Алексей впервые встревожился, когда часы показали половину второго, а жены всё ещё не было.
Корпоратив должен был закончиться в полночь — она сама так говорила утром, целуя его в щёку и поправляя воротник рубашки: «До двенадцати, максимум до часу. Знаешь же, как эти корпоративы — все устают быстро».
Он сидел в гостиной с выключенным светом, только экран телефона светился в темноте. Звонил ей трижды. Сначала сбросила. Потом не брала вообще.
За семь лет брака такого не случалось никогда.
Алексей проверил социальные сети жены — ничего нового. Потом начал листать сторис её коллег. У кого-то были фотографии с праздника: столы, украшения, люди с бокалами. Он приблизил каждое фото, выискивая жену на фоне.
Вот она. Красное платье, которое купила неделю назад и долго примеряла перед зеркалом, спрашивая, не слишком ли открыто. Он тогда сказал, что всё в порядке, хотя внутренне напрягся — платье действительно сидело на ней потрясающе.
На фото Екатерина стояла у барной стойки. Рядом мужчина в тёмном костюме склонился к ней вплотную. Она заинтересованно слушала.
Алексей увеличил фото до предела. Мужчина был лет тридцати семи, спортивного телосложения, с уверенной улыбкой. Тот самый Лев, о котором она иногда упоминала. «Новый сотрудник в отделе продаж. Энергичный парень, хорошо работает».
Он пролистал дальше. Ещё одно фото. Те же двое, но теперь сидели за отдельным столиком. Перед ними бокалы с шампанским. Екатерина смеялась, наклонившись к нему.
Алексей сжал телефон.
В два часа ночи он услышал звук ключа в замке.
Вошла Екатерина — румяная, оживлённая. Волосы слегка растрепались, губная помада стёрта почти полностью. Она стягивала сапоги, не замечая его в темноте.
— Где ты была? — Голос вышел холоднее, чем он планировал.
Екатерина вздрогнула и повернулась.
— Господи, Лёша, ты меня напугал! — она прижала руку к груди. — Сидишь в темноте... Корпоратив затянулся, извини. Я писала тебе.
— В половине первого. Потом молчала полтора часа.
— Телефон разрядился, — она прошла в ванную, избегая его взгляда. — Зарядку забыла дома.
Алексей поднялся с дивана и прошёл за ней. Екатерина стояла у раковины, смывая остатки макияжа.
— Весело было? — спросил он, облокотившись о дверной косяк.
— В целом да. Обычный корпоратив. — Она не смотрела на него в зеркало.
— С кем сидела?
Пауза. Слишком длинная.
— Со всеми. С коллегами. — Она выключила воду и потянулась за полотенцем.
— Со Львом тоже?
Рука замерла на полпути. Их взгляды встретились в зеркале.
— Да, он тоже был. Почему ты спрашиваешь?
— Просто видел фотки в сторис. Вы мило беседовали.
— Алексей, это был новогодний корпоратив. Все общались. — В её голосе прозвучало раздражение. — Ты сейчас серьёзно устраиваешь допрос?
— Я просто спрашиваю, почему моя жена возвращается домой в два часа ночи с несвежим макияжем и со стёртой помадой.
Екатерина резко обернулась.
— Что ты имеешь в виду?
— То, что говорю.
Она прошла мимо него в спальню, бросив полотенце на край ванны.
— Я устала, Лёша. Я работала весь день, потом четыре часа торчала на корпоративе, улыбалась начальству. Хочу просто лечь спать. Можем поговорить завтра?
Он не ответил. Просто смотрел, как она снимает платье, вешает его в шкаф, натягивает пижаму. Каждое движение казалось механическим, отрепетированным.
— Телефон заряди, — бросил он и вышел из спальни.
В ту ночь Алексей не спал. Лежал на диване в гостиной и смотрел в потолок, перебирая в голове все детали. Может, он параноит? Может, она действительно просто задержалась?
Но что-то внутри кричало, что всё не так просто.
***
Утром Екатерина вела себя подчёркнуто естественно. Готовила завтрак, напевала под нос, интересовалась его планами на день. Будто ночного разговора не было.
