По узкой сельской дороге, вздымая из-под колес высокие столбы пыли, мчался большой блестящий внедорожник. За рулем сидела рыжеволосая молодая женщина. Лицо Ангелины светилось таким неподдельным счастьем, что было ясно - она едва сдерживается, чтобы не закричать от радости. Ей не терпелось с кем-то поделиться новостью, судя по всему - просто ошеломительной.
На соседнем сиденье лежал пакет с документами - результатами медицинских исследований ее семилетнего сына Артёма.
Наконец машина подкатилa к аккуратному коттеджу на окраине деревни. Дом стоял почти вплотную к темному дремучему лесу. Сердце Ангелины билось так сильно, что, казалось, его было слышно даже сквозь шум мотора.
Она заглушила двигатель, выскочила из машины почти бегом и, размахивая конвертом с бумагами, помчалась к дому.
- Мама, я вернулась!
Услышав голос дочери, из коттеджа выбежала маленькая сухонькая старушка лет семидесяти пяти. Лицо её было бледным от волнения.
- Что случилось, Лина? - крикнула она, хватаясь рукой за сердце. - Что-то с Артёмом?
- Да нет, мама, не переживай, - Ангелина едва не смеялась и не плакала одновременно. - Все как раз очень хорошо. Я только что из клиники. Представляешь, теперь твой внук абсолютно здоров, и никакую пересадку делать не нужно!
Она прижала конверт к груди и виновато посмотрела на мать.
- Ты прости меня за тот раз, - тише добавила Ангелина. - За то, что накричала, когда ты отвела сына к этому дикому человеку, живущему в лесу. Оказалось, он и правда знахарь. Он вылечил нашего Артёмку.
Лицо старушки просияло, а из глаз потекли слезы счастья. Она глубоко вздохнула, словно обращаясь к небу, и, подняв указательный палец, сказала:
- Всегда, дочка, надо верить в лучшее. Если искусство врачей оказалось бессильно без сложнейшей операции по пересадке, да еще и не факт, что донорская печень прижилась бы, то надо использовать все шансы. Давно уж судачат местные о Геннадии, что он - знахарь от бога. Вот я и повела к нему Артёмку.
- Да, мама, ты как всегда оказалась права, - вздохнула Ангелина. - Хорошо еще, что я привезла сына к тебе. Никогда бы не подумала, что моя командировка за границу окажется такой кстати. Все переживала, как тут будет Артём в этой глуши, мало ли какая помощь ему понадобится, а скорая сюда, наверное, час ехала бы, если не больше.
Старушка всплеснула руками.
- Как видишь, жизнь в "дыре", как вы, молодые, зовете наши родные деревни, тоже свои плоды дает. Тут я родилась, тут меня и похоронят. Никогда я в город не поеду, сколько ни зови - тяжко мне там дышать, в ваших каменных джунглях. Мне простор нужен да ключевая водица. И молодая картошечка со своего огорода, а не эта слизь из заморских стран, которую и овощем-то не назовешь - сплошная химия.
- Ох, мам, у меня уже слюнки потекли, - засмеялась Ангелина. - А лисички у тебя жареные есть?
- И ты еще спрашиваешь, - фыркнула старушка. - Я ведь тебя со вчерашнего дня жду. Утром сегодня в печь поставила. Пойдем-ка в дом, Артём, наверное, уже проснулся, завтракать будем.
Через несколько минут вся их небольшая семья сидела за щедро накрытым столом. Деревенские деликатесы исчезали с тарелок так быстро и с таким аппетитом, что на это было любо-дорого смотреть.
Немного отдохнув после дороги, Ангелина снова вспомнила о том, ради чего торопилась вернуться. Она достала из сумки пухлый конверт, набитый купюрами крупного достоинства, поцеловала мать, заглянула к сыну и, сказав, что скоро вернется, вышла из дома.
Теперь ей предстояло пройти по извилистой лесной тропинке, петляющей среди могучих вековых сосен, чьи вершины терялись где-то высоко над головой. Женщина направлялась к старой хижине у реки, где жил отшельник-знахарь, вылечивший её сына. Когда-то там стоял домик охотника, но охотники в этих местах давно перевелись - как, впрочем, и дичь. Цивилизация неумолимо надвигалась даже сюда, и зверье, не желая соседствовать с человеком, ушло глубже в тайгу, потянув за собой и охотников. Так хижина и досталась отшельнику - почти беспрепятственно. Никто толком и не знал, откуда он взялся.
