Меня зовут Максим, мне тридцать два, живу в Москве, работаю маркетологом. За последние три года пятеро моих друзей уехали в Таиланд. Четверо из них вернулись. Один всё ещё там, но судя по его последним сообщениям — ненадолго.
Я не ездил в Тайланд. Никогда. Но благодаря друзьям я знаю о жизни там, наверное, больше, чем многие, кто там отдыхал. Потому что туризм — это одно. А реальная жизнь — совсем другое.
Дима: "Я думал, буду фрилансить у моря"
Первым уехал Дима. Программист, удалёнка, тридцать лет. В марте 2023 года написал мне: "Всё, еду в Тайланд. Сниму домик на Самуи, буду работать с видом на океан. Зарплата российская, цены тайские — буду жить как король".
Я порадовался за него. Дима действительно мог работать откуда угодно. Клиенты в Европе, проекты на английском, стабильный доход две тысячи долларов в месяц. Для Таиланда — отличные деньги.
Через месяц он прислал фотки: пальмы, море, закаты. Подпись: "Живу мечту".
Через два месяца позвонил:
— Макс, тут не всё так радужно, как я думал.
— Что случилось?
— Ну... во-первых, интернет. Он то есть, то нет. Вчера у меня зум с клиентом был, а интернет отрубился прямо во время созвона. Пришлось извиняться, говорить, что проблемы на линии. Стыдно.
— А нормальный интернет нельзя провести?
— Можно, но это дорого. Плюс не везде есть. Я снимаю домик в тихом месте, там только мобильный интернет. А он нестабильный.
— Переедь в город.
— В городе жара вообще невыносимая. Здесь хоть море рядом, хоть можно вечером окунуться. А в городе асфальт раскалённый, смог, духота. Я пробовал — не могу.
Ещё через месяц Дима рассказал про визы:
— Макс, я тут узнал, что туристическая виза на шестьдесят дней. Потом продлить на тридцать. Итого девяносто. А дальше что?
— Дальше ты оформляешь долгосрочную визу, разве нет?
— Долгосрочная виза — это либо рабочая, либо студенческая, либо элитная. Рабочая — нужен работодатель в Тайланде. Студенческая — нужно учиться в тайской школе, курсы языка или что-то типа того. Элитная — шестьсот тысяч бат, это почти полтора миллиона рублей.
— А ты как планировал?
— Я планировал просто жить здесь и работать удалённо. Но оказалось, так нельзя. Официально я турист. А туристом можно быть только девяносто дней. Потом надо выезжать.
— Куда выезжать?
— В соседнюю страну. Малайзия, Лаос, Камбоджа. Пересечь границу, получить новый штамп — и обратно. Это называется "виза-ран".
— Как часто?
— Каждые девяносто дней. Билеты, отель, время — это тысяч пятнадцать-двадцать рублей каждый раз. Четыре раза в год — восемьдесят тысяч только на выезды.
Я задумался. Восемьдесят тысяч в год — это неплохая сумма, если ты копишь на что-то.
В сентябре Дима вернулся в Москву. Прожил в Таиланде шесть месяцев.
— Надоело, — сказал он. — Визовая беготня, нестабильный интернет, жара. Плюс я понял, что одиноко. Русские там есть, но все какие-то... странные. Либо бегут от чего-то, либо наоборот — слишком расслабленные, ничего не хотят. Нормального общения не хватает.
— А океан, закаты, пальмы?
— Океан — это круто первые два месяца. Потом привыкаешь. И это просто океан. Работать всё равно надо, а работать в жаре и без нормального интернета — та ещё радость.
Лена: "Я думала, открою йога-студию"
Лена — йога-инструктор, тридцать пять лет. Уехала в Тайланд. Цель: открыть свою студию на Пхукете, набрать клиентов из туристов, жить спокойной йоговской жизнью.
Мы переписывались. Лена сначала была в восторге:
— Макс, тут рай для йоги! Тепло, красиво, люди добрые. Я уже нашла помещение, договорилась с хозяином.
— Круто! А документы оформила?
— Какие документы?
— Ну, для бизнеса. Лицензию, визу рабочую.
— Нет, пока работаю неофициально. Хозяин помещения сказал, можно так.
Я насторожился. Неофициально в чужой стране — это как-то рискованно.
Через два месяца Лена написала:
— Макс, у меня проблемы.
— Какие?
— Ко мне пришла полиция. Сказали, что я работаю без разрешения. Это нелегально. Либо плачу штраф и закрываюсь, либо депортация.
— Серьёзно?
— Очень. Я заплатила штраф — двадцать тысяч бат. Это около пятидесяти тысяч рублей. Закрыла студию. Сижу и думаю, что делать дальше.
— А нельзя оформить всё официально?
— Можно. Но для этого нужен рабочий пермит. А для пермита нужна рабочая виза. А для визы нужен работодатель-тайец или партнёр-тайец, если открываешь бизнес. И чтобы открыть фирму, пятьдесят один процент должно принадлежать тайцу. То есть я не могу открыть свой бизнес — только партнёрский.
— А если найти партнёра?
— Кого искать? Незнакомого человека? Отдать ему больше половины бизнеса? А если он меня кинет?
Лена прожила в Таиланде четыре месяца. Вернулась в Москву с потерянными пятьюдесятью тысячами рублей и разбитыми мечтами.
— Никогда больше, — сказала она при встрече. — Тайланд — страна для туристов. Не для бизнеса. Если ты не крупный инвестор с деньгами и связями, тебе там делать нечего.
Серёжа и Аня: "Мы хотели зимовать каждый год"
Серёжа и Аня — семейная пара, оба тридцать восемь. Дизайнер и копирайтер, работают удалённо. Уехали в Тайланд в ноябре. План: зимовать там каждый год с ноября по март, когда в России холодно.
— Макс, мы нашли квартиру в Паттайе! — писала Аня. — За двадцать тысяч бат в месяц. Это пятьдесят тысяч рублей. Дешевле, чем наша московская однушка.
— Супер! Как там вообще?
— Жарко, но привыкаем. Море близко, еда дешёвая, фрукты каждый день. Кайф!
Первый месяц всё было отлично. Потом начались проблемы.
— Макс, у нас тут кондиционер сломался, — написал Серёжа. — Хозяин говорит, что починит. Прошла неделя — не починил.
— Позвони ему.
— Звонил. Он говорит: "Май пен рай". Это значит "не парься". Типа, починит когда-нибудь. А мы в квартире сидим, жара под сорок, задыхаемся.
Через три дня кондиционер починили. Потом случилась история с едой.
— Аня отравилась, — сообщил Серёжа. — Поели в местном кафе. Через час её скрутило. Рвота, понос, температура. Вызвали скорую — они повезли в больницу. Там прокапали, дали таблетки. Счёт пришёл на двадцать тысяч бат.
— Страховка не покрыла?
— Страховка покрывает только несчастные случаи. Отравление — не несчастный случай. Пришлось платить самим.
Потом случилась история с байком.
— Я арендовал байк, — рассказывал Серёжа. — Катались по острову. Красота! А вчера меня остановила полиция. Требуют права. А у меня международные водительские. Они говорят: недостаточно. Нужны тайские. Штраф — пятьсот бат.
— Ну хоть небольшой.
— Не в этом дело. Они меня каждую неделю останавливают. То прав нет, то шлем не тот, то свет не включил. Каждый раз штраф. Я уже устал.
Но самое главное — они поняли, что скучают по дому.
— Макс, мы тут три месяца, — написала Аня. — И нам уже хочется домой. Не понимаю почему. Вроде всё хорошо: тепло, море, фрукты. Но душа просит борща, снега, русской речи вокруг.
— Серьёзно? Снега?
— Да! Я никогда не думала, что буду скучать по снегу. Но я скучаю. По зиме. По шапке и шарфу. По горячему чаю дома, когда за окном метель. Тут всё время лето. И от этого устаёшь.
Серёжа добавил:
— Плюс тайцы... они улыбчивые, но закрытые. Ты для них всегда фаранг. Иностранец. Чужой. Нормальной дружбы не возникает. Русская тусовка есть, но там свои проблемы — все друг на друге зарабатывают, обманывают, подсиживают. Устали от этого.
Они вернулись в Москву в феврале. Прожили в Таиланде три с половиной месяца.
— Больше не поедем, — сказала Аня. — Поняли, что наше место — здесь. В России. С её холодом, снегом, борщом. Зато это наше.
Антон: "Я думал, выучу тайский и интегрируюсь"
Антон — самый упорный из всех. Ему двадцать девять, учитель английского. Уехал в Тайланд в январе 2024 года с целью устроиться преподавателем в местную школу и остаться насовсем.
— Макс, я готовился, — рассказывал он перед отъездом. — Я месяц учил тайский язык онлайн. Выучил базовые фразы. Понимаю, как система работает. Буду нормально интегрироваться.
— Молодец! Держи меня в курсе.
Первый месяц Антон жил на туристическую визу, искал работу. Рассылал резюме, ходил на собеседования.
— Макс, тут сложнее, чем я думал, — писал он. — Школы хотят нейтив-спикеров. Я русский, хоть и говорю по-английски хорошо. Но им нужны американцы, британцы, австралийцы. Белокожие, с европейской внешностью.
— А ты белокожий.
— Да, но я не нейтив. Акцент есть, хоть и лёгкий. Они это слышат. Предлагают меньше зарплату — двадцать пять тысяч бат вместо сорока пяти.
— Ну хоть что-то.
— Двадцать пять тысяч бат — это пятьдесят восемь тысяч рублей. На них тут не разгуляешься. Аренда — двадцать тысяч бат. Еда — пять тысяч. Транспорт — три тысячи. Остаётся вообще ничего.
Но Антон не сдавался. Нашёл работу, оформил рабочую визу и пермит. Начал преподавать в языковой школе в Чиангмае.
— Как работа? — спрашивал я.
— Устал, — отвечал он. — Шесть часов в день стоишь перед детьми, которые тебя не понимают. Тайцы вообще английский не любят учить. Они улыбаются, кивают, но ничего не запоминают. Через месяц видишь тех же детей — они снова не знают алфавит.
— А коллектив?
— Коллектив... тайский. Они свои проблемы решают между собой. Ты для них иностранец. Тебе улыбаются, но в круг не пускают. Сидят отдельно, едят отдельно, говорят на тайском. Ты сидишь один.
Через четыре месяца Антон написал:
— Макс, я понял. Я тут никогда не стану своим.
— Почему?
— Потому что я не тайец. Для них я всегда буду фаранг. Даже если выучу язык идеально, даже если проживу тут двадцать лет — я всё равно останусь чужим. Это в их менталитете. Они добрые, улыбчивые, но непроницаемые.
— И что дальше?
— Дальше я возвращаюсь. Нашёл работу в Москве, в языковой школе. Зарплата выше, чем тут. Плюс свои, родные, понятно всё.
Антон вернулся в августе 2024 года. Прожил в Таиланде семь месяцев.
— Не жалеешь? — спросил я при встрече.
— Нет, — ответил он. — Опыт полезный. Но я понял: Тайланд — не для постоянной жизни. Это место, куда можно приехать отдохнуть. Пожить месяц-два, набраться витамина D, расслабиться. Но жить там постоянно — это не для всех.
Олег: последний оставшийся
Олег — единственный, кто всё ещё в Таиланде. Ему сорок два, бывший IT-шник, продал квартиру в Питере, уехал в мае 2024 года. Живёт на Пхукете, снимает виллу, занимается йогой и сёрфингом.
Мы созваниваемся раз в месяц.
— Как дела? — спрашиваю я.
— Нормально, — отвечает он. — Тепло, красиво, спокойно.
— Но?
— Но начинаю понимать ребят, которые вернулись.
— То есть?
— То есть Тайланд — это красиво первые полгода. Океан, пальмы, закаты, манго. Кайф. Но потом это становится обыденностью. И ты понимаешь, что живёшь в стране, где ты никто. Ты не работаешь, ты просто тратишь накопления. Ты не создаёшь ничего. Ты просто существуешь.
— А разве не об этом мечтали? Просто жить, не напрягаясь?
— Я думал, что об этом. Но оказалось, что человеку нужно больше. Нужна цель. Работа. Общение. Семья. Здесь у меня ничего этого нет. Я один, в чужой стране, без дела. Деньги кончаются. Визу каждые три месяца продлевать надо. И я думаю: а зачем это всё?
— То есть ты вернёшься?
— Наверное. Не знаю. Ещё думаю.
Последний раз мы говорили неделю назад. Олег сказал, что покупает билет на январь.
Что я понял из всего этого
Пятеро друзей. Четверо вернулись. Один возвращается.
Все уезжали с мечтой. С планами. С деньгами. С уверенностью, что там будет лучше.
Все вернулись (или возвращаются) с пониманием: Тайланд — это не сказка. Это страна со своими законами, проблемами, сложностями.
Что я понял:
Первое. Тайланд — не для удалёнщиков без запасных вариантов. Интернет нестабильный, визовая беготня, жара, одиночество. Если нет плана Б — будет тяжело.
Второе. Тайланд — не для бизнеса без денег и связей. Законы строгие, бюрократия сложная, конкуренция высокая. Если нет серьёзных вложений — лучше не начинать.
Третье. Тайланд — не для интеграции. Тайцы добрые, но закрытые. Ты для них всегда фаранг, чужак. Нормальной дружбы не будет. Своим не станешь никогда.
Четвёртое. Тайланд — не для долгой жизни на накопления. Деньги кончаются. Цены растут. Визы усложняются. Без постоянного дохода протянешь год-два, максимум.
Пятое. Тайланд — не замена дому. Можно сбежать от холода, снега, проблем. Но через несколько месяцев начнёшь скучать по борщу, по русской речи, по снегу за окном. По своим. По родному.
Тайланд — это отличное место для отдыха. На месяц, на два, на зимовку. Но не для постоянной жизни.
Мои друзья поняли это на своём опыте. Кто-то быстрее, кто-то медленнее. Но все поняли.
И я рад, что не ехал сам. Я просто слушал, записывал, делал выводы. И понял: иногда лучше остаться дома.
Даже если дома холодно, снежно и не всегда комфортно.
Зато это дом. И это важнее океана, пальм и закатов.
А вы бы уехали в Тайланд? Или тоже считаете, что это только для отпуска? Поделитесь мнением в комментариях.