-Да когда же это будет возможно? – возмутилась Мурчин, - что за отпорность к магии? Сколько он уже живет среди колдунов? И все равно…
-Так бывает, - быстро сказала Наравах и даже смогла оторвать пьяную мейден от Раэ, - мы это у же с вами обсуждали. Так – бывает. Вот что вы натворили? Сейчас придется звать сильфа, чтобы он убрал…
-Сами же говорили, что никаких сильфов! – сказал Раэ, быстро метнулся в ванную комнату, покуда туда не сунулся кто-то другой, перескочил там косо поставленные лавки на глазах у изумленного Расаласа, схватил половую тряпку, все еще мокрую, с тазом, где на дне все еще плескалась мутная грязная вода для мытья пола. Ликанобойца сначала испугался из-за того, что кто-то ворвался туда, где он скрывается, затем ошарашенно смотрел, как тазик выплыл из ванной комнаты.
Раэ поспешно накрыл тряпкой на ковре содержимое своего желудка и в два-три быстрых рывка убрал в лохань. Вот надо же так! Только бы ведьмы не заметили, что он, который вроде бы должен умять в одиночку два подноса закусок, ничего из них не оставил на полу. Ну почему, почему так сложно бывает скрыть правду? Ее порой из желудка достать могут. И охотник с утра только и делает, что прячет и прячет эту правду...
-Да сколько надо ждать? – возмутилась тем временем над ним Мурчин, - в нем уже должно быть достаточно напичкано магии! В храм ему ходить нет возможности! И все равно – вот так! И все равно…
Ведьма рывком подняла Раэ с пола за волосы и глянула в глаза.
-С ним все в порядке? – спросила Наравах.
-Да что с ним сделается?
-Может, одолжишь мне на время твой браслет, и я его осмотрю? – спросила солярная ведьма, - может, посторонним глазом я увижу… все-таки эти дни дались ему нелегко…
-Я и так вижу, что с ним все в порядке, - резко сказала Мурчин, - здоров, как одичавшая псина!
-Вот то-то и оно, - вздохнула Наравах, - при ликаньей болезни простецы иногда так и пышут здоровьем… кстати, из-за этого иногда они отторгают некоторые виды магии…
-Связанные с вамприьей силой, но не афродизиаки же, - буркнула Мурчин и резко оттолкнула Раэ, как что-то неудавшееся.
-Пойду лохань отмывать, - буркнул охотник, хотя больше всего он бы не хотел сейчас отправляться в ванную комнату, куда за ним могли теперь сунуться обе ведьмы. Однако пришлось туда занести смывки и быстро сунуть в приотворенную дверь. Не нужно делать так, чтобы ведьмы могли заметить, что он теперь боится при них соваться в ванную комнату. Все равно, стоя на пороге его спальни, обе ведьмы не могли увидеть, что происходит за дверью, скрытой в глубине комнаты, да еще если ее быстро открыть-закрыть. Сказать сказал, что пошел отмывать, но тотчас вернулся. Отогнать бы их от спальни подальше. Обеих.
-Все-таки нам надо договорить, - заявил Раэ в голос, чтобы его тон четко словила невидящего его соляная ведьма, и при этом закрыл за соей спиной дверь в спальню, - сударыня Наравах, можно я вас попрошу оставить с мейден Мурчин наедине.
Что-то в его тоне заставило ведьм переглянуться, а пепельноволосая ведьма на миг стряхнула с себя хмельную развязность. Наравах кивнула Мурчин и быстро ушла в их общие покои. Раэ прошел к чайному столу, который уже давно превратился в переговорный.
Ведьма жестко поставила на стол кубок с остатками вина, села напротив Раэ, церемонно расправив юбки и рукава, с вызовом проговорила:
-Извиняться не стану. Ты сам мне дал плат с твоей кровью, а значит я могу ею распоряжаться, как захочу. Я и раньше делала афродизиаки из твоей крови и давала тебе через еду и питье. Но ты обычно просто съедал и даже не морщился…
-Значит, во мне сейчас действительно что-то меняется, - догадался вздохнуть Раэ и тут же спохватился, - а сама-то зачем пила вино с моей кровью? Ты же сама говорила, что никогда и ни за что…
И он осекся при виде насмешливого взгляда Мурчин. Которая аж губу при этом лукаво закусила. Она явно выпила прилично вина, но Раэ готов был поклясться, что совсем другого.
«Ну ты бестия!» - подумалось Раэ. Он глянул в кубок и убедился, что вина там достаточно. Слишком достаточно для кубка, из которого во время разговора тянули большие глотки. Он смолчал, глядя на то, как Мурчин наслаждается его недовольством.
-А зачем тебе сейчас понадобилось попытаться меня опоить? – спросил Раэ, - ты же все уже получила. Все клятвы, все обещания, всю поруку…
Мурчин в ответ посмотрела на Раэ каким-то странным взглядом, затем отвела его в сторону и покачала головой, дивясь своим то ли своим мыслям, то ли тому, что слышит.
-… а вот я тебе слово дал, и все-то мне кажется, что ты меня обманешь. Уговор наш вообще – помнишь? Я буду с тобой только когда ты отведешь беду от Семикняжия. А эта башня все еще висит над равниной Леатавии. И назад еще не повернула! Тебе нужно было связать меня еще одним словом и скрепить его кровью? Хорошо, коли не веришь, и тебе так спокойней. Мне это все равно. Мне вообще-то все равно, что со мной станет, когда беда отойдет от Семикняжия. А если не отойдет, так мне и вовсе лучше не жить. Но сейчас-то ты зачем это все делаешь? - Раэ указал на кубок, - разве это все – не лишнее?... Или ты меня обманываешь? Понимаешь, что ничем не можешь, а то и не хочешь помешать Бриуди… сильная мира сего! Поэтому зачем тебе ждать, когда я сдержу свое слово? Ведь ты же не сможешь сдержать свое! Вот ты и…
Мурчин хлопнула рукой по столу, вскочила.
-Вообще-то все будет так, как я сказала! Развязка близка! Именно поэтому, дурень, я смотрю наперед! Сам подумай, собралась ли бы я жить в Семикняжии, кабы ему грозил развал? Вот я и обустраиваюсь! То, что ты мне слово дал и хочешь его выполнить – так это похвально. Но вот только нужно мне еще подстраховаться. Когда ты вернешься в Семикняжие, я же не смогу вот так сразу нарисоваться рядом с тобой! Сначала ты должен будешь вернуться в общество. Потом общество должно привыкнуть к тому, что ты вернулся, что ты жив, что ты восстановлен в правах и статусах. Потом в твоей жизни должна появиться я. И твое сватовство ко мне должно выглядеть хотя бы внешне прилично и подобающе! Это получается, что ты без меня должен прожить при возвращении в Семикняжие несколько месяцев. А что может с тобой случиться за эти несколько месяцев без меня? Много чего, даже от тебя не зависящего. Тебя затянет Цитадель. Тебя отправят домой к матери. Тебя могут отправить в ваш Абрикосовый Рай… как там… в Аспру? И меня рядом не будет. Жизнь тебя закрутит. А мне нужно, чтобы ты обо мне думал каждый день. Даже в Цитадели.
-Ого! – не сдержался Раэ, - с чего это ты так разоткровенничалась?
Мурчин просто отмахнулась. Посмотрела куда-то мимо Раэ налитыми пьяными глазами. Охотник обернулся и проследил за ее взглядом. Ну конечно – в дверях покоев Мурчин стояла Наравах и опускала руки после резкой жестикуляции. Раэ удалось поймать краем глаза ее отмашку. Мурчин, которая в полупьяном состоянии что-то осознала, быстро обогнула стол и молча пошла навстречу Наравах.
В это время в чугунные ворота четко и вежливо постучали. Все трое разом вздрогнули.
-Сударыня Мурчин, - послышался голос колдуна, но не Варсиса, - прибыл сильф из верхних покоев со срочным посланием…
-Да-да! – отозвалась Наравах, - погоди, Авассар, я сейчас приму…
Мурчин остановилась в дверях покоев, нетвёрдым жестом опершись о косяк, в то время как Наравах приоткрыла створку чугунных ворот, получила из-за нее конверт и не глядя как бы между прочим шлепнула по чьей-то нескромной руке, которая вздумала просунуться в получившуюся щель и коснуться лифа ее платья. Наравах быстро захлопнула ворота, развернулась и помахала конвертом:
-Вот! Пришло! Пора!
Мурчин посмотрела на Наравах усталыми пьяными глазами.
-Так… быстро...пришло? - буркнула она.
-Пора-пора! – проговорила Наравах, - давайте-ка, собирайтесь… наложить вам заклятье трезвости?
Мурчин устало вздохнула:
-Ну что ж, накладывай…
Наравах поспешно подскочила к госпоже, что-то шепнула, треснул воздух, Мурчин как будто окатило потоком солнечного света. Ведьма встряхнулась, как от удара хлыстом, замотала головой, распрямилась и… ахнула.
-Ой, какая же я дура! Пьяная дура! Что я натворила?
-Всего лишь спьяну сделали афродизиак… ну с какой феей это не бывает? – сказала Наравах, - я вижу, вы приходите в себя… Это очень хорошо, потому, что сейчас надо позвать на помощь обеих ваших камеристок и трех сильфов, чтобы вас одеть и причесать… Я так понимаю, надеваем платье «Свет моей мечты»? Как и решили ранее? Ничего не поменялось? И… тиара «Лучезарный иней?»
Мурчин замотала головой. Мол, надевайте на меня, что хотите, только дайте в себя прийти. Она метнулась ко столу и выплеснула кубок с вином в таз, не глядя на Раэ.
-Фере, - поспешно обратилась Наравах, глядя поверх головы Раэ, - ты не мог бы сейчас запереться и сидеть у себя в комнате как можно тише… недолго… часа три, пока мейден Мурчин одевается к вечеру…
-Да с удовольствием! – воскликнул Раэ.
-Клетку с драконами ему в комнату занеси! – крикнула Мурчин, исчезая в покоях, не оглядываясь на Раэ, - чтоб, если он нашумит... он, или его венисатики, подумали на драконов! Но чтоб старался тихо сидеть!
-Да Фере, тут мы должны пригласить горничных и сильфов… прямо сюда, - пробормотала Наравах. Едва успела пробормотать. Раэ с превеликим удовольствием распахнул дверь в свою спальню.
-Драконов – сюда, еду для драконов – сюда, еду для альвов – сюда, и мне дай поесть! Я так понимаю, вы на всю ночь усвистаете? Сударыня Наравах, заноси сюда всю кухню, и клянусь, я буду тих, как мышь под метлой!
Раэ едва не подскочил от радости до потолка. Наконец-то у него появилась возможность после всего этого бедлама уладить дело с Расаласом!
Продолжение следует. Ведьма и охотник. Звездная Башня. Глава 51.