— У тебя сегодня встреча с поставщиками? — спросила она, наливая ему кофе.
— Да.
— Успехов, — она чмокнула его в макушку и унеслась в душ.
Алексей проводил её взглядом. Нет, что-то определённо не так. Эта нарочитая лёгкость, этот наигранный тон. Он слишком хорошо знал свою жену, чтобы не заметить фальши.
Когда она ушла на работу, он достал её ноутбук. Пароль общий. Открыл соцсети, мессенджеры. Ничего подозрительного. Переписки с коллегами обычные, рабочие.
Но потом он заметил чат «Лев». Несколько невинных фраз про корпоратив, а дальше — серые строки: «Сообщение удалено». Одна за другой. Время — вчера, глубокая ночь.
Сердце сжалось.
Алексей откинулся на спинку стула. Значит, была переписка. И её стёрла. Зачем?
Он закрыл ноутбук, чувствуя, как внутри холодеет. Нужны доказательства.
Он налил себе воды, выпил залпом. Потом ещё стакан.
К вечеру у него созрел план.
***
— Завтра у вас ещё какие-то посиделки намечаются? — спросил он за ужином, разрезая курицу на тарелке.
Екатерина подняла голову.
— Нет, завтра обычный день. А что?
— Просто интересуюсь.
Она нахмурилась, но промолчала.
На следующий день Алексей закончил работу раньше обычного. Приехал к офису жены. Припарковался в дальнем углу — так, чтобы видеть выход, но самому остаться незамеченным.
Ждать пришлось недолго. В шесть вечера сотрудники начали выходить. Алексей узнал нескольких.
В шесть двадцать появилась Екатерина. Но не одна.
Рядом шёл тот самый Лев — высокий, уверенный, в стильном пальто. Они о чём-то разговаривали, и Екатерина улыбалась. Не натянуто, а искренне, так, как когда-то улыбалась ему.
Алексей сжал руль.
Они остановились у её машины. Лев прислонился к капоту, достал телефон — листал что-то, показывал. Екатерина не отступила. Стояла в полушаге от него. Потом он выпрямился, заговорил о чём-то, жестикулируя. Она слушала, кивала. Он наклонился ближе — губы почти коснулись её уха.
Алексей выскочил из машины.
Шёл быстро, но сдержанно. Не бежал. Не кричал. Просто шёл.
Екатерина подняла глаза и замерла. Лицо побледнело.
— Алексей...
Он остановился в трёх шагах от них. Посмотрел на Льва, потом на жену.
— Представь себе, закончил раньше. Решил встретить. — Говорил ровно, без эмоций. Екатерина знала — так он говорит, когда всё уже решено.
Лев выпрямился, убрал руки в карманы. На лице — лёгкое замешательство, но не вина. Скорее раздражение от помехи.
— Ты, значит, муж? — он улыбнулся краешком губ. — Екатерина много рассказывала.
— Правда? — Алексей перевёл взгляд на жену. — А мне про тебя почти ничего не рассказывала. Странно, да?
Пауза затянулась. Где-то вдалеке хлопнула дверь машины, проехал автомобиль, но здесь, между тремя людьми, повисла гнетущая тишина.
— Лёша, мы просто разговаривали, — Екатерина сделала шаг к нему.
— Про что?
— Про работу.
— Про работу, — повторил он. — И для этого нужно шептать на ухо?
Лев усмехнулся.
— Слушай, друг, тут никакой драмы нет. Мы действительно обсуждали рабочий вопрос. Катя переживает по поводу контракта, я давал совет.
«Катя». Не Екатерина.
— Спасибо за совет, — Алексей повернулся к нему всем корпусом. — Но дальше справится сама. Или со мной посоветуется.
— Алексей, прекрати, — Екатерина схватила его за рукав. — Ты устраиваешь сцену на пустом месте.
Он опустил взгляд на её руку на своём рукаве. Потом поднял глаза.
— Пустое место? Ты удалила переписку с ним. Вернулась с корпоратива в два ночи. Стоишь тут, улыбаешься, пока он шепчет тебе в ухо. И это пустое место?
Лицо Екатерины дёрнулось.
— Я ничего не удаляла.
— Катя, может, правда не стоит, — Лев отступил на шаг. — Я пойду.
— Правильно, — бросил Алексей. — Иди.
Лев на мгновение замешкался — видимо, решал, стоит ли играть в благородство. Потом пожал плечами и направился к своей машине.
— Увидимся завтра, Кать, — бросил он через плечо.
Алексей развернулся к нему.
— Нет, не увидитесь.
Лев остановился, повернулся.
— Что?
— Она уходит из компании. Завтра напишет заявление.
— Лёша, ты с ума сошёл?! — Екатерина отдёрнула руку. — Я здесь три года работаю!
— Тогда он увольняется, — Алексей смотрел на Льва. — Выбирай.
Воздух сгустился. Лев усмехнулся, покачал головой.
— Слушай, друг, я не хочу проблем. Разбирайтесь сами.
Сел в машину, хлопнул дверью. Уехал, не оглядываясь.
Екатерина смотрела вслед красным огням, и что-то в её лице надломилось.
— Поехали домой, — Алексей взял ключи от её машины.
— Я сама поведу.
— Поехали. Домой.
Она села на пассажирское сиденье, отвернулась к окну.
Всю дорогу молчали.
***
Дома Алексей первым прошёл на кухню, налил себе воды. Руки слегка дрожали, адреналин всё ещё не отпустил.
Екатерина стояла в прихожей, не снимая пальто.
— Ты хочешь, чтобы я всё объяснила? — голос тихий, глухой.
— Хочу.
Она медленно стянула пальто, повесила на вешалку. Прошла на кухню, села напротив.
— Я не изменяла тебе.
— Но хотела.
Она молчала. Не отрицала.
— С корпоратива мы действительно ушли вместе, — начала она, глядя в столешницу. — Он проводил меня до машины. Сказал, что рано расходиться, предложил посидеть, поговорить. Я... я согласилась.
Алексей вцепился в край стола.
— Мы сидели в машине. Разговаривали. Он... он делал намёки. Говорил, что я не похожа на замужнюю женщину. Что у меня несчастный взгляд. Что он мог бы показать мне, как можно жить по-другому.
— И ты?
— Я ничего не ответила, — она сглотнула. — Просто... просто сидела и молчала. А потом испугалась и попросила его выйти. Вот и всё.
Алексей смотрел на неё долго. Слишком долго.
— Вот и всё? — переспросил он тихо. — Ты молчала. Значит, думала.
Екатерина не ответила. Но по тому, как она отвела взгляд, он понял всё.
Алексей смотрел на неё, и что-то внутри медленно ломалось. Не взрывалось, не разбивалось — именно ломалось, как старая ветка под тяжестью снега.
— Час ночи, — сказал Алексей. — Ты вернулась в два. Что ты делала этот час?
— Сидела в машине. Плакала. Пыталась понять, что со мной происходит.
Тишина накрыла кухню тяжёлым куполом.
— А переписку зачем удалила?
Екатерина сжала губы.
— Потому что боялась, что ты найдёшь. Там не было ничего особенного — рабочие моменты, пара шуток. Но я знала, как это выглядит. Знала, что ты начнёшь подозревать.
— То есть ты скрывала не факты, а своё отношение к нему?
Она кивнула, не поднимая головы.
Алексей встал, прошёлся по кухне. Остановился у окна, глядя в темноту.
— Семь лет, Катя. Семь лет мы вместе. И ты всерьёз сидела с ним в машине и думала: «А что, если?»
— Я не хотела так думать!
— Но думала, — он резко обернулся. — В этом вся суть. Ты сидела там и представляла жизнь без меня. С ним.
— Я не представляла жизнь! Я просто...
— Что? Почувствовала себя желанной? Молодой? Свободной?
Она вздрогнула от злости в его голосе.
