Что может быть прекраснее уютного зимнего вечера - за обледенелым окном снежит, пуржит и вьюжит, а в маленькой кухне тепло. Мягкий клетчатый плед, наброшенный на плечи, запах свежевыпеченных блинчиков с корицей, холодный чай в кружке... стоп!
Вечер перестал быть томным. Тома на всякий случай заглянула в кружку, попыталась отхлебнуть. И задумалась.
Если за окном холодный снег, в кружке всегда должен быть горячий чай, по-другому никак. Это она еще с детства усвоила. И, кстати, чайник вскипел буквально только что - она заварила в любимой кружке пакетик с ароматными травками, бросила туда же три кубика сахара - сладкое было ее самым большим грехом, увы! Потом закуталась в плед и устроилась за столом, прихватив недавно купленный томик розово-женского чтива (вторая непростительная слабость!). Но прочесть не успела и пару страниц, вдруг обнаружив, что ароматный травяной кипяток больше напоминает нечто, простоявшее в холодильнике не меньше суток. Она медленно поднялась, подошла к стоящему на плите чайнику веселенькой расцветки - ярко-зеленому, с крупными красными вишнями - ткнула его пальцем. Чайник явно решил последовать примеру кружки и, каким-то образом, умудрился остыть до минусовой температуры.
Решив не останавливаться на достигнутом, она взяла блестящую острую вилку и ткнула в крайний блинчик на широкой белой тарелке. Тесто чуть-чуть захрустело, будто подмороженное. Брови Томы медленно поползли вверх. Она вдруг вспомнила, как минут пять назад, как раз, когда она усаживалась за стол, ей почудилось, что по кухне пробежал легкий, но очень холодный ветерок. Но это ощущение тут же пропало - она только повыше подтянула плед и взяла в руки кружку. С ледяным чаем...
А не сойти ли нам с ума...
Если не уже. Нет, лучше не надо.
Сунув тарелку с блинчиками в микроволновку, Тома поставила таймер на три минуты, включила газ под чайником, потом прошлась по квартире, трогая все подряд. Батареи были горячими, из закрытых окон не сифонило сквозняком, роскошный белый перс по кличке Белок - изначально он считался Белкой, но вышла небольшая промашка - дремал на диване, раскинувшись пушистой колбасой. Что еще - входная дверь? Закрыта, не сквозит, не дует, не свистит холодным ветром из щелей. Если так дальше пойдет, скоро засвистит фляга у самой хозяйки квартиры...
Обойдя свои двухкомнатные хоромы, она вернулась в кухню. Чайник, как положено, кипел и пыхал белым горячим паром. Согретые в микроволновке блинчики вновь обрели мягкость и коричный аромат. Очень медленно, отслеживая каждое движение, Тома вылила в кружку ледяной чай, ополоснула теплой водой из-под крана, потом повторила чайную процедуру. В этот раз все прошло без сучка - без задоринки, но заноза сомнения уже впилась и проросла, не давая покоя. Ночью Тома спала вполглаза, ворочалась и страдала, пока сверху на живот не обрушились шесть пушистых килограмм Белка, лишив возможности крутиться юлой. Прижав хозяйку к постели, перс тщательно утоптал ее пухлыми толстыми лапами, потом свернулся клубком и стал с чувством изображать трактор. Басистое муркотание над ухом помогло - думать ни о чем другом уже не получалось. Тома запустила пальцы в густой мягкий мех и тут же уснула.
Сквозь сон ей чудилось, что Белок низко, угрожающе воет на кого-то - точно такие звуки он издавал, когда она впервые принесла ему на свидание холеную породистую подругу. Любовь не сложилась - хотя перс не был кастратом, к семейной и личной жизни он явно не тяготел. После нескольких неудачных попыток сводить его с разными барышнями, Тома махнула рукой. Ее собственная личная жизнь находилась примерно на том же уровне - перманентного отсутствия. Это не расстраивало - набивавшиеся к ней в ухажеры молодые люди, все до одного, явно уступали Белку. Котолюбов среди них тоже не попадалось, кстати.
