры, начали продавать спортпит.

Но те, кто качался в 60-70-х, всегда помнят: они делали это не за деньги и славу. Просто потому что хотели быть сильными и красивыми. Вопреки системе.

Сегодня в каждом дворе есть качалка. Протеин можно купить в любом магазине. Соревнования проводятся каждый месяц.

Но дух тех подвальных качалок, где парни варили штанги из труб и делились последним куском мяса — его уже не вернуть.

Главное

Бодибилдинг в СССР начался не с федераций и соревнований. Он начался с парней, которые хотели быть сильными и не боялись идти против системы.

Юрий Власов показал идеал и стал медиа-иконой. Владимир Дубинин и рижские культуристы построили фундамент. Юрий Шапошников доказал, что можно строить мышцы в подвале и побеждать. Владимир Турчинский вывел русскую силу на мировой уровень.

Сегодня мы качаемся в тёплых залах с кондиционерами. Но всё началось в холодных подвалах, где свет давала одна лампочка, а мотивацией было желание доказать себе: я смогу.

Низкий поклон тем, кто начинал. Они проложили дорогу.