— Вот же, — буркнул Кирилл и покачал головой. — Сочувствую.
— Правда? — переспросила Таня. Друг кивнул, и тут её понесло: — Понимаешь, меня подставили! Кто-то слил моё эксклюзивное интервью у Юли Гузовой конкурентам!
— Ты брала интервью у Юли Гузовой? — удивился Кирилл.
— Да! Да-да-да! Я первая это сделала! — запальчиво воскликнула Таня. — Я же за ней несколько месяцев гонялась, а её попробуй поймай! Постоянно на гастролях. И вот она согласилась! Наш журнал… — Таня осеклась, посмотрела на Кирилла и решила пояснить: — Я работаю редактором в журнале «Elle est belle», отвечаю за рубрику «Интервью со звездой». Наш главный редактор недавно заявил, что намерен взять себе заместителя, и я подумала, что это же отличный шанс для меня показать себя в наилучшем свете!
— Ага, понимаю… — протянул Кирилл.
— Вот! — воодушевилась Таня. — Я взяла интервью у певицы, и оно должно было выйти в вечернем выпуске журнала, но кто-то отправил его нашим конкурентам в «Sophie Claire»!
— Кто? — спросил Кирилл.
— Понятия не имею, — Таня схватилась за голову и подозрительно зашмыгала.
— Ну, перестань… — молодой человек растерялся. Он подсел к девушке и слегка приобнял её. — Всё наладится. Они разберутся и…
— Нет! — Таня продолжала натужно сопеть. — Не наладится! Меня подставили уже не первый раз! У меня украли диктофон, где была моя беседа со звездой, и я понятия не имею, кто мог это сделать! А я жила этим журналом, я так хотела эту должность!
— В полицию заявляла?
Кирилл поднялся с места и налил ей в кружку холодной воды. Таня сделала несколько глотков и задумалась.
— Нет, — ответила она, — даже в голову не пришло. Решила, что поеду в деревню, подумаю, что дальше делать.
— И как ты планируешь думать? — в голосе Кирилла слышалась добродушная ирония.
— Ну-у-у… — протянула Таня. — Я об этом не думала, — усмехнулась она. — Просто мне захотелось тишины и спокойствия. Знаешь, было бы здорово снова оказаться в тех местах, где я любила бывать в детстве. А тут, как назло, машина неисправна.
— Мы же как-то добирались туда, будучи детьми, — усмехнулся Кирилл. — Например, на озеро.
— Ага, — вздохнула Таня. — Ты здесь сильно занят? Составишь мне компанию?
— Составлю, — согласился Кирилл. — Зайду за тобой завтра.
Кирилл ушёл, а Таня, убрав со стола и помыв посуду в эмалированной чаше, направилась в спальню. Ей хотелось бы принять душ, но греть воду и идти с ней в баню уже не было сил, и она решила перенести купание на утро.
В эту ночь она спала крепко и проснулась, когда солнце вовсю било по глазам, ведь с вечера Таня не закрыла ставни. Потянувшись, она поднялась с постели и поплелась умываться, заодно поставив на электрическую плитку ведро с водой, которую принесла ещё накануне.
— Подумать только, — ворчала она. — И мы столько лет так жили.
Сейчас-то во многие деревенские дома были подведены и водопровод, и канализация, и газ, у них же из всех благ имелось только электричество. Пока Таня принимала утренний «душ», она уже снова устала от того, сколько раз ей пришлось сбегать за водой. В памяти всплыл их с Матвеем турпоход, когда приходилось ночевать в палатке и есть пищу, приготовленную на костре. Она уже не помнила, чья была идея, отправиться туда, а не в пятизвёздочный отель на Средиземноморском побережье, но отдых тот запомнился на всю жизнь. Они продержались ровно один день, а утром, оказавшись в какой-то деревне, Матвей нанял машину, которая вернула их в цивилизацию.
Таня и сейчас могла бы вернуться, но она поняла, что не хочет этого. Она не готова снова выслушивать пошлости от Матвея или истерики младшей сестры, даже сними она себе отдельное жильё в Москве, её бы всё равно нашли, а сюда вряд ли кто-то захочет сунуться.
Кирилл заехал за ней после обеда, оставил старенький «Рено» у ворот и вошёл в дом.
— Готова? — спросил он.
На этот раз Таня действительно подготовилась. Она переоделась в найденные в чемодане спортивный костюм и белые кеды.
— Твоя? — спросила она, кивая на автомобиль.
— Батина, — усмехнулся Кирилл. — Прикипел он к ней. Сколько раз предлагал поменять.
— А-а-а… — глубокомысленно произнесла Таня, подумав, что, скорее всего, у них нет денег на новую машину, но кто же захочет в этом признаваться.
Поездка длилась недолго, всего-то минут двадцать или тридцать, и вот они уже подъезжали к чудесному озеру, берега которого были усеяны разного размера валунами. Усевшись на самый большой, Таня обхватила колени, всматриваясь в голубую гладь воды, отражающую бегущие по небу облака, и слушая тишину, изредка прерываемую стуком дятла и криком кукушки. Кирилл сидел рядом и молчал, порой бросая в озеро мелкие камешки и наблюдая, как расходятся круги по его поверхности.
— Я как в Москву переехала, так, наверно, ни разу и не была наедине с собой, со своими мыслями. Меня запихнули в самую лучшую частную школу, где учились дети богатых родителей, чтобы надо мной не насмехались, мне надо было стать своей, подстроиться. С тех пор днём учёба, вечером уроки, а по выходным тусовки с новыми друзьями. Постоянный круговорот, я даже не заметила, как он меня утянул. Зато теперь у меня полно времени. Интернета здесь нет. Здесь даже телевизор старый, ничего не показывает.
— Мне жаль, что с тобой так несправедливо обошлись, но, кто знает, вдруг что ни случается, то к лучшему? — заметил Кирилл.
— Мне бы твой оптимизм, — вздохнула Таня. — Я же жила работой. Мы с Катькой, моей лучшей подругой, со школы мечтали стать сотрудницами этого журнала. До сих пор помню, как мы с ней листали его страницы, как ждали нового выпуска. Я начинала там с новостника и доросла до редактора. И вот, она пошла дальше, а я… С такой репутацией меня больше ни в один журнал не возьмут. Кому нужны сотрудники, сливающие информацию конкурентам?
— А ты правда уверена, что всегда мечтала именно об этом: крутиться среди звёзд, общаться с ними, брать у них интервью, ездить на показы мод?
Вопрос Кирилла застал Таню врасплох.
— Ну, об этом мечтает каждая девчонка в тринадцать-четырнадцать лет, — пожала она плечами.
— Не всегда, — мотнул головой Кирилл. — Может, стоит лучше вспомнить?
— Что ты имеешь в виду? — прищурилась Таня, поворачиваясь к Кириллу.
Тот улыбнулся одним уголком рта, отчего улыбка вышла кривоватой.
— Когда ты жила в деревне, то ни о каком журнале не мечтала, — напомнил он ей.
— Пф-ф-ф! — фыркнула Таня. — Где деревня и где мода?
Кирилл отвернулся и продолжил бросать камни в воду. Они просидели так до вечера, Таня рассказала ему о работе в журнале, в каких странах ей пришлось побывать, чтобы осветить те или иные события в индустрии моды, у кого из звёзд отечественного шоу-бизнеса ей удалось взять интервью.
— Вот, например, Галя Маскарад, Раиса Золина, Тихомир Богданов, Александр Санин и даже Толя Васков!
— М-м-м… — многозначительно промычал Кирилл.
— Вот кому-нибудь из нашей деревни приходилось общаться с ними? — оживилась Таня.
— А кто его знает, — повёл плечом Кирилл.
— Ладно, что-то я всё о себе да о себе, — спохватилась она. — А ты-то как здесь?
— А чего тут рассказывать? — удивился Кирилл. — Живу потихоньку. У меня не такая насыщенная жизнь, как у тебя.
То, что друг детства не спешил перед ней раскрываться, задевало Таню, она-то всё перед ним вывалила, но что, если ему и правда особо нечем было делиться.
Они вернулись домой поздно вечером. Кирилл довёл её до крыльца и попрощался, пообещав заглянуть завтра. Таня прошла в дом, включила свет и опустилась на диван. Ходики на стене, в которые она вставила новые батарейки, показывали уже десять часов. Можно было бы и лечь спать, но сон не шёл, а чем ещё заняться в отсутствии интернета, ей не приходило в голову. Она попыталась включить старый телевизор, но тот показывал только серую рябь и издавал характерное шипение. С досадой Таня вытащила штекер из розетки.
Кажется, дома должны были сохраниться кое-какие книги. Она открыла книжный шкаф. Действительно, кое-что там осталось, например, потрёпанные «Три мушкетёра», сборник со стихами поэтов Серебряного века без заднего форзаца, и ещё какая-то книга, полностью без обложки.
— Негусто, — поджала губы Таня, думая уже выбрать последнюю книгу, но тут её внимание привлекло нечто иное.
На нижней полке она обнаружила засохшие краски и несколько альбомов со своими рисунками. Взяв один из них в руки, Таня вернулась на диван. Она придирчиво рассматривала акварельные и карандашные наброски, и всё равно ей казалось, что для ребёнка рисунки были достаточно неплохи. Память услужливо подбрасывала ей картину за картиной. Таня вспоминала, как постоянно рисовала и рисовала, никуда не выходила без своего альбома и красок. Вот то самое озеро, на котором они с Кириллом побывали сегодня, вот их с бабушкой двор, вот школа, вот поляна в лесу, вот корзина, полная ягод, а вот… Пальцы Тани задрожали, а к горлу подкатил ком, когда она наткнулась на портрет бабушки.
Бабушка Авдотья выглядела как живая на рисунке, даже удивительно, как ребёнок смог так хорошо изобразить все детали. У Тани отлично получалось, почему же она забросила своё хобби, ведь в первое время после переезда в Москву, она продолжала рисовать.
В памяти всплыл случай, произошедший много лет назад. Она только перешла в новую школу и ещё не успела обзавестись друзьями. В тот осенний вечер Таня допоздна засиделась за любимым делом, тоскуя по старой школе и друзьям, и не подготовилась к контрольной.
— Не думал, что ты такая легкомысленная! — гремел потом отчим, когда узнал о двойке по математике, вообще, он никогда ранее не повышал на неё голос, может, поэтому Таня и испугалась его настроения. Она призналась о причине, и тот сердито листал альбом. — Это несерьезно! — вынос вердикт дядя Толя. — Представляешь, сколько нужно вложить денег, чтобы твоё имя, как художника, стало узнаваемым? Постоянные выставки, заказы статей критикам, реклама. У меня нет столько средств на капризы, которые никогда не окупятся! Выход у тебя один — продавать картины на блошином рынке, где их никто не будет покупать.
Таня часто-часто задышала, прогоняя непрошеное воспоминание. Кажется, именно тогда она выкинула альбом и краски в мусорное ведро и больше никогда не возвращалась к рисованию.
Кирилл пришёл утром, когда Таня тащила в баню ведро с нагретой водой.
— Помочь? — подхватил он её ношу.
— Спасибо, — поблагодарила она. — Были же времена, когда отсутствие горячей воды, да и вообще водопровода, казалось нормой.
— Могу помочь тебе с летним душем, закинешь туда шланг утром, вечером пользуешься тёплой водой.
— Ты правда можешь? — восхитилась Таня.
— А что тут сложного? — смутился Кирилл.
Она вернулась через полчаса и обнаружила его, рассматривающего её детские рисунки.
— Вчера нашла, — пояснила она. — Мне кажется, неплохо для подростка.
— Неплохо даже для взрослого, — кивнул Кирилл. — Знаешь, порой мне приходилось бывать на художественных выставках, и каждый раз я думал, что это могла быть твоя.
— Правда? — оживилась Таня.
— Конечно, у тебя же явно талант.
— Спасибо, но я о другом… Ты правда вспоминал обо мне все эти годы?
— Ну-у-у… — протянул Кирилл. — Это же логично, оказавшись на художественной выставке, вспомнить ту, которая любила рисовать.
— Ах, — почему-то Таня разочарованно вздохнула.
— Где хотела бы побывать сегодня? — спросил Кирилл, переводя тему.
— Вот. — Таня взяла из его рук альбом и показала рисунок, на котором была изображена корзина с ягодами. — Хочу собирать землянику, вкусную, ароматную, нагретую солнцем! М-м-м!
Пока Кирилл заводил машину, Таня высушила волосы, переоделась в топ и короткие шорты, не забыв прихватить с собой найденную на веранде корзину. На дорогу ушло полчаса, и вскоре, заглушив автомобиль на опушке леса, они уже собирали ягоды.
Вся поляна была просто усеяна красной, зрелой и невероятно сладкой земляникой.
— Увидели бы меня сейчас Катя, Лера или Матвей, — хмыкнула Таня, взбираясь на поваленное давно отгремевшей грозой дерево. Набрав полную пригоршню ягод, она с аппетитом принялась их уплетать.
— Твой жених? — с нарочитой ленцой в голосе уточнил Кирилл.
— Да, — сказала Таня, вдруг осознав, что из-за ответа на вполне невинный вопрос у неё упало настроение. И она задумалась, а хочет ли она этой свадьбы. — Но… не знаю… Я здесь, он там. Мы поссорились, я уехала, а он… А ты когда планируешь жениться? — резко спросила Таня.
— Пока не планировал, — по обыкновению уклончиво ответил Кирилл.
— Да что же из тебя всё клещами вытягивать приходится! — вспыхнула Таня.
— Ну не привык я болтать, — развёл руками Кирилл. — Я делать привык. Попросила отвезти — отвёз, нужен душ — сделаю.
— Ладно, извини. На вот.— Таня примирительно протянула ему корзину.
Так они и просидели несколько часов на поваленном дереве и ели землянику руками. Пальцы окрасились ягодным соком и приняли фиолетовый оттенок под ногтями, но Тане было слишком хорошо, чтобы огорчаться по этому поводу.
Продолжение следует. Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Татка. Деревенские каникулы", Эрин Хэй ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 6 - продолжение