Утро принесло вместе с долгожданным выходным днем сразу несколько сюрпризов. Первый поджидал на кухне, встретившей Тому стылым холодом и насквозь промороженными остатками блинчиков на многострадальной тарелке. Греть их повторно она не решилась - просто выбросила в мусорку вместе с тарелкой. Кутаясь в бесконечный шерстяной халат - мамин подарок на день рождения - включила все четыре конфорки на плите, поставила греться... то есть, размораживаться, чайник с куском льда внутри. Белок жалобно мявкнул возле обледенелой миски - сполоснув ее под струей горячей воды, Тома положила персу его любимый паштет из кролика со шпинатом и полезла в холодильник за яйцами.
Кухня чуть согрелась, а воздушный омлет с колбасой и гренками аппетитно шкворчал под крышкой сковороды, когда следующий сюприз позвонил в двери.
- Надо же, хотя бы не в пять утра, и на том спасибо... - выключив плиту, Тома поплелась открывать. Пахнущий духами вихрь ворвался в прихожую, срывая с себя дубленку и одновременно скидывая сапоги со шпильками, от одного вида которых веяло травматологией.
- Томка, чаю давай... нет, лучше свари кофе! Так, котяра - пошел вон, все брюки сейчас в шерсти будут! Слушай, тебе еще не надоело с животным вместо нормального мужика обниматься? Давай я тебя с одним классным дядькой познакомлю, тоже по котам убивается, кстати!
Тома обреченно включила кофеварку, не обращая внимания на непрерывное чириканье за спиной. Лучше дать Натуле выговориться, напоить ее кофе и аккуратно выпроводить прочь. А кухню проветрить...
Та самая "дочь маминой подруги" трещала, не умолкая, разглядывала недавний ремонт на кухне, демонстрировала новый маникюр, нарощенные каким-то супер-пупер мастером ресницы. В носу свербело от терпких Натулиных духов, виски медленно сверлила подступающая мигрень. Тома подливала кофе, терпеливо слушала, кивала, поддакивала. Привычка удобного ребенка, которую грамотный и опытный психотерапевт так и не сумел из нее вытравить, хотя честно пытался.
Надо было, вопреки советам по самоконтролю и умению вежливо и необидно выпроваживать "лишних" людей из своей жизни, просто вытолкать Натулку за дверь и послать ее прямиком к Томиной маме. Та, как и в детстве, до сих пор не уставала восхищаться Верочкиной чудо-девочкой, даже когда та выросла и превратилась в обычную содержанку, без диплома, профессии и мозгов. Нынешний покровитель у Наточки был то ли четвертым, то ли пятым, замуж ее брать не спешил, как и предыдущие. Томин красный диплом, высокая должность, погашенная ею лично ипотека и прочие достижения стыдливо курили в сторонке.
Тома уже мысленно прощалась с приятным выходным днем, когда Натулка оборвала свой стрекот и широко открытыми глазами уставилась куда-то за ее плечом.
- Томусь, так ты что - не одна?! А чего молчала-то, побоялась, уведу? Знакомь давай с кавалером!
Тома захлопала глазами, медленно повернулась.
Прислонившись к косяку на нее смотрело нечто, явно сошедшее с обложки розового женского чтива. Светлые, нарочито взъерошенные волосы падали на лоб, ясные голубые глаза блестели, точно весенний лед. Кроме короткого бежевого полотенца, изящно обернувшего стройные бедра - с возмущением, Тома узнала в нем свое любимое, предназначенное исключительно для лица - на кукольном красавце не было вообще ничего. На гладкой, молочно-белой коже сверкали капельки влаги, волосы тоже казались чуть влажными. Картина маслом - Брэд Питт прямиком из душа! Только откуда он там взялся, интересно было бы знать... Еще один признак надвигающейся паранойи - привела откуда-то кавалера, сунула его в ванную и забыла там, случайно?
Красавец небрежным движением отбросил с лица влажную челку, сдернул со спинки дивана ее халат, который она стянула, когда кухня начала отогреваться от внеплановой заморозки, и томным (ну, разумеется!) голосом представился:
- Северьян, к вашим услугам, миледи! Позвольте прелестную ручку?
Натулка уже таяла, текла и пузырилась, как брошенная в ванную с горячей водой шипучая соль. Какое-то время Тома задумчиво наблюдала, как воркуют заклятая подруга и вот это, не пойми что, потом предложила:
- Может, за пивом сходить? Не знаю, как вы - а мне бы точно не помешало!
Натулка даже не услышала, зато блондин томно прищурился:
- Да, Огонек, и прихвати, пожалуйста, чего-то солененького - маслинок или орешков?
Она не помнила, как выскочила за дверь, в голове шумело. Огонек... еще бы петардой назвал, обмылок несчастный!
Почему-то чужак казался ей каким-то мыльным слепком, по недоразумению подсунутым под подушку вместо монетки. Точно, она же на прошлой неделе удаляла воспалившийся зуб мудрости! Мда, запоздала что-то зубная фея...
В магазине, а потом на улице, Тома провела почти два часа, надеясь, что по возвращению в квартире не окажется ни Натулки, ни мыльного Северьяна - пускай катятся вместе в розовые или голубые, какие им угодно дали, а она, наконец, поест по-человечески...
Дома ее встретило глухое, угрожающее завывание. Белок спрятался под диваном в большой комнате и сверкал оттуда круглыми, очумевшими глазами, не переставая рычать.
- Малыш, ты чего... эти еще не ушли? Погоди, я сейчас!
Она вошла в кухню, шваркнула на стол туго набитый всякой всячиной пакет, посмотрела на подругу.
И взвизгнула.
Натуля - то, что от нее осталось - медленно таяло и стекало на гладкий светлый паркет. Кукольное личико, искусно уложенные дорогим мастером светлые кудряшки, широко распахнутые глаза - все казалось сплошным куском льда. Он на глазах трескался, крошился - из трещин сочилась темно-красная жидкость. Еще секунда - с оглушительным хрустом по обтянутой бежевой блузкой упругой груди побежала глубокая, неровная трещина, алая изнутри.
- Натуль... Ната... - Тома шагнула ближе, протянула руку. Едва она успела коснуться ледяной, твердой кожи, как с повторным треском тело заклятой подруги рассыпалось неровными кусками, прямо ей на ноги.
***
***
Блондина нигде не было видно.
До вечера она возилась на кухне, убирая кровавый потоп. Потом распотрошила принесенный пакет, на автомате растолкала продукты по полкам в холодильнике, оставив лишь бутылку "светлого козла". Машинально сковырнула пробку, выхлебала сразу половину и села на диван. Знала бы, что надо брать не пиво, а чего покрепче... пиво не поможет забыть последнего выражения на лице глупой несчастной Натульки.
Выражения дикого, животного ужаса и боли.
Что с ней сотворил проклятый Северьян, или кто он там? Надо было сразу звонить в полицию, но Тому удержала мысль, что по их приезду окажется, что никакого Северьяна не существует в природе и он просто галлюцинация ее воспаленного мозга. А как же Натуля?
Осененная внезапной мыслью, Тома вскочила. Может, и правда, все случившееся ей просто привиделось, и подруга даже не заходила к ней сегодня? Дрожащими руками она набрала знакомый номер.
Раздавшаяся с подоконника трель развеяла ее надежды. Натуля имела привычку бросать свой крохотный, кислотно-розовый смартфон куда попало. Там же обнаружилась и пушистая модная сумочка в форме гадкого кролика Лабубу.
Никто не поверит, если рассказать. Никто...
Тома молча смотрела на экран почти разрядившегося смартфона с кучей пропущенных вызовов и иконок-сообщений. Потом утопила кнопку отключения. Завернула смартфон и сумочку сразу в два пакета и запихнула в один большой, полный не выброшенного вовремя мусора. Туда же попала утренняя яичница, вместе с так и недопитой бутылкой "Козла" - вкус пива во рту сейчас казался тошнотворно-горьким. Оглядела кухню - больше ничего, ни клочка одежды, ни гелиевого коготка. Все превратилось сначала в лед, затем в воду, которую она собрала с пола и все насухо вытерла.
Натянув одежду и наспех обувшись, Тома выскочила на улицу, кожей ощущая на себе обвиняющие взгляды прохожих. На самом деле всем было плевать на нее - город готовился к грядущему празднику; мимо с воплями пронеслась толпа веселых подростков, едва не сбив с ног. Пара встреченных собачников была озабочена лишь тем, чтобы удержаться на ногах и не полететь по скользкому насту за ретивыми питомцами, яростно рвущими из рук поводки. Закинув пакет на самый верх - мусорные баки были переполнены с горкой - она поплелась домой.
Белок успел прийти в себя, выбрался из-под дивана и требовательно крутился возле пустой миски, нетерпеливо подмяркивая. Тома достала пакетик с кормом, присела, погладила перса по спинке.
- Хоть бы ты мне рассказал, какого хрена тут стряслось, пока меня не было, а, малыш?
До нее вдруг отчетливо дошло - даже дыхание перехватило - если бы она сдуру не потащилась в магазин, оставив по сути чужого человека с подругой, то кормить кота сейчас было бы уже некому. А ведь блондин явно не зря отпустил "свою" девушку за пивом, ему была нужна Натуля... или нет? Если бы та проявила такт и ушла, чтобы не мешать влюбленным, ему бы сгодилась и хозяйка квартиры? А кому - ему? Кто он вообще такой? Может, вовсе и не пропал, а прячется где-то, выжидая... чего?
Захотелось схватить в охапку Белка и рвануть бегом из ставшей вдруг неуютной и враждебной квартиры. Наевшийся кот благодарно толкнул ее головой под руку, распушил хвост. И с шипением подскочил, будто ужаленный.
- Беленыш, ты чего...
Кот пулей вылетел с кухни, завывая от ужаса. В шею повеяло холодком...
Спас Тому неожиданный звонок в дверь. На пороге стоял сосед с нижнего этажа - старый, но крепкий и бодрый пенсионер, Леонид Ильич, подрабатывавший дворником. Зайдя в квартиру, он стянул с головы меховую шапку, огляделся.
- Вечер добрый, хозяюшка! Чайком не угостишь старика?
Тома удивилась - соседа она знала давно, но чаевничать вместе им как-то не доводилось. Но сейчас его компания оказалась кстати.
- Проходите, конечно! Сейчас согрею... как раз, булочек с вишней купила, и конфеты шоколадные!
Пока она разливала по кружкам дымящийся чай, дед острым, совсем не стариковским взглядом, обшаривал кухню, будто что-то ища. Или кого-то. Наконец, он спросил напрямую:
- Скажи-ка мне, девонька, ты ничего странного не примечала в последнее время? Отопление, может, резко отключали, или зверь какой по двору шастал?
- Да вроде нет... с молоком чай будете, дядя Леня? А что случилось такое?
Старик подвигал белыми, кустистыми бровями и вздохнул:
- Давай с молоком, люблю чай забеливать, старуха моя приучила, раньше-то черный только пил... случилось, Томушка - может, и не поверишь, завелась тут у нас в доме одна тварь; сначала двух собак во дворе нашел, промороженных насквозь - хотел оттащить подальше, чтобы малышня не увидела, а они в труху рассыпались. Потом Емельян - помнишь Емельку-то, в подвале грелся постоянно, хоть и синяк, но тихий, спокойный. Я его и не гнал; а тут нашел его, всего синего, промороженного - а в подвале-то, как он замерзнуть умудрился? Подошел ему живчик пощупать - а он как те собаки... даже "Скорую" не к кому звать! Не сразу нашел, кто все это творит, потом одного поймал, прямо у подъезда - погань оказалась, с виду чисто лешачонок, али черт - только белый весь. У меня как раз с собой бутылка с маслом была - я его облил, да зажигалкой чиркнул...
Заслушавшись Тома совсем забыла про молоко. Спохватившись, она открыла дверцу и едва не закричала.
ЭТОТ сидел на полке, сжавшись в комок. На утреннего красавца эта пакость походила меньше, чем сама, рыженькая и курносая Тома на стройную красавицу Натулку. Больше всего существо размером с ладонь напоминала пригоршню замороженных птичьих костей, только ярко-синие глаза блестели, точно стекляшки. Судя по всему, "Северьян" прекрасно слышал их разговор с дедом. Он умоляюще сложил крошечные, синюшные ладошки.
"Угу, а завтра я вместо Белка найду ледяную скульптуру... или сама не проснусь?"
Закусив губу, Тома протянула руку и... взяла с полки картонную коробку с молоком.
- А сколько же их всего тут бегает, и откуда вообще эти твари взялись, деда Леня?
Старик досадливо двинул бровями, отхлебнул из кружки:
- Да кто их знает... мне в детстве бабка моя, царствие ей небесное, рассказывала, что есть на свете такие твари, кровоснегами их кличут. Вроде, если на свежий снег, перед праздником выпавший, кто-то сдуру кровь прольет - не в смысле нос себе разбить, а по-настоящему - другого до смерти заломает, или ножом там пырнет, то снег в такое вот скатается. Чистый снег - это как чистая душа, новорожденная - капнешь на него кровью, он ее и впитает. Раньше думал - байки все это, а вот поди ж ты... недавно тут во дворе случай был, слыхала, поди? Двое дураков малолетних соплюху не поделили?
Тома кивнула. Дележка девицы закончилась плачевно - одного из горе-ухажеров в итоге отвезли в морг, другого в изолятор. Девицы простыл и след, как и стоило ожидать.
- В общем, если что странное заметишь, сразу меня зови! Или сама попробуй - они огонь не любят - облей чем-нибудь, да подожги! К весне всяко-разно сгинуть должно... ну, бывай, дочка, за чай спасибо!
Закрыв за стариком дверь, она вернулась в кухню. Блондин сидел за столом, задумчиво водя пальцем над ее кружкой с недопитым чаем. Чай медленно покрывался ледком. Тома нащупала в кармане зажигалку - курить она бросила уже полгода как, а пара зажигалок так и таскалась с ней, чисто по привычке. Блондин вскинул ладони:
- Тише, Огонек... раз уж душегубу старому не выдала, то и сама не дыми!
Тома сдвинула брови:
- Живо скидывай маску, хочу на настоящего посмотреть!
Блондин вздохнул, повел плечом. Костлявое существо с синюшной кожей и горящими голубыми глазами с хрустом выломало из кружки и отправило в рот кусок замороженного чая. Белесые лохмы падали на лицо.
- Ну что, хорош? Нравлюсь?
- Гадость, - честно ответила Тома и повертела в руках зажигалку. - Что меня сразу-то не убил, пока спала? Мог ведь? И Белка не тронул, спасибо и на том...
Кровоснежник пожал костлявыми плечами:
- Понравилась ты мне, рыженькая... сказки-то читала, как заколдованных принцев обратно из всяких гусей и козлов людьми делают? Я тоже человеком хотел бы стать. Думал, эту тарахтелку силиконовую поцелую, и получится чего, да не вышло...
Тома нахмурилась:
- А собак-то зачем трогал, и Емельяна... или не ты? Сколько ж вас тут бегает?
Синюшное нечто оскалилось:
- Было двое, один остался! Второй сильнее меня был, больше - он кровь живую пил, думал - от этого оживет, да старик его раньше поймал. Поцелуешь меня, Огонек, если не боишься? Вдруг повезет? Красивая ты...
Пальцы, сжимающие пластиковый корпус зажигалки, болели от напряжения. Скоро новый год, желания должны исполняться.
Взгляд упал на так и не дочитанную книгу в мягкой обложке, небрежно брошенную на диван. Название гласило: "Оттаявшее сердце".
Ткнуть этот набор костей зажигалкой в пузо, и посмотреть, что у него там оттает.
Или все же...
Синие, нечеловечески красивые, глаза смотрели не отрываясь. Он мог бы убить ее во сне, как и она его сейчас. Не захотел... а она? Чего она хочет?
Не выпуская из руки зажигалку, Тома медленно шагнула вперед...
За окном взрывались хлопушки, слышались веселые голоса, пьяный смех. Новый год был совсем близко...
Автор: Effi
Источник: https://litclubbs.ru/articles/71165-krovosnezhnye.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: