Декабрь 1843 года. Британская империя покрыта промышленным смогом, а не снегом. Рождество — малозначимый, почти забытый день в календаре. И вот появляется он — Чарльз Диккенс, молодой, известный, но преследуемый долгами писатель.
1843 год не был для Диккенса простым. Несмотря на оглушительную славу автора «Оливера Твиста», его последние книги продавались плохо. В доме писателя царила финансовая паника: его супруга Кэтрин ждала пятого ребенка, а издатели отказывались от его новых проектов.
Диккенс остро нуждался в деньгах, и он решился на отчаянный шаг — за шесть недель написал и издал за свой счет небольшую книгу, чтобы успеть выпустить ее к праздникам. Никто, включая его издателей, не верил в успех. В Англии того времени праздник Рождества пребывал в глубоком упадке, его практически не отмечали широко.
Замысел «Рождественской песни в прозе» рождался в спешке. Диккенс, по его собственным словам, «плакал, и смеялся, и снова плакал» над рукописью, а ночами бродил по темным улицам Лондона в поисках вдохновения. Образы приходили к нему из жизни. Скупец и скряга Эбенизер Скрудж, вероятно, был списан с реальных людей, которых писатель встречал в деловом мире Лондона.
Но в этом персонаже был и кусочек его собственной души, его страх бедности и падения, уходящий корнями в детскую травму. В 12 лет, когда отец Диккенса попал в долговую тюрьму, будущего писателя отдали на фабрику по производству ваксы. Мальчик работал по десять часов в день, запечатывая баночки с гуталином. Это чувство брошенности, нищеты и несправедливости он пронес через всю жизнь и вложил в историю семьи бедного клерка Боба Крэтчита и его больного сына Тима.
Повесть вышла в свет 19 декабря 1843 года и произвела эффект разорвавшейся бомбы. Тираж в 6000 экземпляров разошелся за считанные дни. Правда, из-за дорогого оформления с цветными иллюстрациями, которые Диккенс настоятельно потребовал, финансовой выгоды первый тираж почти не принес.
Но книга добилась куда большего — она перевернула культуру. Диккенс не выдумал Рождество с нуля — он дал ему новый смысл и форму, актуальные для современного ему общества.
Главный герой книги, Скрудж, навсегда вошел в мировую культуру, став нарицательным именем для скряг и мизантропов. История его чудесного преображения оказалась именно тем, чего жаждала викторианская Англия: она предлагала не религиозную проповедь, а светскую, общечеловеческую идею о том, что каждый способен на искупление и добро.
Хотя Диккенс и не «изобрел» зимний праздник в буквальном смысле, его роль в формировании современного образа Рождества сложно переоценить. Он стал катализатором, который объединил разрозненные традиции в единую, эмоционально заряженную и морально ясную концепцию.
Сам Диккенс до конца дней читал отрывки из повести на своих публичных выступлениях, и зал всегда замирал, а затем взрывался аплодисментами. Он ушел из жизни в 1870 году, но созданный им праздник, дух которого — в семье, милосердии и второй шансе для каждого, — жив до сих пор. Каждый раз, когда мы говорим «Счастливого Рождества!», украшаем дом, собираемся за столом с близкими или смотрим фильм о преображении старого скряги, мы, сами того не осознавая, отдаем дань человеку, который действительно создал наше Рождество — Чарльзу Диккенсу.