— Слушайте, мы же люди, чай не звери. Понимаем последствия. Да и мы же соседи, в конце концов. Жить надо дружно.
Стоя около калитки собственного участка, Жанна ощутила странное головокружение. Не от июльской жары, а от абсурда происходящего. Около ее бани, на лавочке, которую она буквально на той неделе купила в торговом центре со скидкой, сидели двое незнакомых мужчин в одних шортах. Они пили пенное, а рядом на мангале жарились шашлыки.
— А вы кто? — придя в себя, спросила Жанна, обалдев от происходящего. Может быть, она попутала участки? Или у нее что-то со зрением? Мужчины обернулись к ней, будто бы только заметив. Один из них, лысеющий, с бычьей шеей и большим трудовым мозолем, заросшим черными волосами, лишь удивлённо поднял брови. Другой, помоложе, с хищными глазами и татуировкой «не забуду мать родную» на всю руку, ухмыльнулся.
— Соседи мы, — сказал старший, пузатый, отхлёбывая напиток. — А вы, стало быть, новые хозяева. Здравствуйте, милости просим. Я Саша, а это Лёха. Парьтесь на здоровье, у нас как раз натоплено. Можно и по рюмашке для знакомства.
Жанна, вцепившись в калитку, только хлопала глазами от абсурдности происходящего. Спасибо, так сказать, за приглашение попариться в её же бане. В этот момент сзади раздался тяжелый рык. Это ее муж, который доставал из машины коробки с посудой, увидел дивную картину. Его лицо на глазах меняло выражение. Сначала полнейшее недоумение, а затем злость.
— Это что за цирк? Кто вы такие и что вы здесь делаете?
— Говорю же, соседи, — уже без улыбки ответил Саша, медленно поднимаясь. В его позе читалась пьяная агрессия, и она тихонько включила камеру на телефоне на всякий случай.— С соседнего участка. Делаем мы здесь то, что делали последние пять лет. Топим баньку, отдыхаем. Договорённость у нас с предыдущими хозяевами была. Мы им эту баню помогали строить, поэтому имеем право ей пользоваться. Всё по чесноку.
М-да, договоренность. Они купили этот дом осенью у пожилого мужчины, который после смерти жены переезжал к сыну. Он хвалил соседей, но ни о каких «договорённостях» речи не шло. Да и какие могут быть договорённости? Они покупали дачу в расчете на тишину, а не на пьянки с непонятными мужиками.
— Никакой договорённости с нами нет, — гулко прорычал Игорь, сжав кулаки. — И быть не может. Это наша частная собственность, куда вы зашли без спроса. Прошу вас немедленно собрать свои вещи и уйти.
— Ой, ну ты погоди, — протянул Саша, и в его тоне зазвучала опасная нотка, от которой у Жанны моментально свернулся в тугой узел в животе страх. — Не кипятись. Поживешь тут годик-другой, поймёшь, как тут всё устроено. Без соседей здесь никак. За участком присмотрят, пока вас нет, к примеру. А вы с порога сразу нас оскорбляете. Мы к вам с чистой душой, а вы так с нами? Не по-соседски как-то.
— Я не спрашивал, как тут что устроено, — Игорь сделал шаг вперёд, а Жанна в ужасе спряталась за спину. Неужели будет драка? Ее муж был намного слабее этих разгоряченных пенным мужланов. — Это моя территория. Последний раз вежливо прошу: убирайтесь.
Тот, который был помладше, звякнул банкой об пол и тоже поднялся. В его глазах вспыхнул азарт драки.
— Дядь, ты че, ох ренел?
Жанна моментально поняла, что надо вмешиваться. Неизвестно, как закончится драка. Это же не люди, а звери, быдло обыкновенное. Она вклинилась между мужем и соседями:
— Давайте без скандалов, вы уходите или я вызываю полицию.
Слово «полиция» подействовало. Нет, не испугало, но как-то отрезвило. Саша смерил их долгим, презрительным взглядом.
— Ну что же, сами выбрали, как вам теперь жить, — он кивнул Лёхе. — Собирайся.
Мужчины зашли в баню, демонстративно подобрали с пола в парилке свои веники, полотенца. Затушили мангал, забрали шампура с мясом. Лёха на прощание плюнул в сторону колодца. Жанна и Игорь стояли, как два истукана, и смотрели, как чужие, полуголые мужчины неспешной походкой уходят через калитку, даже не потрудившись её закрыть.
Тишина, наступившая после их ухода, была какой-то нереальной.
— Боже мой, — прошептала Жанна, опускаясь на ступеньки крыльца. Руки у неё дрожали. — Игорь, что это было?
— Это было хамство, — сквозь зубы проговорил Игорь. — Кошмар, вот так сюрприз.
Жанна же думала только о том, что как хорошо, что они приехали сюда сегодня без детей. Не хватало им слышать этот скандал. На душе было тяжело. Она мечтала о спокойствии, а получила неизвестно что. Последующие недели прошли в нервном, выжидательном напряжении. Они приезжали каждые выходные, приводили в порядок дом, косили первую траву, сажали картошку и лук на огороде. Соседи по ту сторону забора — Саша с семьёй, и другие, слева, тот самый Леха, с ними даже не здоровались. Иногда она, копаясь в огороде, замечала, как недобро на нее смотрит Саша и мечтала быстрее сменить этот полуразвалившийся деревянный забор на нормальный, металлический.
К сожалению, каждые выходные у соседей играла музыка. Не громко, судя по всему, на самой грани допустимой нормы. Так, чтобы нельзя было вызвать полицию. Шансон, от которого уши сворачивались в трубочку. От этих песен ее тянуло в блева ть, но ничего поделать она не могла. Потом пришла очередь запахов. По вечерам стало нестерпимо вонять. Соседи постоянно что-то жгли. Старую резину, пластик, тряпки, пропитанные чем-то химическим. Дым был едким, дышать было невозможно.
Нет, они не молчали, звонили участковому. Тот только разводил руками:
— Музыка в разрешённое время, уровень шума не превышает… Запах… Да, неприятно, но как доказать, что это именно они что-то жгут? Соседи в один голос твердят, что это вы, наоборот, что-то химическое сжигаете. Жалуются на вас, если что. Найдите вы уже с ними общий язык, да успокойтесь.
Найти общий язык? Это было невозможно. Саша, встречая их, лишь усмехался уголком рта, а в его маленьких, глубоко посаженных глазках читалось наглое торжество: «Нашёл, чем испугать. Все по закону, терпите».
Слава богу, у них была собака, чье присутствие успокаивало всю семью. Добродушный лабрадор Граф обожал дачу. Он носился по участку, обнюхивал каждый куст, и иногда они могли даже сходить с ним в лес на прогулку. Как же она потом корила себя за эту беспечность.
Тот день она запомнила до мелочей. Они приехали в пятницу вечером, уставшие после тяжёлой рабочей недели. Граф, как всегда, выскочил из машины первым и помчался осваивать владения. Спустя час, когда дети играли, а она, распаковав вещи, пила чай, раздался странный звук. Не лай, а сдавленный, хриплый кашель. Граф стоял посреди лужайки, пошатываясь. Из его пасти капала пена, а глаза были стеклянными, полными немого ужаса.
— Игорь!
Муж выскочил из дома. Увидев собаку, побледнел.
— Чёрт. Собирайся, поехали в город!
Дорога казалась бесконечно длинной. Жанна сидела на заднем сиденье, держа на коленях голову Графа. Он тяжело дышал, его тело било мелкой дрожью. Она гладила его по голове, шептала бессвязные слова утешения, а сама думала только об одном: «Живи».
В клинике, слава богу, никого не было. Быстрый осмотр, капельницы, уколы, промывание. Врач спросила:
— Вы же на даче были? Он мог съесть что-то с участка. К примеру, крысиный яд, отраву для кротов.
— У нас ничего не раскидано, — задумчиво протянул Игорь. — Мы только начали обживаться.
— Может быть, выбегал из участка? Проверьте все на всякий случай.
Они вернулись на дачу поздней ночью. И сразу же Жанна пошла бродить с фонариком по участку. Неужели врач права? Что-то съел на даче? Внезапно ей стало тяжело дышать. Под одним кустом валялся кусочек колбасы, начинённый чем-то синим. Котлеты с мелкими гвоздиками, уже обветренные, лежали у забора со стороны Саши. Мясные обрезки, аккуратно разбросанные вдоль тропинки к бане. Нет, этого не было в те выходные. Кто-то специально разбросал по их участку отраву.
Игорь молча собирал отраву в пакет. Только вот спустя пару минут из-за забора раздался насмешливый голос Саши:
— Что, подохла ваша животинка? Неужели выжила? Повезло, значит.
Игорь не стал ничего отвечать, просто пошел в дом. Жанна открыла было рот, чтобы высказаться, но потом закрыла. Она прекрасно знала, что ее провоцируют на скандал. Да, сосед только этого и ждет. Ничего, помолчим.
Муж дома что-то искал в телефоне. Поднял на нее глаза:
— Завтра же закажем установку нормального забора. И поставим камеры. Только так, иначе жди снова беды.
В его голосе было столько злости, что спина у нее похолодела. Почему таким подонкам все сходит с рук? Ничего же не доказать, как всегда. Утром приехали ребята из специальной фирмы. Они долго ходили по участку, сверялись с планом, вбивали колышки, натягивали белый шнур.
— Хозяева, — спустя пару часов окликнул их бригадир. — По кадастровому плану соседи у вас восемьдесят сантиметров земли отжали.
Жанна посмотрела на старый забор. Вплотную к нему у соседей стоял небольшой сарайчик для инструментов, а чуть дальше примыкал гараж.
— Что это значит? — глухо спросил Игорь.
— Это значит, что при установке нового забора по законной границе этот сарай и гараж окажется на вашей территории. Его придётся либо переносить, либо сносить. Ну, или с вами договариваться.
— Вот тебе, бабушка, и Юрьев день.
Известие о том, что новый забор «отожмёт» у них практически метр земли и заставит сносить сарай и гараж, дошло до Саши не сразу. Увидев, как они, сняв часть забора, зашли на его "территорию", выскочил, красный от злости:
— Чего вы здесь кучкуетесь? Вы не там разметили.
— Всё точно по плану, — ответил Игорь, самодовольно улыбаясь. — По кадастру. Новый забор будет стоять правильно. Ой, кому-то придется что-то снести.
Саша сначала не понял, о чем идет речь. У него начался словесная диарея. Он брызгал слюной, обвинял всех вокруг, и вообще, он здесь двадцать лет живёт и всегда забор тут стоял. Кричал, что никуда сарай и гараж не будет убирать, да и вообще вертел он всех, как на пропеллере.
Игорь, как и все окружающие, молчал. А когда Саша, уже хрипя от натуги, потребовал «доказательств», просто протянул ему распечатанную выписку с координатами границ. Злобная уверенность в глазах соседа начала меняться на глазах. Сначала наступило паническое непонимание, а затем животный страх.
— Так нельзя… — уже почти простонал он. — Я ж ничего сносить не буду… Куда я дену…
— Это ваши проблемы, — холодно сказал Игорь, даже глаза у него блестели от неприкрытого злорадства. — До конца недели уберите, иначе позовем соответствующие органы.
Какие соответствующие органы, Игорь и сам не знал. Брякнул первое, что пришло в голову. Наверное, в таких вопросах действительно кого-то надо подключать, если люди против. Слава богу, Саша ушёл, ссутулившись. На следующий день он, уже один, вышел к забору, когда Жанна поливала цветы.
— Слушайте, — начал он, не глядя ей в глаза. — Может, ну его, этот забор? Оставим как есть? Мы, вон, может, и музыку убавим и дымить перестанем. Мы же люди, чай не звери. Понимаем последствия. Да и мы же соседи, в конце концов. Жить надо дружно.
Жанна смотрела на Сашу, виляющего хвостом только потому, что попался, и ее охватило чувство брезгливости. Перед глазами моментально встал умирающий Граф, которого они чудом спасли.
— Знаете, все должны жить по закону. Пока.
Она повернулась и ушла. Слышала, как он что-то ещё кричал ей вслед, но решила не тратить свои нервы, и не вступать в диалог.
Сарай соседи сломали в последний вечер перед монтажом забора. Слышно было, как они ругались, как хрустело дерево. Потом разбили стену гаража. Жанна представляла, сколько радостных слов и пожеланий было послано в их с мужем адрес, но отступать была не намерена.
Новый забор, из тёмно-зелёного профнастила, вырос за два дня. Он был глухой, монолитный, неприступный. Со своей стороны они покрасили его в приятный кофейный цвет. Первое время после его установки была неестественная, зловещая тишина. Ни музыки, ни вони. Но Жанна не испытывала радости. Сидя в беседке она постоянно думала: «А может, зря?»
Спинным мозгом она понимала, что война не закончилась. Через пару недель они обнаружили, что кто-то ночью облил забор вонючей жидкостью, похожей на мазут. Отмыть было почти невозможно. Потом в их замок на калитке кто-то залил суперклей. Мелкие, мерзкие пакости, которые невозможно было доказать, потому что фигуры были в черной одежде и в перчатках. Да, всем было понятно, кто это, но попробуй докажи.
Однажды вечером Жанна не выдержала:
— Игорь, а что, если мы продадим дачу? Я боюсь за детей, за собаку. Купим где-нибудь в другом месте?
Игорь долго молчал, потом тяжело вздохнул.
— Знаешь, не факт, что будет лучше. Здесь — эти соседи, полностью отбитые на всю голову. Там будет правление СНТ с дурацкими уставами. Или еще что-то. Мы живем по закону, если что.
Жанна кивнула. Мечта о тишине не сбылась. Невозможно расслабиться там, где ты каждый приезд начинаешь с проверки камер и осмотра периметра на предмет новых пакостей. Она взяла мужа за руку. Кто его знает, как надо было правильно поступить. Ведь многие принимают доброту за слабость, может быть, они сделали правильно, когда дали отпор.
Не забываем про подписку, которая нужна, чтобы не пропустить новые истории! Спасибо за ваши комментарии, лайки и репосты 💖
Еще интересные истории: