– Всё… Всё, хватит спорить! – глухо сказал Артём, поднимая рюмку. – Давайте помянем маму. Царствие ей небесное. Пусть земля будет пухом…
За столом стало тихо. Только часы на стене отмеряли каждую секунду. Все выпили, закусили, но слов больше не находилось.Тишина повисла над столом.
– Хорошая была женщина, – наконец нарушила молчание соседка тётя Вера. – Справедливая. И невестку свою любила, прямо как родную дочь.
Наталья опустила глаза, сердце защемило. Действительно, свекровь относилась к ней по-особенному тепло, особенно в последние месяцы. Словно заранее чувствовала, что её дни сочтены.
Артём лишь хмыкнул, но промолчал.
– Помнишь, Наташа, – тихо сказала тётя Вера, – Аннушка всё твердила тебе: «Ты сильная, дочка. Гораздо сильнее, чем думаешь». Словно предвидела…
У Натальи слёзы подступили к глазам.
– К чему вы ведете,тетя Вера ??? Я один наследник! Наследство моё! И точка! – неожиданно взорвался Артём, будто его прорвало. – Я единственный сын! Всё по закону мне достанется!
– Ну… – протянул дядя Коля, родной брат покойной Анны Степановны, – как сказать,как сказать...
Артём резко выпрямился:
– Вы о чем, дядя Коль? Я же сын! Единственный! Мне всё и положено. По закону так, понимаете?
– По закону, может и так, – спокойно кивнул дядя Коля. – Только вот сестра моя, Аннушка , женщина была с характером. Кто её знал – может подтвердить. Могла что-то и учудить.
– Учудить? – Артём раздражённо стукнул ладонью по столу. – Что она могла учудить? Завещание? Так не было никакого завещания!
–А ты уверен? – прищурился дядя Коля.
Артём осёкся, в глазах мелькнула тень сомнения.
Наталья молчала, руки дрожали под столом. Она знала больше, чем хотела бы. В последние дни свекровь часто звала её к себе и что-то записывала. Бумаги какие-то, конверты… Наталья не придавала значения, но теперь слова дяди Коли резанули прямо по сердцу.
– Да не слушайте вы его! – крикнул Артём. – Мама всё мне оставила!
– Ох, Артём, – тяжело вздохнула тётя Вера. – Ты зря так кричишь. Твоя мать всегда говорила: «Дом – не только стены, дом – это те, кто рядом».
– Ну и что? – огрызнулся он. – Всё равно это моя собственность!
В комнату вошла соседка Марина, держа в руках папку.
– Простите, что вмешиваюсь, – сказала она, – но Анна Степановна просила передать это после её похорон.
Все застыли. Артём побледнел, словно почувствовал, что внутри – ответ на все вопросы.
Дядя Коля аккуратно раскрыл папку. На стол легло завещание.
– "Всё своё имущество, включая дом, землю и счета, оставляю своей невестке Наталье, как дочери, и полноправному члену моей семьи "
В комнате воцарилась мёртвая тишина.
Артём вскочил, лицо перекосило:
– Этого не может быть! Подделка! Вы что,все сговорились?
– Сядь, Артём, – твёрдо сказал дядя Коля. – Подпись и нотариус здесь есть. Всё законно.
– Да как же так… Я ведь сын… – голос Артёма сорвался.
Наталья сидела белая как стена. Слёзы катились по щекам. Она не хотела ничего, кроме мира. Но свекровь распорядилась иначе.
– Видишь, Наташа, – мягко сказала тётя Вера. – Она знала, что ты не предашь. А сын… ну, сын есть сын. Он выбрал свою дорогу.
Артём уткнулся лицом в ладони. Сначала ярость, потом бессилие.
– Мама… – прошептал он. – За что?..
Что ты сделала со мной ?
Наталья поднялась, подошла к нему и тихо сказала:
– Она хотела, чтобы ты жил, а не цеплялся за стены. Дом – это всего лишь дом. Семья важнее.
Артём молчал. Его гордость не позволяла принять порожение сразу.
Поздно вечером, когда все разошлись, Наталья осталась одна. Взяла в руки завещание. Там, кроме основного текста, был ещё листочек. Почерк свекрови, знакомый до боли:
«Доченька, я вижу, как ты страдаешь от измен Артёма. Но я верю: ты справишься. Я оставляю дом тебе, потому что знаю – ты сохранишь его для внуков, для будущего. Прости меня за то, что не смогла иначе».
Наталья прижала письмо к груди. Горько, но при том и светло , было на душе.
Она знала: теперь у неё есть не только наследство, но и сила жить дальше.
Артём ещё долго спорил и бегал по инстанциям. Но завещание устояло. Он так и не смог смириться, что мать выбрала не его.
А Наталья… Она осталась. И каждый вечер, проходя по двору, тихо шептала:
– Спасибо вам, мама. Я постараюсь не подвести.