— Да! — Она сорвалась. — Да, там я чувствовала себя нужной! Не просто готовлю, стираю, жду тебя с работы. Устала, понимаешь? Устала от того, что ты смотришь сквозь меня. Что мы встречаемся только по расписанию — суббота, кино, ужин. Что тебе всё равно!
Алексей молчал. Слова били, как пощёчины.
— Он смотрел на меня так, будто я нужна ему, — голос Екатерины надломился. — Будто я не фон его жизни, а центр. Понимаешь?
— Понимаю, — Алексей опустился на стул. — И знаешь, что самое страшное? Ты права. Работа, усталость, долги за твою машину — я забыл, когда последний раз просто дышал. Мы стали чужими.
Екатерина смахнула слёзы.
— Тогда почему ты злишься? Ты же сам понимаешь, что между нами что-то сломалось.
— Потому что ты не попыталась это исправить со мной, — он сел напротив, посмотрел на неё. Без гнева. С болью. — Ты не сказала: «Лёша, нам нужно поговорить». Не предложила съездить куда-то вдвоём. Не призналась, что тебе плохо. Ты просто пошла к другому.
— Я испугалась...
— Нет, — перебил он. — Ты выбрала лёгкий путь. Внимание со стороны всегда слаще, чем работа над отношениями. Новый человек не знает твоих недостатков, не видел тебя больной, не слышал, как ты храпишь по ночам. С ним ты можешь быть идеальной версией себя. Это опьяняет.
Екатерина смотрела на него широко раскрытыми глазами.
— Но я же остановилась, — прошептала она. — Я не изменила тебе. Поняла, что совершаю ошибку, и ушла.
— Ты ушла от него. Но измену ты уже совершила, — Алексей потёр переносицу. — Эмоциональная измена ничем не лучше физической. Ты отдала ему кусок себя, который должен был принадлежать нам. Ты сидела с ним до часу ночи, пока я ждал тебя дома. Ты удаляла переписки. Ты стояла сегодня у машины и улыбалась ему так, как давно не улыбалась мне.
Она закрыла лицо руками.
— Что теперь? — спросила сквозь пальцы.
Алексей долго молчал. За окном шёл снег.
— Не знаю, — наконец ответил он. — Честно — не знаю.
***
Следующие дни они жили как соседи. Разговаривали о продуктах, счетах, планах на Новый год. Но не смотрели друг другу в глаза, и оба чувствовали, что с каждым днём расстояние между ними растёт.
Екатерина пыталась всё исправить. Готовила любимые блюда Алексея, предлагала посмотреть фильм вместе, спрашивала про работу. Но он отвечал односложно, механически.
Он смотрел на неё иначе — изучающе, недоверчиво. Проверял её телефон, когда она выходила из комнаты. Напрягался, если она задерживалась хотя бы на пятнадцать минут.
— Ты был у психолога? — спросила она однажды утром за завтраком.
— Зачем?
— Может, нам стоит сходить вместе? Есть специалисты по семейным кризисам...
— Катя, психолог не вернёт доверие.
— Тогда что его вернёт?
Он посмотрел на неё долгим взглядом.
— Ничего. Оно не возвращается.
Слова повисли в воздухе. Тяжело.
***
Алексей поехал на встречу с Ириной — бухгалтером из компании жены, которая и помогла устроить её на работу. Ирина наблюдала, но не судачила. Если кто и знал правду — то она.
Встретились в кафе недалеко от его офиса.
— Спасибо, что согласилась, — Алексей сидел напротив.
Ирина поправила очки, оглядела его внимательно.
— Ты выглядишь неважно.
— Последние дни были тяжёлыми.
— Догадываюсь. Слухи в офисе ходят.
Алексей напрягся.
— Какие слухи?
— Что ты устроил разборки на парковке. Что Лев теперь обходит Катю стороной. Что она подала заявление на увольнение, хотя потом забрала его обратно.
Он потёр лицо ладонями.
— Ирина, скажи честно. Между ними что-то было?
Женщина помолчала, обдумывая ответ.
— Смотря что ты называешь «что-то».
— Всё. Любые детали, которые ты видела.
Ирина вздохнула, отпила глоток чая.
— Лев начал работать у нас в сентябре. Первую неделю он вёл себя профессионально — знакомился, вникал в процессы. А потом увидел Катю.
Алексей слушал, сжав челюсти.
— Он из тех мужчин, которые умеют считывать женщин, — продолжала Ирина. — Видишь же сразу: этой нужны комплименты, той — помощь, третьей — просто внимание. Катя попала в последнюю категорию.
— Что ты имеешь в виду?
— Она была... уставшей. Не внешне, а изнутри. Знаешь, бывает такое выражение лица у женщин, которые давно не чувствовали себя важными? Вот у неё было именно оно.
Слова резанули острее, чем хотелось признавать.
— Лев это считал мгновенно. Начал по мелочам: приносил кофе, интересовался её мнением на планёрках, задерживался после работы, когда она оставалась доделывать отчёты. Ничего такого, что можно назвать флиртом. Просто внимание.
— А она?
— Расцвела, — Ирина произнесла это без осуждения, просто констатировала факт. — Стала ярче краситься, чаще смеяться. Девочки шептались, что у Кати роман, но я не думаю, что дошло до физического контакта.
— Почему?
— Потому что я видела их на том корпоративе. Весь вечер. — Ирина придвинулась ближе, понизив голос. — Лев подсел к ней часов в десять. Они болтали. Он действительно умеет разговаривать — создаёт ощущение, будто ты единственная в мире. Катя попалась на это. Смеялась, трогала его за руку во время разговора. Классика.
Алексей стиснул зубы.
— Ближе к полуночи многие разошлись. Осталось человек пятнадцать. Они вышли на парковку — я стояла неподалёку, они меня не заметили. Лев предложил продолжить где-нибудь ещё. Катя сказала, что ей нужно домой. Он настаивал. Говорил что-то про то, что она заслуживает большего, что не должна себя ограничивать.
— И?
— Она колебалась. Видно было — реально думала. Потом достала телефон, посмотрела на экран. Наверное, твои сообщения увидела. И её как отрезвило. Она сказала чёткое «нет» и пошла к машине.
— Значит, ничего не было, — Алексей откинулся на спинку стула, но облегчения не почувствовал.
— Лев не отстал. Пошёл за ней, заблокировал дверь машины рукой. Говорил что-то настойчиво. Катя слушала, и я видела — она колебалась. Понимаешь? Она хотела уехать, но одновременно хотела остаться.
Ирина помолчала, глядя в окно.
— Потом он наклонился к ней совсем близко. Я думала — сейчас поцелует. Но Катя отстранилась, что-то сказала. И он кивнул. Она открыла машину, села за руль. Он обошёл машину и сел на пассажирское сиденье.
По её лицу было видно — она колебалась, но не прогнала его.
Алексей молчал.
— Как она после того вечера себя вела?
— Странно, — Ирина нахмурилась. — Вроде бы ничего не случилось, но она была... другой. Задумчивой. Пару раз ловила её взгляд на Льве. А он смотрел в ответ. Молча. Но между ними что-то было.
— Искра, — глухо произнёс Алексей.
— Да. Именно.
Тишина. Где-то играла фоновая музыка, звякала посуда, но Алексей ничего не слышал.
— Спасибо, что рассказала.
— Алексей, — Ирина положила руку на стол. — Я не знаю, что у вас в семье. Не моё дело. Но скажу одно: Катя не плохая женщина. Она запуталась. И если ты сейчас не вернёшь её — вернёт кто-то другой.
Он кивнул, не поднимая глаз.
Вышел из кафе — на улице гирлянды, новогодняя суета. Шёл сквозь толпу и понимал: формально Екатерина ничего не сделала. Не изменила физически. Остановилась вовремя. Но что-то внутри их брака сломалось окончательно.
Потому что он теперь знал: она колебалась. Смотрела на другого мужчину так, как раньше смотрела на него.
А это хуже любого предательства.
***
Вечером Алексей вернулся домой позже обычного. Екатерина сидела на кухне с чашкой чая, листала телефон.
— Где был? — спросила она, и в голосе прозвучала тревога.
— Встречался с Ириной.
Екатерина побледнела.
— Зачем?
— Хотел услышать правду.
— Какую правду? Я тебе всё рассказала!
— Не всё, — он сел напротив. — Про свои чувства к нему.
Лицо Екатерины исказилось.
— Я же выбрала тебя!
— Нет, — Алексей покачал головой. — Ты выбрала не меня. Ты выбрала привычное. Семь лет брака против непонятно чего. Ты посчитала риски. Это не одно и то же.
— Это несправедливо...
— Справедливо, — он замолчал. — И знаешь, что самое страшное? Я понял, что больше не могу тебе доверять. Не потому, что ты изменила. А потому, что ты способна на это.
— Я не способна! Я же остановилась!
— В этот раз, — он не отводил взгляда. — А в следующий? Когда появится другой Лев, который будет смотреть на тебя так, как будто ты важна? Ты опять будешь стоять у машины и колебаться? А может и колебаться не станешь?
Екатерина молчала, потому что не знала ответа.
— Я не хочу так жить, — продолжал Алексей. — Не хочу проверять твой телефон. Не хочу напрягаться каждый раз, когда ты задерживаешься на работе. Не хочу гадать, о ком ты думаешь, когда прижимаешься ко мне.
— Что ты хочешь сказать? — голос её дрогнул.
Он встал, прошёлся по кухне. Остановился у окна, глядя на заснеженный двор.
— Я хочу, чтобы ты съехала. Ненадолго. На месяц, может, два. Нам обоим нужно понять, хотим ли мы продолжать.
— Лёша, нет! — она вскочила. — Мы можем всё исправить! Я больше никогда...
— Катя, остановись, — он повернулся к ней, и в его глазах она увидела такую усталость, что слова застряли в горле. — Ты не понимаешь. Дело не в том, сделаешь ты это снова или нет. Дело в том, что я уже потерял тебя. В моей голове. В своём сердце.
Она стояла посреди кухни, плакала, но он больше не хотел вытирать её слёзы.
— Когда я смотрю на тебя, то вижу не жену. Я вижу женщину, которая стояла в обнимку с другим мужчиной у машины. Которая удаляла переписки. Которая думала — поехать или нет.
— Прости меня, — прошептала она. — Пожалуйста.
— Я не злюсь на тебя, — сказал Алексей. — Честно. Ты решила, что устала быть невидимой. Но это понимание не возвращает любовь. И не возвращает доверие.
Екатерина опустилась на стул, обхватив себя руками.
— Ты уже решил, да? — спросила она тихо. — Ты уже принял решение, и всё, что я скажу, ничего не изменит.
Он не ответил. Потому что она была права.
***
Екатерина собрала вещи и уехала к матери. Они договорились не форсировать события — не подавать на развод сразу, не делить имущество. Просто взять паузу.
Первую неделю Алексей чувствовал странное облегчение. Тишина в квартире была тяжёлой, но честной. Он мог дышать, не задыхаясь от подозрений.
Новый год Алексей встретил один. Сидел на диване, смотрел телевизор. В полночь поднял бокал в пустоту.
— С Новым годом, — сказал он тишине.
Телефон завибрировал. Сообщение от Екатерины:
«С Новым годом, Лёш. Я люблю тебя. И буду ждать, сколько понадобится».
Он посмотрел на экран. Потом заблокировал телефон и отложил в сторону.
Любовь — это не только слова. Это поступки, выборы, верность в моменты слабости. Екатерина сказала, что любит его. Но когда пришло время выбирать, она колебалась.
И этого Алексей простить не мог.
Не потому, что был жесток. А потому, что хотел быть с женщиной, которая не будет колебаться. Которая даже в самый трудный момент скажет твёрдое «нет» чужому мужчине.
Екатерина не была такой.
Но сейчас, в эту новогоднюю ночь, впервые за долгое время ему не хотелось думать о ней.
И когда мысли всё-таки приходили — не было больно.
Спасибо за прочтение, лайки, донаты и комментарии!
Читать ещё: