Глубоко вздохнув, Граам хрипло закашлялся, а когда первый приступ слабости прошёл, собрался с силами и приподнялся на дрожащих лапах: — Хоро-ошая была би-итва… Сла-авная… Рядом с ним, дальше и повсюду по всему широкому холмистому полю лежали поверженные тела — свои и чужие. Немного приведя в порядок ускользающие мысли в голове, он осмотрелся. — А то-о… — раздалось сбоку. Он с скрипом повернул голову на голос — в нескольких метрах от него лежал Килс. — А то… — прохрипел тот. Пошатываясь и подволакивая левую заднюю лапу, Граам шагнул к другу и, тронув за плечо, опрокинул того на спину. Вблизи картина выглядела ещё кошмарнее. Левая сторона морды верного оруженосца представляла собой вдавленную лицевую пластину с блестящими прожилками технических жидкостей в трещинах. А сам глаз состоял из сплошного месива с белым бельмом раздавленной оптической линзы. В груди, с правой стороны, зияла огромная брешь. В ней виднелись… А в ней искрили и торчали оплавленные разноцветные провода, но в целом си