Предыдущая часть:
Алексей, допив пенное и взяв ключи, поспешил в отель. Благо до того было рукой подать. Он как раз отыскал крем в чемодане любовницы, когда раздался телефонный звонок от Ольги.
— Слушаю, — сделал он голос уставшим и отрешённым, даже чуть хрипотцы добавил.
Жена совершенно буднично спросила:
— Как твои дела? Устаёшь сильно?
Алексей ответил:
— Нормально всё. В общежитие поселили. Соседи только шумные попались.
Ольга акцентировала внимание на слове:
— Ну ты отдыхай больше по возможности. Скажи, а когда назад возвращаешься? Тут срочное дело появилось, без тебя никак не решить.
Мужчина помедлив ответил:
— Через четыре дня утром. А что за дело?
Жена будто отмахнулась от него:
— Долго рассказывать.
Она попрощалась и отключилась.
— Четыре дня, — повторила Оля слова мужа. — У меня всего четыре дня на подготовку.
Первые двое суток после того, как вся правда вышла наружу, женщина медленно приходила в себя. Её бросало из одной крайности в другую: то накатывали слёзы, то вспыхивал гнев, то наваливалась жалость к самой себе. Но разговоры с подругой помогли собраться с силами. София сразу почувствовала, что с мамой что-то не так, и как бы Ольга ни пыталась отмахнуться, пришлось рассказать дочери всю историю. Девушка расстроилась, но внешне твёрдо заверила, что любое решение мамы примет без вопросов. Перво-наперво Ольга собрала все вещи мужа до единой в большие мешки и вынесла их в гараж. На это ушло почти шесть часов после работы, но женщина получила огромное моральное удовлетворение, избавившись от напоминаний об изменнике.
Во-вторых, Оля подала заявление о краже бабушкиной броши. Сначала над ней даже неуместно подшучивали в отделении, мол, ну что же вы на мужа пишете, гражданка? А потом внезапно появилась заступница.
— Семёнов, ты заявление принимай давай, а не болтай без толку, — бойко произнесла крупная женщина в форме старшего лейтенанта, выходя навстречу Оле. — Это Оля, золотой человек. Всей семьёй у неё мясо берём уже несколько лет. Если говорит, что муж украл, то будем разбираться, и точка.
Ольга оставила бумагу, сердечно поблагодарила внезапно обнаружившуюся покупательницу и поспешила домой. В голове проносились годы супружеской жизни: вроде бы крепкий брак, радостные моменты вместе, голубые пронзительные глаза Алексея. Ольга остановилась и отмахнулась от собственных воспоминаний, как от надоедливых насекомых. Она сделала выбор и больше не позволит мужу тихо унижать себя.
В сумке послышался стрёкот телефонного звонка. Номер звонившего Ольга видела впервые, но подумала, что это кто-то из покупателей или поставщиков мяса.
— Да, слушаю, — прижала она трубку к уху.
Голос в ответ спросил:
— Ольга Сергеевна, это вы?
Женщина нахмурилась:
— Да. С кем я разговариваю?
Собеседница представилась:
— Меня зовут Анастасия.
И вдруг голос её дрогнул. Она стала всхлипывать, сдерживая слёзы, шмыгать носом, но продолжала сбивчиво, перескакивая с одного факта на другой:
— Я диспетчер на работе вашего супруга Алексея и звоню, чтобы сказать: муж вам изменяет уже давно, и простите меня.
Ольга молчала, давая возможность Насте выговориться.
— Мы с ним сдружились, — продолжила девушка. — Лёша все свои шашни мне рассказывал, хвастался, а теперь он улетел куда-то с любовницей отдыхать, а мне поручил прикрывать себя.
Ольга спокойно спросила:
— Но почему вы решили его сдать, раз так дружны?
Анастасия снова почти сорвалась на плач:
— Мне самой муж изменил. Сегодня ночью узнала и поняла, насколько это отвратительно и ужасно. Простите меня, если сможете. Не хочу больше прикрывать чужое враньё. И так поплатилась.
Ольга поблагодарила девушку:
— Спасибо. Вы поступили по совести. Всё будет хорошо у всех нас.
Анастасия ещё раз всхлипнула, скомканно попрощалась и отключилась. Оля смотрела на экран, и уголки её губ поползли вверх в горькой усмешке. Никакой любви, никакой жалости, никакой болезненной привязанности и остатков признательности в миг не осталось к человеку, с которым она прожила столько лет. Ведь он давно её предал, как выяснилось. Не дав себе снова окунуться в осознание фактов многочисленных измен, Ольга поспешила домой. Выходной заканчивался, а дел ещё было много. Благодаря Екатерине она узнала, когда из города, где по предположениям отдыхал муж с любовницей, в указанную дату вылетает обратный самолёт. Выходило так, что возвращаться из аэропорта парочка будет около семи утра. Идеальное время для рокового звонка. Оба, Лёша и его пассия, будут уставшими и нервными после ночного перелёта.
Алексей был сердит и крутил в пальцах смартфон, пока они летели с Викой домой. Накануне они потратили почти все его оставшиеся деньги на походы по магазинам. Пришлось даже лезть за кредиткой. Девушка сияла, примеряя обновки перед зеркалом и нахваливая любовника, а сам он нервничал. Когда Вика закончила примерку и ушла в душ, Алексей полез в знакомое приложение в надежде поправить собственный бюджет, но в торопях и на нервах сделал неверный выбор и лишился тех крох, с которых планировал заработать. Паника ласково прошлась по спине мурашками. Денег не осталось даже на такси из аэропорта. В отчаянии он дёрнул средства с кредитки, закинул на счёт в приложении и снова спустил всё в ноль. Выругавшись матом, мужчина швырнул телефон на кровать и сжал руками виски. Дома его не ждёт зарплата и отпускные — ведь отпуск он взял за свой счёт. Придётся занимать у жены. Она начнёт докучать вопросами, куда всё потрачено. Предстоит врать, как и много раз до этого.
— Лёш, закажи мне кофе, я не выспалась, — капризно произнесла Вика, потирая глаза.
Мужчина отозвался:
— Солнышко, давай в аэропорту купим. Здесь он ужасный, горелый и маленький.
Выругавшись матом про себя, он понимал, что за кофе вне включённого питания на борту придётся платить. Вика обиженно сморщила нос, но возражать не стала. Капитан сообщил о снижении и скором прибытии в пункт назначения. Как только пассажиры получили свой багаж и вышли в зону прибытия, Вика-таки потребовала свой кофе. Лёше пришлось, стиснув зубы, снова рассчитаться кредитной картой. А потом заказывать такси. Когда подъехал автомобиль, Вику не устроил класс машины.
— Почему мы едем не на бизнесе или комфорте? — спросила она, сложив руки, пока Алексей самостоятельно укладывал в багажник чемоданы.
Мужчина ответил:
— Свободных машин не было.
Чтобы сгладить недовольство подруге, он открыл перед ней дверь такси. Сидя в салоне, Вика продолжала тихо ворчать. Машина встала в утреннюю пробку по пути в центр города.
— Почему стоит? Мы платим, чтобы ехать, — возмутилась девушка.
Водитель вяло отозвался:
— Час пик, все на работу торопятся.
Вика закатила глаза и раздражённо цокнула. Телефон, который она держала в руках, завибрировал.
— Это ещё кто? — недовольно скользнула она взглядом по экрану.
Когда она ответила, в трубке заговорила женщина без приветствий:
— Алло, Виктория, вы меня не знаете, и я вас тоже. Но это про моего мужа, он, наверное, ещё рядом.
Вика усмехнулась:
— А это вы, та, что жарит вонючую капусту. И что же такого интересного вы хотите мне сказать?
Алексей рядом странно уставился на неё, округлив глаза. Женщина в трубке продолжила очень спокойным тоном:
— Не знаю, что он вам наплёл, но мой муж самый обычный водитель в онлайн-магазине. Ему сорок шесть лет. Его иномарка, на которой он вас наверняка катал, куплена в кредит. До сих пор открытый, прошу заметить. У Алексея нет ничего, кроме огромного самомнения, нарциссизма и обширного шлейфа любовниц. Нет ни денег, ни прочих активов. Я подаю с ним на развод. Забирайте, если хотите, но имейте в виду, что он ещё и вор. Не исключено, что и вас через пару лет променяет на кого-то помоложе и покрасивее, перед этим обчистив.
Вика ткнула на кнопку отмены вызова и гневно уставилась на любовника рядом.
— Я разберусь, что делать, — произнесла она.
Алексей едва открыл рот, как по щеке ему прилетела смачная оплеуха.
— Ты мне наврал, — зашипела она. — Ты старый нищий водитель.
Мужчина, прикрывая горевшую щёку, замялся:
— Я это временно.
Выругавшись матом про себя, он пытался оправдаться, но девушка посмотрела на него так ненавидяще, что Лёша стушевался и поспешно выскочил из притормозившей машины.
— Остановите машину, — сердито попросила Вика таксиста. — Нет, ты пойдёшь пешком. Это ты пойдёшь пешком. Выметайся.
Когда Алексей забрал свой чемодан из багажника, осознавая, что каким-то образом крупно сел в лужу, он проводил машину престижным взглядом и стал ждать автобус. Втиснуться туда, да ещё и с чемоданом, оказалось делом весьма непростым в утренней давке и суете. В итоге домой мужчина добрался только через полтора часа. Уставший, помятый и злой. Он поднялся на свой этаж и вставил ключ в замок. Нажал раз, второй. Ключ не поворачивался и лишь скрежетал в отверстии.
— Да что за фигня? — вырвалось у Алексея, и он забарабанил по двери. — Эй, есть кто дома? Откройте.
Вместо ответа с двери сорвалась приклеенная записка, которую раздражённый уставший Алексей не заметил поначалу. В ней значилось: твои вещи в гараже, даже не пытайся попасть внутрь. Замки поменяны. Заявление на развод уже подано. Отныне ты живёшь по прописке в старой квартире у мамы. Встретимся в суде. Мужчина ошеломлённо таращился на лист и не верил своим глазам. Ещё вчера он чувствовал себя всемогущим, с деньгами, с красивой женщиной, сидящим в шезлонге на берегу тёплого моря, а сейчас оказался полным аутсайдером. Гадая, как супруга всё узнала, да ещё и раздобыла телефон любовницы, очевидно, уже бывшей. Алексей поплёлся в гараж, открыл дверь и втайне снова опасаясь, что ключ не подойдёт, но всё обошлось. Внутри мужчина нашёл большие пакеты со всеми своими вещами вперемешку, а ещё обнаружил пустой бензобак в машине, когда погрузил в багажник большую часть поклажи и сел за руль. В сердцах хлопнув водительской дверью, Алексей взял из-за угла гаража канистру и уже намеревался идти пешком до заправки, как столкнулся возле гаража с сотрудником полиции. Тот остановил его, представился и потребовал документы для проверки.
— А что случилось? Я очень тороплюсь, — нервно спросил Алексей, постукивая канистрой об колено.
Полицейский равнодушно ответил:
— Боюсь, что вам придётся отложить свои дела.
Он не спеша возвращал мужчине паспорт.
— Заявление на вас имеется, — добавил он. — Пройдёмте для дачи показаний в отделение.
Алексей вылупился на него, как на привидение.
— Чего? — вырвалось у него. — Какое ещё заявление?
Человек в форме строго ответил:
— Самое обыкновенное. Пройдёмте добровольно, не вынуждайте вас задерживать.
Алексей сглотнул. Этого ещё сейчас не хватало.
— Можно хотя бы вещи взять и гараж запереть? — спросил он, вжав голову в плечи.
Полицейский милостиво разрешил:
— Можно. Только быстро.
Лёша медленно вернулся к машине, лихорадочно соображая, как быть. И голова не подкинула ему ничего, кроме идеи откупиться от блюстителя правопорядка. Руки сами полезли в знакомое приложение. Алексей знал, что на кредитке ещё есть немного средств, которые можно пустить в дело, но внезапно его аккаунт не открывался. Обновление страницы ничего не меняло. Лишь на экране висела плашка с сухим оповещением. Поняв, что поход в отделение неизбежен, Алексей мрачно взглянул на своё отражение в стекле машины. Его ждал долгий, утомительный и крайне нервный день.
Полгода спустя. В маленькой швейной мастерской открылась дверь, и внутрь проник свежий зимний воздух. Ветерок скользнул по стойке с тканями и заколыхал вертикальные жалюзи на окне.
— Мама, мы взяли первое место, — воскликнула радостная Соня и бросилась к родительнице на шею с объятиями. — Наши костюмы судьи тоже отметили. Сказали, что они идеально вписались в тон и настроение номера.
Ольга крепко обняла её в ответ:
— Поздравляю, дочка.
Соня любопытно покосилась на яркую блестящую ткань под лапкой машинки:
— Ой, а что ты такое красивое опять шьёшь? Позавчера же ничего не было.
Ольга кивнула на стол для раскройки:
— Детская школа танцев, где занимается дочка Екатерины, заказала несколько нарядов для выступлений. Она так меня разрекламировала, что боюсь не успеть в срок. Там столько ручной вышивки.
Соня успокоила маму:
— Я помогу, не переживай. К папе заскочу только и вечером приеду.
Ольга ткнула кнопку на электрочайнике рядом:
— Как у него дела?
Девушка махнула рукой:
— Ой, старается не раскисать. Куплю ему что-нибудь сладкого и вредного, а то бабушка помешана на здоровом питании. Так папа жалуется, что смотреть не может на эти постные супчики и парные кабачковые котлеты.
Ольга тихо хихикнула, вспоминая, как Алексей хаял её собственную вполне стандартную стряпню. Бывшего мужа ей было совершенно не жалко, но что-то вроде лёгкого сочувствия в его адрес иногда проскальзывало. Лёше пришлось познать последствия своих поступков. Он так и не понял, как прокололся перед женой, а потому все оправдания выглядели глупо и абсурдно. Ольга его даже не слушала, хотя тот названивал крайне настойчиво в первый месяц. Но когда понял, что развод не шутка, смирился. Хотя куда больше проблем мужчине доставила полиция. Они сумели доказать вину Алексея, изъяв видеозаписи из ближайших к квартире потерпевшей ломбардов. На одной обвиняемый и обнаружился с пропавшим украшением. Чтобы на него не заводили уголовное дело о краже, пришлось Лёше, стиснув зубы, брать новый кредит, выкупать брошь обратно и возвращать её бывшей жене.
Обилие долгов и жизнь с престарелой мамой в сорок шесть лет — это не единственное, что свалилось на голову неудачливого ловеласа. На Алексея стали странно смотреть на работе, шептаться за спиной, а в итоге вообще попросили на выход. Раздосадованный мужчина долго мыкался по собеседованиям и подработкам. При разводе Лёше досталась только машина. Гараж и квартира, где они проживали с Олей, перешли ей от родителей по дарственной и разделу не подлежали. Машину-то Лёше и пришлось продавать, чтобы как-то выкарабкиваться из долгов. В итоге он остался без транспорта, без комфортного жилья, без денег и без семьи. А ещё удача в случайных заработках напрочь отвернулась от мужчины. Сколько бы он ни пытался поправить свои дела привычным методом, но лишь спускал всё в ноль.
В тайне Алексей надеялся, что хотя бы Вика позлится и вернётся, но от любовницы след простыл с того утра в аэропорту. Её-то интересовали деньги, а не личность спутника. Страшно устав от издевательств судьбы, Лёша кое-как устроился продавцом в обувной магазин, да там и осел.
— Папе купи, а сама не ешь эту ерунду, — поморщилась Оля. — На вот, зайди, пообедай. За углом хорошее бистро. Мы с Екатериной всегда туда ходим.
Она сунула дочке в руку несколько купюр. Соня заулыбалась, ещё раз обняла маму и вышла, по пути столкнувшись с Екатериной в дверях.
— Ой, красотка какая растёт, вся в тебя, — сказала бывшая стюардесса, снимая пальто у вешалки. — А моей уже мальчишки в школе цветы дарят. Одиннадцать лет. Ну куда? Дети растут как грибы быстро.
Ольга налила чай в две кружки:
— Оглянуться не успеешь, а дочка уже замужем и своих нянчит.
Екатерина округлила глаза и приняла переданную кружку:
— Так, у нас ещё два заказа, Оль. Дизайн мы с родителями уже обговорили. Осталось мерки снять и ткани с декором подобрать.
Ольга взглянула на зарисовки и наброски в блокноте подруги:
— Это сложная модель, будет дороже обычного стоить. Заказчики согласны?
Екатерина вытащила из внутреннего кармана пиджака крупные купюры:
— Да, уже аванс внесли.
Ольга удовлетворённо сложила руки:
— Хорошо.
Руководить собственным, пусть и маленьким ателье, ей нравилось куда больше, чем ковыряться в мясе. Они с Екатериной трудились всего два месяца, но заказы сыпались один за другим, дела набирали обороты. Ольга долго подыскивала покупателя на свою долю в магазине, а подруга была вынуждена отработать до середины осени по контракту с авиакомпанией. Но всё это ушло в прошлое. Теперь они с головой погружались в любимое занятие, отдаваясь ему полностью. И пусть иногда приходилось задерживаться допоздна, перекраивать планы на ходу или менять идеи в последний момент, но от этого только рос энтузиазм, а усталость отступала на второй план.
— Я составила список, что докупить из фурнитуры и декора, — Ольга передала подруге лист. — Сейчас съезжу.
Екатерина окинула взглядом пустую чайную полку:
— Может, это на обратной дороге чего взять, а то сидим, один чай хлебаем.
Оля обернулась и вдруг рассмеялась: — Помнишь те пирожные из кондитерской неподалёку, которые на капустный кочан похожи? Екатерина поправила её: — Это розочка, а не капуста. Со сливовой начинкой, такой ароматной. Оля подтвердила: — Ага, и вафельные трубочки с варёной сгущёнкой, густой и сладкой. А то, правда, Соня вечером придёт помогать, а мне и угостить ребёнка нечем, она любит такие лакомства после тренировок.
Екатерина понимающее подмигнула, быстро допила чай и упорхнула по поручениям. Ольга проводила её и вновь села за швейную машинку. Задач впереди хватало, но женщину это ничуть не тяготило. Ведь когда всё в жизни встало на места, а рядом верные люди, готовые поддержать в любой миг, тепло на душе разливается само собой, даже в самый лютый мороз.