- Ты можешь уйти? - повторил Макс.
Матвей не мог уйти. У него невольно закружилась голова. Он долго стоял над бездной, желая сбросить его вниз, прямо в ад, а сейчас пытается сделать шаг к примирению. Хочет их оставить. Катя хотела провести не один день, а всю неделю, почему она передумала? Дочка сдалась? Поняла, что это ошибка?
- Скажи мне одно… Ты понимаешь, что всё это может быть талантливой актёрской игрой? - спросил он в ответ. - Ты понимаешь, что моя дочь слишком молодая, и ей можно простить...
- Я безнравственное чудовище. - перебил Макс, - Так боялся за неё. Я знал, что она… что она так же, как и я… думала только о том… что между нами… эта ужасная связь… Красивая. Невероятная балерина. - Макс говорил так тихо, что его голос сливался с шумом волн, он повернулся к Матвею, что было довольно смелым, ведь после свадьбы он старался избегать, не встречаться и не смотреть в глаза, - Красивая, волнующая, встревоженная. Она не привлекала… Я молился только об одном - хоть бы это был не синдром Адель, только не больна, что угодно, только не это. Она так часто говорила о смерти… Мало времени. У нас мало времени. Мне кажется один из нас умрёт. Мы можем расстаться, только если один из нас умрёт. Как удивительно устроена жизнь…Она сказала «Ты мой ангел-хранитель»… Это прекрасная актриса, ты можешь всегда восхищаться своей дочерью.
- Мы узнали, когда ты пришел ко мне за помощью. Катя сказала, что она сделала. Сказала, что любит и никто её не остановит. Ты сразу женился.
- Когда я увидел это, она была в тренировочном купальнике, - снова опустив глаза и спрятав лицо серьёзно сказал Макс, - Я думал, что эта черная дыра, это черное… пятно… с красным воспалённым кольцом… Это было так похоже… Я не мог…
- Ты не видел таких свежих татуировок, понимаю.
- Я часто вспоминал эту картину, это было как оскверненное… произведение искусства. Красота, умирающая красота… Такое несчастье… Я чудовище.
- Моя дочь всем доказывала, что ты хороший... Но сама, возможно, так не считала.
- Её повелительный взгляд, просьбы никого не пугать. Никому не рассказывать… Это было выше моих сил. Я пришел к тебе, не сдержав обещание. Я должен был только говорить с ней!!! Не трогать, ни в коем случае не прикасаться!
Матвей сам избегал смотреть на него, словно теперь это был не Макс, а сбитая его тяжелой машиной собака, лежащая на дороге.
- Рад, что ты это так понимаешь, – спустя несколько секунд сказал он, совладав с эмоциями, как ему показалось с искренней теплотой. – Если бы ты ко мне не пришел за помощью, это осталось бы её тайной. Моя дочь была готова скрываться от солнца и жить с тобой. Ты можешь, если готов… перестать её спасать?
- Я вас не сдам. Спасибо, что сказал, я так счастлив, что Катёнок будет жить без этой угрозы! Боже, вот это настоящее счастье! Я только хочу побыть один. Оставь меня здесь одного.
- Не делай глупостей.
- Не буду. И знаешь, нет, она не актриса. Она… птенчик, выпавший из гнезда, и не умеющий летать. Всё у неё будет хорошо. Слава Богу.
- С тобой тоже. – Тихо пожелал Матвей, поднялся и пошел к собственному апарт-отелю для счастья в прекрасном месте, где только деревья, чистый белый песок, скалы и пляж.
Прекрасный вид. Спокойная и тихая атмосфера. Красивая природа. Идеальная зона для серфинга. Крытая терраса, чтобы расслабиться и поесть. Двадцать минут от ближайшего городка.
Лизы в комнате не было. Матвей был уверен, что она всё это время была в комнате у детей.
***
Лиза сидела у подножья скалы и смотрела на солнце. Оно согревало её, и прощало. Как ей выйти? Не ожидала, что разговор мужа с Максом закончится на пляже, ведь он начинался за столиком, а на пляж она пробежала незаметно. Чтобы никто не услышал её звонка.
Лиза сомневалась всё отчаянней. «Закрывает глаза, она закрывает ему глаза. Всегда. Чтобы он не видел её. Не видел, кто с ним».
Катя сама сказала, что Эмиль достал её просьбами встречи с его мамой – психоаналитиком. Смеялась над попытками её превратить в жертву, а ведь она охотница.
«Я доказала, что охотница. Я – Мирта. Великая и ужасная».
Что на самом деле было на этих сеансах узнать невозможно.
У Лизы участилось сердцебиение.
Бесконечная спираль. Винтовая лестница вниз.
- Мама… – шепчет Лиза, - Ты меня слышишь? Мамочка, это Лиза. Катя ни в чем не виновата. Это его бывшая жена, она настоящая актриса. Ангел. Ангелина с самого начала манипулировала нами и показала моей дочери то, что она не должна была видеть. Эмиль сказал, что Катя смотрит старые записи и плачет. Прости её, мама… Он твой. Пусть он будет только твоим. Когда он умрёт вы будете вместе, только не зови его к себе, всему своё время.
Катя делилась с Лизой своими чувствами. Она искренне убеждала, что если в паре есть любовь, взаимное уважение, доверие, поддержка, забота - неважна разница в возрасте. Она смотрела такими ясными и доверчивыми глазами, с такой любовью. Великая актриса? Талант? Талант закрывать ему глаза? Подмена? … Или это больше похоже на милосердие? На уход за больным человеком?
Представить, что она увидит перед собой Макса Лиза никак не могла.
Но он встал перед ней. В этот миг Лиза осознала, что этот человек красив, такой красотой, какую она никогда раньше не видела.
- Я почувствовал, что ты рядом. И нашел.
Лиза отвернулась.
– Сегодня меня не будет. Обещаю. – Макс улыбнулся. – Найдется причина, почему я оставлю Катю и детей здесь с вами.
Она ему ничего не ответила. Использовать голос с ним нельзя. Даже если это искаженный голос, или шепот.
- Это жестоко. Не могла сказать? - спросил Макс.
Лиза покачала головой - «Не могла».
- Хотела сжить меня со света. Представляла себя палачом… С годами, я понял - когда тело объято пожаром любви нет никакого сожаленья. Оно приходит позже. Однажды ночью. Согласна?…
Лиза кивнула.
- Она превзошла тебя. Почему ждали так долго? Вы могли сказать сразу. Я жил с диким страхом за неё и молился каждую ночь, чтобы она прожила целый век. Почему вы не сказали? Она могла привыкнуть ко мне. … Мы одни, скажи, я тебя не сдам.
Лиза молчала. Почему? Катя просила не лишать её счастья. Она успокоила родителей и сказала, что иначе он никогда бы не согласился.
Лиза помнила тот разговор. Матвей приехал с Катей вместе, он узнал, что Катя сделала. Она показала фото до и после и тут же удалила. Держала у себя, чтобы успокоить родителей, если Макс выполнит свою угрозу рассказать и была во всеоружии, полностью готова к этому разговору. Лиза смотрела на замужнюю дочь, уверенную, что она всё сделала правильно.
Катя не сомневалась. Она радовалась, что попросила тату-мастера сделать ей как на фото из интернета - это было фото страшной черной точки с неровными краями. Дочь сказала, что ей всегда не нравилась эта её родинка, она ей просто не нравилась. Переодеваясь в гимнастический купальник Катя всегда думала, что хочет избавиться от неё. И после того, как поискала в интернете информацию решилась на такой шаг – найти причину почему её удалят. Это был шанс быть с любимым человеком, просить его жениться.
Если ей осталось жить десять лет при хорошем благоприятном исходе, как он подумал, пойдёт на всё и выполнит её желания. Это всего лишь десять лет. Или еще меньше. Катя не плакала, не жалела его, она была очень серьёзна. Сказала, что с ней всё хорошо и будет всё хорошо, только если её тайна останется дома, с родными людьми и её больше никто не узнает.
– Мне очень жаль, что я был со всеми вами. С твоей матерью, с тобой, с … Ангелом, я повторяю это тебе много, много раз, – тихо сказал Макс. – Но я не могу сожалеть о том, что был с Элей, у меня есть сын. С Маргариткой – у меня две любимые дочери. И они живут со мной, слава Богу. … Я думал, что могу её вернуть и тогда Катенька… оставит… Но Рита не согласилась. Ответила, что никогда ко мне не вернется. Никогда. И чтобы я больше не смел ей такое предлагать. Даже просто сделать видимость не согласилась. Я тоже думал, как и ты, что моя младшая дочь и старшая дочь любят Катю, что она хочет стать им мачехой. Я предлагал это без отношений… Так и было… какое-то время… А потом она сказала: «Нет ничего, что может меня остановить, если я захотела сделать то, что захотела». Я спросил: «Тебе неважно, как это сказывается на других?»
Макс замолчал.
– И что моя дочь ответила? – не выдержала Лиза.
Он не ответил. Развернулся и ушел.
***
«Что она ответила? Катёнок… «Извини, что заставляю тебя чувствовать себя во всём виноватым. Я никому не сделаю плохо. Я хочу успеть сделать только хорошее для других. Все это поймут. Не скоро, но поймут. Может через десять лет, может через двадцать, может через сорок… не скоро».
Еще она сказала: «Если взрослый человек делает свой выбор под влиянием момента, он будет счастлив только мгновения в постели. Вне ее… нет. Я выбрала тебя, потому что знала, что мне хорошо с тобой всегда. Я тебя люблю очень, мне хорошо с тобой всегда и везде. В этом нет твоей вины, будь со мной, пока у нас есть время жизни».
Макс вернулся в комнату, полный едва скрываемой радости.
«Эта прекрасная танцовщица и актриса будет счастлива и здорова, ей ничто не угрожает, она сможет стать мамой!»
Весь мир наполнился яркими красками, свежестью и осознанием прекрасного начала новой жизни. Всё, чего он так боялся – смены гормонального фона, визита к врачам, неутешительных прогнозов, риска во время беременности, что клетки меланоциты, которые быстро дают метастазы, остались.
Он решил, что сделает себе татуировки на руке и шее, как Матвей. И увидит её реакцию, сам никогда не признается. Подождёт, когда она сама скажет правду. Или не скажет, это совершенно ничего не изменит.
Посмотрел на сладко спящую молодую жену, тихонько взял подушку и лёг на маленьком диванчике. Макс беззвучно лег и не включал свет, даже не взял телефон, едва дышал. Но Катя пошевелилась, повернулась, раскинула руки, начала дышать глубоко и резко, а потом проснулась и села на кровати.
В тот момент, когда она вскочила, Макс притворялся спящим, но Катя не позволила ему спать на диване одетым. Подошла и погладила по лбу и волосам.
- Максим, проснись, ты почему тут? Раздевайся, ложись...
- Не хотел тебя разбудить... - прошептал он.
- Вставай, переляг на кровать, тебе совсем неудобно. Давай, снимай футболку... Я пойду налью попить...
- Кать... Я хотел сказать, что мы не уедем все вместе, я очень хочу провести время с сыном. Мы так давно не были с ним вместе, я его отец, я просто хочу уехать с ним и эту неделю мы побудем вместе...
- Это Малыш тебя попросил? - расстроилась Катя. - Как жаль... Но я тебя понимаю. Ты так давно его не видел, я понимаю. ... Хорошо, мы с девочками останемся, а вы с ним покатайтесь. Ты же скучал по нему, а он по тебе... Только не всю неделю, ладно? Мы полетим обратно вместе, да?
- Да, - сказал Макс поднимаясь, - Я принесу тебе водички. ложись.
- Я сама, уже проснулась. Сколько сейчас времени?
- Не знаю, солнце поднялось... Кать, не выходи на солнце, ладно?
- Конечно! Я буду в комнате и на веранде, в одежде. Обещаю. Когда вы уезжаете?
- Посплю пару часов, арендую машину и поедем. Прости, Катёнок, я, правда, очень хочу провести с ним хотя бы эти несколько дней. Надеюсь, согласится.
- Ладно. Он твой сын. И пусть он тебе эти смешные песенки играет. Побренчите на гитарке, он споёт, ты... станцуешь... - пошутила Катя, - Я бы хотела с вами, это весело... но неуместно.
Макс кивнул и с улыбкой посмотрел на неё.
– Да, Катюш. То, что мой сын ушел из дома, чтобы жить с тобой, означало, что его чувства к тебе были очень сильными. Меня это и сейчас беспокоило. Вы так смеялись, но я хотел бы провести с ним больше времени сам. Он целый год учился и ни разу не приезжал ко мне... К нам...
Макс приложил руку к сердцу в просящем жесте, умоляя простить его.
– Макс, прости я не хотела веселиться с ним, но он меня просто так смешил... Мама, представляешь, предложила взять его с собой, когда я сказала, что мы уезжаем. Вот такими же словами, как ты сейчас. Сказала, что он год тебя не видел... А ты с ней не говорил об этом?
- Нет, Катюш. Я с твоей мамой ни о чем не таком не говорил. Нам с сыном сложно общаться в то время, как... здесь его мать... И я подумал, что ты можешь провести время с родителями, девчонки с Дианкой и Денисом, с Никитой... А я заберу своего малыша и повезу его туда, куда он захочет, где он еще не был.
– Только не надо себя казнить. Он совершеннолетний, а значит, совсем взрослый. Объясни Малышу, что хватит вести себя, как малыш. Иначе он потеряет больше, чем думает. И пусть не строит невинное лицо.
Макс не понимал, о чем она говорит. Что может потерять его сын?
Катя тихо засмеялась.
- Ты меня будешь слушаться? Ложись на кровать и спи! Зубы почистил?
- Ты представляешь - нет. - улыбнулся он и пошел в ванную комнату.
Катя подошла и со спины обняла его.
- Скажи сыну, что не надо дарить своей девушке такие подарки. Она не оценит. В любви нужно быть серьёзным, а не клоуном с беременным мышом в руках. Помоги ему купить красивый подарок.
- Катенька... я помогу.
Растянувшись на кровати, Макс любовался Катей, которая вернулась со стаканом воды, попила и протянула ему. Её стройные сильные ноги казались фарфоровыми.
«Она может загорать, ей ничего не будет. Выйдет на солнце, будет счастлива. Я счастлив!» – Подумал он и принял стакан из её рук с благодарной улыбкой.
- А ты научился обманывать, - неожиданно сказала Катя и легла рядом на спину, уставившись в потолок. – Почему ты не сказал мне правду?
- Что, Катюш?
- Ты изменился. Ты весь светишься. А ну-ка, Максим Владимирович, отчитайтесь, где вы были и с кем разговаривали, пока я спокойно спала, - велела Катя.
- Катенька. Я так устал... Давай спать?
- Боишься, что я узнаю? Ты хотел уехать со мной, получил сообщение, сказал мне: «Спи, я скоро вернусь» и вернулся с прекрасной идеей уехать вдвоём с Малышом своим. Это кто придумал? Мой папа или моя мама? А может, это Эля решила, а ты сразу согласился?
- Ты даже не представляешь, как угадала… - ласково и неопределенно ответил он.
- Я молодая и хорошенькая, но не глупенькая. Я все о тебе знаю и чувствую перемены в твоём настроении, дорогой и любимый.
- Ты хорошенькая. И очень молоденькая. И умненькая.
- Сколько мне лет?
- Двадцать только исполнилось.
- Вот. Я давно взрослая. … А тебе?
- Кать…
- А ты как ребенок, скрываешь правду. Я знала, что тебя можно на что угодно уговорить, но почему ты так легко согласился? Сын для тебя важнее? Да?
- Для меня… все… важны, Катёнок.
- Тогда возьмём его с собой. Давай, почему нет? Ты оставишь меня на съедение тёти Эли? Она будет искать любую причину, чтобы опустить с небес на землю и будет убеждать, какая я бессовестная актриса, какая я жестокая и неблагодарная дочь... А сама до сих пор считает тебя своей собственностью. Она всех считает своей собственностью. Мы уедем вместе, ты, я и наши трое детей. Или Малыш не будет ребенком, а просто поймёт всё правильно и откажется. Я уверена, что ты ему еще даже не сказал.
Катя смеется, снова и снова его целует.
Он проливает воду, она тихо смеётся:
- На твоей половинке мокро, ты так хочешь на диван?
И вдруг её смех переходит в плач.
Она ложится, отворачивается, закрывает лицо руками и заходится в рыданиях.
- Катенька, милая, я хочу одного, - сказал Макс, преодолевая желание обнять, - Чтобы ты была счастлива. Отдохни, милая. Я сам так хочу, мне нужно побыть с сыном, я ему нужен, а он мне... Не плачь.
Он немного придвигается к своей молоденькой жене. Между ними остается всего несколько сантиметров.
Копирование, распространение, озвучка, использование всех текстовых материалов канала запрещено. ГК РФ Глава 70. Авторское право (ст. 1255 - 1302).
Обнимаю вас с теплом и поздравляю с прошедшим сказочным рождеством!
Спасибо за чтение и поддержку канала 💖.
С любовью и светом, Алиса.
Мой канал в телеграмм на всякий случай. Если будет там глава, я напишу.💌