Окрестности Лина знала отлично - значительную часть жизни она провела именно здесь, в этой деревне. Тут выросла, тут бегала девчонкой по этим же тропинкаvм. Но едва окончила школу, решительно уехала в областной центр. Там поступила в университет, выучилась на управленца, вышла замуж за одногруппника, в которого влюбилась без памяти.
Его звали Сергей. Через некоторое время они открыли свое дело, и оно с каждым днем становилось всё успешнее. Потом родился сын. Казалось, счастье только начинается - живи да радуйся.
Но вышло совсем иначе.
Сергей тяжело заболел. Наследственная болезнь, о которой он всегда боялся и надеялся, что пронесет, все-таки дала о себе знать. С каждым месяцем состояние только ухудшалось. Деньги, которых к тому времени у супругов было немало, неожиданно превратились в бесполезные бумажки - здоровье за них купить было нельзя.
Сергей так и не сумел одолеть болезнь - организм не выдержал борьбы. Уже два года как Ангелина носила траур в душе: она похоронила мужа. Но самым страшным было то, что болезнь передалась и их сыну.
Ангелина сбилась с ног, таская Артёма по различным клиникам за границей. За свои услуги там брали безбожно дорого, а прогресса в лечении почти не было. Анализы показывали лишь ухудшение, врачи твердили об одном и том же, подбирая все новые схемы лечения, но состояние ребенка ухудшалось.
В конце концов доктора стали говорить о пересадке - сложнейшая операция как единственный шанс. Срок уже приблизительно назначили, предупреждая о колоссальном риске, но другого выхода у несчастной матери, уже потерявшей мужа, просто не было.
Неожиданным спасением стала командировка за границу на два месяца. Она открыла там филиал своей компании, а когда вернулась, узнала, что сын... здоров.
Тогда-то мать и призналась по телефону, что водит мальчика к какому-то заросшему отшельнику в лесу, который поит его отварами из неизвестных трав и делает странные манипуляции, нажимая на какие-то особые точки на теле.
Ангелина тогда взорвалась.
Она кричала, обвиняла старуху в безумии, ругалась, уверяла, что бабушка подвергает ребёнка опасности и губит результаты лечения.
Хорошо еще, что бабушка её не послушалась и продолжила водить Артёма к Геннадию. Иначе сейчас не было бы этого толстого конверта с радостным диагнозом.
Теперь же Лина сама шла к нему - не только чтобы отблагодарить, но и как будто чтобы лично убедиться: чудо действительно произошло.
Дремучий лес постепенно расступился, и женщина вышла на берег реки. Отсюда уже была видна маленькая хижина. Неподалеку на своем огородике копошился косматый, рослый человек. Он был так поглощен картошкой, что долго не замечал гостью.
Ангелина подошла почти вплотную и остановилась, молча наблюдая за ним.
Что-то в его движениях, в широких плечах, в наклоне головы показалось ей смутно знакомым. Будто она уже видела этого человека когда-то давно. Но как ей было знать лесного отшельника, наверняка чокнутого в глазах большинства людей?
И вдруг он обернулся.
Геннадий замер, увидев женщину. Он смотрел на неё широко раскрытыми глазами и какое-то время не мог вымолвить ни слова.
- Здравствуйте, - первая заговорила Ангелина. - Я мама Артёма. Пришла отблагодарить вас за то, что вы его вылечили. Вы и правда знахарь от бога. Вот, возьмите, здесь деньги.
Она протянула ему конверт.
- Если мало - я принесу еще, - продолжала женщина, и голос ее задрожал. - Ради своего сына я готова отдать все, что у меня есть.
На глазах у нее выступили слезы.
Самым удивительным было то, что слезы блеснули и в глазах отшельника. Они быстро затерялись в густой бороде, но Лина успела заметить.
- Что с вами? Вам плохо? - тревожно спросила она.
Однако несколько слов, которые тихо произнес Геннадий, едва не лишили её чувств, заставив сердце забиться так часто, как не билось с юности.
Всего три года назад Геннадий не был отшельником. У него было всё для обычного человеческого счастья.
Родился он в деревне, но еще молодым уехал в большой город. Там закончил медицинский университет, стал первоклассным хирургом. С детства он интересовался нетрадиционной медициной, часами сидел над книгами о целебных травах и их воздействии на организм. Когда появилась возможность соединить официальную медицину и его старое увлечение, он не колебался - учился с такой отдачей, что вскоре стал заведующим отделением хирургии в областной больнице.
И именно там он познакомился со своей будущей женой Светланой - красивой медсестрой из соседнего отделения.
Геннадий любил всего один раз в жизни, а потом так надолго закрылся от подобного чувства, что считал: больше уже не полюбит. Но Светлана растопила его сердце своей внешностью и очарованием.
Правда, приятель-врач не раз предупреждал: Светка вертлявая, не пропускает ни одних дорогих отутюженных брюк. Но Геннадий только отмахивался - он вообще не любил слушать сплетни, а когда любишь, слова других кажутся преувеличением. В итоге он повел красавицу под венец.
Поначалу семейное счастье действительно казалось неотъемлемой частью их жизни. Они вместе успели построить квартиру. По настоянию Светланы жилье оформили на нее - ей хотелось чувствовать себя настоящей хозяйкой. Геннадий не видел в этом ничего страшного, твердо веря в их брак.
Первые полгода она даже кольцо носила, а потом "вдруг" оно стало ей мало. По крайней мере, так она объяснила мужу, почему больше не носит обручальное. Конечно, кольцо ей не жало - оно просто мешало флиртовать с другими мужчинами.
Разводиться Светлана не собиралась - зачем? Квартира с хорошим ремонтом есть, муж работает, почти всегда на дежурствах, денег в дом приносит достаточно. А свои "походы налево" она считала чуть ли не полезной процедурой для здоровья - и физического, и морального.
Пока жена без стеснения наставляла рога доктору, сам он пахал, как каторжный, беря по две смены подряд и обеспечивая свою небольшую семью.
Кто знает, сколько бы еще продолжалось его счастливое неведение, если бы однажды коллега не попросил его подменить.
Геннадий уже заступил на очередное дежурство, успел поцеловать перед уходом жену и, улыбаясь, сказать:
- Не скучай.
- Не буду, дорогой, - ответила она сладко. - Занятия по интересам я всегда найду, хотя без тебя мне будет очень одиноко.
Он ушел на смену, но вскоре в ординаторскую влетел запыхавшийся коллега, тот самый, который просил его подменить. Оказалось, ему кровь из носу нужен завтрашний выходной, и он умолял Гена смениться с ним прямо сейчас.
Отказать было неудобно да и незачем - в отделении так было принято помогать друг другу.
Геннадий неожиданно для жены получил свободный вечер. Представив, как она обрадуется его внезапному появлению, он купил огромный букет алых роз, её любимых, и решил устроить сюрприз - вернуть себе не только вечер, но и немного романтики, провести его с женой в лучшем ресторане города.
Никогда прежде не случалось такого обмена в последний момент, и именно это обстоятельство изменило его судьбу.
Он не стал звонить Светлане, захотел прийти "тихо". На крыльях любви взлетел по лестнице новенькой многоэтажки.
Подойдя к двери, с удивлением заметил, что она не заперта.
"Неужели я сам забыл закрыть?" - машинально подумал он.
Но решил, что так даже лучше: сюрприз получится более эффектным.
Тихонько приоткрыв дверь, он вошел в прихожую - и сразу же почувствовал, как по спине пробежал холодок. У самого входа стояла пара мужских туфель, явно не его и совсем не похожих на обувь случайного сантехника.
Из кухни доносились слишком характерные звуки.
На дрожащих ногах Геннадий пошел туда.
Букет выпал из его рук, лепестки алых роз рассыпались по полу.
На кухонном столе его жена Светлана и какой-то плюгавенький лысый мужичок вытворяли такое, чего он не видел даже в самых откровенных фильмах.
Увидев мужа, Светлана не то чтобы смутилась - скорее раздраженно поморщилась. Ее любовник, натягивая трусы, бросился из кухни так, что только пятки сверкали: он тоже был женат и совсем не желал огласки.
Светлана даже не попыталась прикрыться. Вместо того чтобы упасть на колени и просить прощения, мол, бес попутал, она пошла в нападение.
- Ты сам виноват, - заявила она. - Из-за своей работы. Ты мне внимания не уделяешь - вот я и нашла замену. Да и вообще твои мужские способности оставляют желать лучшего.
Слушать эту чушь и грязь о себе человек, который любил, ценил и безгранично доверял, не мог.
Он молча собрал свои вещи в небольшую сумку и вышел.
- Ну и убирайся! - крикнула ему в спину Светлана. - К счастью, вовремя я поняла, что ты вовсе и не можешь толком!
На душе у Геннадия стало так тяжело, что он даже из больницы уволился. В этом месте ему ежедневно пришлось бы видеть ту, кто разбила ему сердце.
Всего дважды в жизни любил он по-настоящему. Первый раз - еще школьником, девочку из соседней деревни. Тогда он так и не решился признаться, хотя ночами не спал, сочиняя длинные любовные записки. После школы их пути разошлись, и он больше о ней ничего не слышал.
Теперь же, после предательства жены, он решил покончить с привычной жизнью. Хотел уйти от людей подальше, стать отшельником, найти тишину и хоть какое-то успокоение.
Он помнил про старый охотничий домик неподалеку от его родной деревни. Родителей давно уже не было в живых, их дом он продал, часть денег вложил в ремонт квартиры, где жил со Светой.
Домик у реки, к счастью, оказался цел, хоть и в плачевном состоянии. Своими руками, из подручных материалов, он его отремонтировал, разбил небольшой огород, занялся рыбалкой и пчеловодством.
Главное же - он снова полностью погрузился в любимое дело, в народную медицину. Почти всё время посвящал изучению лечебных трав. В сочетании с его врачебными знаниями это стало мощным инструментом.
Вскоре судьба свела его в лесу с местной старушкой, у которой долго не проходила больная нога. Геннадий приготовил для нее мази, отвары, подобрал травы и помог упражнениями. Нога зажила.
Старая Матрена быстро разнесла по окрестным селам весть, что появился знахарь-лекарь. Люди потянулись к нему, и удивительно было то, что почти каждому он мог облегчить страдания, а некоторых и вовсе исцелял.
От людей же узнала о целителе и бабушка Артёма. Она и привела к нему внука. То, чего не смогли сделать заграничные врачи, сделали народная медицина и травы сибирских лесов.
И вот теперь перед ним стояла женщина, пришедшая его отблагодарить.
В ней он сразу узнал свою первую школьную любовь.
Ту самую девочку из соседней деревни, чью фотографию с выпускного до сих пор хранил.
Конечно, сперва Ангелина не узнала в бородаче-отшельнике Гена-одноклассника. Но когда он тихо назвал её по имени, вспомнил школу, выпускной, те самые косички и её рыжеватую челку, Лина застыла, не веря своим глазам.
Они долго сидели у очага в маленькой избушке, разговаривали, вспоминали школьные годы, делились тем, как сложилась жизнь.
За эти несколько часов Геннадий наконец-то решился сказать то, что не смог выговорить в юности: признался в своей давней любви.
Как ни странно, но и Ангелина призналась, что в школе испытывала к нему теплые чувства, просто тогда оба стеснялись и молчали.
Эта неожиданная встреча вернула Геннадию смысл жизни.
Через три месяца косматого отшельника было уже не узнать. Он снова стал первоклассным хирургом. Вернувшись в город, он отсудил у уже бывшей супруги половину квартиры, а затем, в своеобразное наказание за ее предательство, продал свою долю цыганам.
Светлане ничего не оставалось, как съехать из "родного гнезда". Остаток жизни она жалела о своем поступке, но было уже поздно: прошлое не вернуть, а будущее отвернулось от нее окончательно. Для мужчин она навсегда осталась лишь скоротечной подругой, чем-то временным и несерьезным.
Геннадий же снова ожил. Вскоре он женился на Ангелине. У них родился общий ребенок, и радости в этой семье не было предела.
Но свой мешочек с травами он продолжал хранить всегда рядом - и как ценное лекарство, и как талисман. Потому что если бы не он, не видать бы ему счастья, как собственных ушей.
Друзья, очень благодарен за ваши лайки и комментарии ❤️ А также не забудьте подписаться на канал, чтобы мы с вами точно не потерялись)
Читайте сразу также другой интересный рассказ: