Представьте себе картину, от которой даже у меня, человека, перевидавшего тысячи архивных описей и протоколов, бегут мурашки по спине. Вчерашний кумир миллионов, самый молодой маршал Советского Союза, человек с профилем римского патриция и выправкой гвардейца, бредет по тюремному дворику. На нем не сияющий мундир с орденами, а крестьянский армяк и лапти. Это не театр абсурда и не дурной сон. Это Лубянка, май тридцать седьмого года. Так ломали Михаила Тухачевского. Не просто физически, выбивая зубы и признания, а уничтожая саму суть его личности, его гордыню, его аристократизм. Чтобы понять, как этот блестящий стратег оказался в лаптях перед расстрельной командой, нужно отбросить школьные учебники и посмотреть на историю без розовых очков.
Тухачевский — фигура, о которую сломано немало копий.
Для одних он невинная жертва сталинского молоха, гений, которого убрали из зависти. Для других — демон революции, каратель и беспринципный карьерист. Истина, как это часто бывает, лежит где-то посередине, и она куда страшнее любой выдумки. Давайте честно: маршальские звезды в сорок два года за красивые глаза не дают. И Тухачевский своим положением был обязан не только удаче, но и звериному чутью, помноженному на безусловный талант.
Всмотритесь в его биографию времен Первой мировой.
Это же готовый сценарий для боевика. Молодой подпоручик, только попав на фронт, за полгода собирает иконостас из пяти боевых орденов. Попадает в плен к немцам и бежит. Не раз, не два — пять раз! Пятая попытка, через швейцарскую границу, удалась. Трусом он не был, это медицинский факт. Но вот что интересно: когда в России запылала Гражданская, потомственный дворянин Тухачевский не пошел к белым спасать «Единую и Неделимую». Он пошел к Ленину.
Я часто слышу споры о его идеологической чистоте. Был ли он фанатичным большевиком, как тот же Фрунзе? Сильно сомневаюсь. Михаил Николаевич был человеком холодного ума и бешеных амбиций. Он посмотрел на карту, оценил расклад сил и понял: красные победят. А в новой красной империи молодой, образованный офицер сможет взлететь так высоко, как в царской армии ему и не снилось. Он сам, по сути, собрал свою Первую революционную армию, не гнушаясь шантажом — ставил бывших царских офицеров перед выбором: служба или трибунал. Это был брак по расчету с революцией, и расчет оказался верным. Пока что.
Его называли «Красным Бонапартом», и это прозвище ласкало ему слух.
Он громил Колчака, гонял деникинцев, брал города. Да, он споткнулся в Польше в двадцатом году. Варшава устояла, и Красная армия покатилась назад. Но вешать всех собак только на Тухачевского я бы не стал — там не хватило ресурсов, тылы отстали, да и политическое руководство переоценило свои силы. Зато отступал он грамотно, спасая людей.
Но вот где его «гений» раскрылся с самой мрачной стороны, так это в карательных операциях. Когда нужно было утопить в крови Тамбовское восстание мужиков или раздавить Кронштадтский мятеж вчерашних «братишек», рука Тухачевского не дрогнула. Он применял против крестьян с вилами артиллерию и, что уж совсем за гранью добра и зла, боевые отравляющие газы. «Расстреливать без сожаления, пленными не увлекаться» — это его подход. Он был готов служить советской власти хоть палачом, лишь бы оставаться на вершине. И власть это ценила. До поры.
Смертный приговор он подписал себе не в тридцать седьмом, а гораздо раньше — в начале тридцатых, когда начал бурную деятельность на посту первого заместителя наркома обороны. Тухачевский видел, что мир катится к новой большой войне, и понимал: Красная армия к ней не готова. Он бомбардировал правительство записками, планами, требованиями. Он был технократом до мозга костей. Кавалерия? Прошлый век! Будущее за танками и авиацией. Он требовал построить сто тысяч танков в год. Задумайтесь над цифрой. Сто тысяч. Он продвигал ракетостроение, когда на это смотрели как на фантастику, поддерживал первые опыты с вертолетами, предрекал эру авианосцев.
Проблема была в том, что его идеи стоили колоссальных денег.
Сталин, человек прагматичный и подозрительный, смотрел на эти прожекты с прищуром. Построить сто тысяч танков — значит надорвать пупок экономике, а через пару лет эти танки устареют. Кому это выгодно? Не вредительство ли это? К тому же, Тухачевский на этой почве вдрызг разругался с Ворошиловым. Климент Ефремович, «первый красный офицер», был человеком старой закалки, любил кавалерию и был лично предан Сталину до последнего вздоха. А Тухачевский... Тухачевский был звездой.
Его портреты висели в каждом классе, о нем слагали легенды. Он был молод, красив, умен и известен своими любовными похождениями — этакий «коммунистический Донжуан». Сталин не терпел конкуренции. Он видел в «Красном Бонапарте» именно Бонапарта — человека, который, опираясь на штыки преданной ему армии, может в один прекрасный день войти в Кремль и сказать: «Коба, ты засиделся». ОГПУ вело разработки на него еще с двадцатых годов. Компромат копился годами, ожидая своего часа.
И час пробил. Сталин сделал выбор в пользу безопасного и лояльного Ворошилова, решив убрать опасного и своенравного реформатора. Был ли реальный заговор? Готовил ли Тухачевский переворот? Знаете, изучая документы той эпохи, понимаешь, что дыма без огня не бывает, но костер инквизиции раздули искусственно. Есть версия, что немецкая разведка, желая обезглавить Красную армию, подбросила через третьи страны дезу о связях маршала с германским Генштабом. Но даже если бы этой папки не было, судьба его была предрешена. Сталинская паранойя не нуждалась в доказательствах, ей нужны были жертвы.
В мае 1937 года его снимают с должности и отправляют в почетную ссылку — командовать Приволжским военным округом. Это была классическая схема: сначала понижение, чтобы оторвать от рычагов управления, потом арест. Через пару недель его берут. И начинается ад.
Обвинения стандартные для того времени: троцкистский заговор, шпионаж в пользу Германии, подготовка военного переворота. Следствие велось ударными темпами. Тухачевский признался во всем. Но какой ценой? Когда в 1956 году, уже при Хрущеве, эксперты подняли его следственное дело, на страницах с «чистосердечными признаниями» были обнаружены бурые пятна. Это была кровь. Маршала били, унижали, ломали психологически. Тот самый эпизод с лаптями — это не байка, это изощренная пытка для дворянина, способ показать: ты никто, ты пыль лагерная.
Суд был закрытым и скорым.
11 июня — приговор, в ночь на 12-е — расстрел. Вместе с ним под нож пошла целая плеяда высших командиров — Якир, Уборевич и другие. Цвет армии был срезан под корень. Сталин зачищал поле, не считаясь с потерями. Уничтожение Тухачевского стало спусковым крючком для массового террора в РККА, который обескровил армию перед самой страшной войной в истории человечества.
На суде Тухачевский сказал: «Преступление мое настолько тяжело, что просить о пощаде мне трудно... Я полностью открылся и раскаялся». Верил ли он в то, что говорил? Или надеялся спасти семью? Мы не знаем. Но перед расстрелом, стоя у стены, он выкрикнул слова, которые до сих пор ставят историков в тупик: «Да здравствует Красная армия! Да здравствует товарищ Сталин!».
Что это было? Фанатизм? Попытка в последнюю секунду доказать лояльность? Или горькая ирония человека, понимающего весь абсурд происходящего?
После смерти Сталина, во времена хрущевской оттепели, Тухачевского реабилитировали.
Дело признали сфабрикованным, за отсутствием состава преступления. Улицы городов снова запестрели его именем. Но вот что странно: по личному распоряжению Хрущева значительная часть архивных материалов по делу Тухачевского была уничтожена. Никита Сергеевич тоже умел хранить секреты партии. Поэтому мы, скорее всего, никогда не узнаем стопроцентной правды: был ли у маршала реальный план смещения Сталина, или все это — лишь плод больного воображения вождя и стараний палачей из НКВД.
Но одно я могу сказать точно. Михаил Тухачевский был продуктом своей эпохи. Жестокой, кровавой и великой. Он сам строил эту систему, сам закручивал гайки, сам создавал машину подавления, которая в итоге перемолола его самого. Он был талантливым полководцем, который мог бы стать спасителем страны в сорок первом, но стал ее «врагом» в тридцать седьмом. История не терпит сослагательного наклонения, но урок Тухачевского вечен: революция, как Сатурн, всегда пожирает своих детей. И самых талантливых она пожирает первыми.
А как вы считаете, если бы Тухачевский дожил до 1941 года, пошел бы ход войны иначе? Или его авантюрные идеи с тысячами танков только навредили бы обороне?
Спасибо, что дочитали. История сложнее, чем кажется на первый взгляд. Ставьте лайк, и обязательно подписывайтесь. Жду ваши мысли в комментариях.