Всем привет!
Дорогие друзья, с наступившим! 2026-й объявляю открытым!
Как вы?
Кто уже на прогулке?
Делитесь фото вашего утра 1 января.
В Премиум-клубе старт года:
«С Новым годом! Старт Трансформации-2026. Ставим цели и создаем планы. Инструкция по целеполаганию и ежедневной отчетности: три блока, которые надо заполнять каждый вечер»
Предлагаю тем, кто еще не успел присоединиться к Клубу, сделать прямо сейчас уверенный шаг в новую реальность, полную силы, знаний и красоты.
Ждем новых резидентов по адресу:
Предлагаю сегодня переключиться на художественную литературу.
«Вечерний сеанс у холодильника».
Пьеса в одном действии.
Действующие лица:
- Она (в гламурном спортивном костюме, который ещё ни разу не был выгулян в спортзале).
- Холодильник (голос как у снисходительного психотерапевта, который много чего повидал).
- Контейнер с гречкой (звучит монотонно-занудно, как преподаватель на скучной лекции).
- Кусок торта «Наполеон» (голосок обволакивающий, манерный, с лёгким французским прононсом).
- Батончик-мюсли (говорит истерично-восторженно, взахлеб, мешая сориентироваться).
Полночь. Кухня. Она робко открывает холодильник и виновато замирает, созерцая его недра.
Холодильник (не открывая глаз-лампочек): Ну как так-то? У нас же уговор: после 18:00 только вода и самоконтроль. Полный. Единственный, кто у нас имеет право быть полным. На часах 23:59, прошу заметить. Это нарушение.
Она: Я не в ресурсе. Мне надо восстановиться.
Холодильник: Восполнять ресурсы будешь у психолога, а не здесь. ООО «Холодильник» закрыто до 7:00. Погаси свет и дверь закрой с той стороны. Ночь на дворе.
Она (выдвигая ящики для овощей): Я только спросить. Нет ли тут авокадо с низким гликемическим индексом?
С полки выше, из-за коробки с тортом:
Контейнер с гречкой: Жира много в твоем авокадо. Да и не созрело еще, деревянное. А помнишь, ты меня уже взвесила? Ровно 150 граммов. 4,83 грамма белка, сложные углеводы, клетчатка. Ты планировала съесть меня вчера в 12:38. Но я до сих пор здесь. Я жду, все ещё надеюсь. Верю в тебя.
Она: Ты же сухая. Сухая и безрадостная. И без соли.
Кусок торта «Наполеон» (коварным шепотом соблазнителя Казановы): Привееет! Ты помнишь мою бесконечную нежность? Мой аромат ванильного сливочного крема? Я не просто торт, я творение рук твоей хозяйственной тети Зои. Она всегда меня печет на свой День рождения. Ты же не хочешь обидеть тетю Зою?
Холодильник: Да не слушай ты его! Он всего лишь бессовестный слоеный триггер! Сплошная пшеничная мука, сахар и полкило сливочного масла! Эта наглая жирная масса только прикидывается элегантным блюдом. Потом с боков не соскребешь, хоть в порошок сотри беговую дорожку.
Батончик-мюсли (выпадает откуда-то сбоку, из дверцы): Ой, возьми меня! Иду к тебе прямо в руки. Я именно то, что тебе сейчас надо. Я же чистый фитнес! У меня на упаковке девушка с плоским животом! И я, прошу заметить, совсем без сахара.
В сторону: Только дальше не читай: фруктоза, пшеничные хлопья, рафинированное подсолнечное масло.
Она – холодильнику (подняв упавший батончик): Вот! Доволен? Это не торт! Правильный перекус. Ну да, что смотришь? Перекус, и что? Хочешь, чтобы у меня ночью гипогликемия случилась? А мне ещё отчет годовой дописывать.
Холодильник: Это троянский конь. Ты сейчас съешь его за две секунды, даже не поймешь, что это было. Но мозг-то не обманешь. Ему сигнал о насыщении нужен. А твой батончик мозгу как слону дробина. Спорим, через пять минут ты вернёшься за «Наполеоном»? Этими зожными батончиками выстлана дорога в метаболическую пропасть. Клади-ка его обратно.
Она (с тоской): Но мне же сейчас так трудно. И вообще я сегодня пешком с 10-го этажа спускалась, когда лифты отключили. Могу себе позволить маааленький батончик. Тем более что завтра я не приду. Обещаю! А сейчас мне надо похрустеть.
Холодильник: У меня для тебя есть идеальный вариант. Огурец. Хрустит. На 95% состоит из воды. Можешь даже посолить его. Бунтовать так бунтовать.
Она: Это совсем не то.
Холодильник: Значит, есть ты не хочешь. Тогда предлагается вода. Вкуса нет, калорий нет, как и угрызений совести. Выбирай.
«Наполеон»: Я-то знаю, какой трудный у тебя был день… И про отчет помню — к утру же должен быть готов… Давай я тебе помогу? Мозг требует глюкозы. Много глюкозы. А во мне так много глюкозы... и другого вкусного, сладкого, нежного... Со мной ты забудешь обо всем.
Контейнер с гречкой: Поставь меня в микроволновку на полторы минуты. Это же логично. Днем все пошло немного не по плану. Самое время это исправить. Ты ведь внесла меня в счетчик. Завтра ты скажешь себе спасибо.
Она переводит взгляд с торта на батончик, потом на гречку. Делает глубокий вдох. Выдыхает.
Она: Знаете что? Вы все – манипуляторы. И ты тоже, холодильник. Пригрел тут разных сомнительных персонажей. То есть приморозил. Я могу принять решение сама.
Все замирают в ожидании. Она решительно берет с кухонной полки упаковку протеина и начинает готовить коктейль. Звучат разочарованные вздохи.
Холодильник (с одобрением): 24 грамма белка на порцию. Никакого жира. Горжусь тобой.
«Наполеон» (обиженно): Цыплят по осени считают. Отчет, уверен, сложный. Вся ночь впереди. Мы еще встретимся.
Контейнер с гречкой (мечтательно): Завтра… Завтра она опомнится и выберет меня. Я прямо чувствую.
Батончик-мюсли: А меня она найдет в кармане куртки! Я знаю, это называется малодушием. Ей сложно будет с ним совладать. «На всякий случай — в карман». Ага. А случаи бывают разные. Я тоже верю в хорошее. Завтра-то легче точно не станет.
Она (допивая протеиновый коктейль): «Победа над ментальностью зависимого – уверенное «Стоп!» между стимулом и реакцией». Читали у Дарьи Савельевой? То-то же.
Холодильник: Похоже на афоризм. Запиши, потом магнитик на меня закажем. И проверь карман куртки. Кто-то на автомате положил туда что-то не то.
Она решительно покидает кухню.
Холодильник: Всем спать. Представление окончено. Сегодня — небольшая победа. Как бы выгнать из себя «Наполеона» с батончиком?
Батончик-мюсли (обиженно): Я правильный! Не надо тут.
«Наполеон» (мстительно): Учтите, я все расскажу тете Зое!
Занавес...