Когда говорят «ресурсы», чаще всего представляют нефть и газ. Но в конце 2025-го в фокус попали совсем другие слова — уголь, золото, литий. Что стоит за этой связкой и почему она важна для будущего России? Подробности — в статье.
А вам интересно узнавать, какие ресурсы находят в России и как это потом влияет на экономику и цены? Напишите в комментариях и поставьте 👍
Цифра года: 251 новое месторождение
По данным ТАСС, в 2025 году в России, по предварительным оценкам, открыто 251 месторождение твердых полезных ископаемых. При этом 210 из них — месторождения россыпного золота.
Это звучит как сухая отчетность, но на практике за каждой такой точкой — долгий путь: поисковые работы, разведка, подтверждение параметров и подготовка к будущему промышленному освоению. Поэтому сама динамика важна как сигнал: минерально-сырьевая база не «застыла», а пополняется, причем сразу в нескольких направлениях.
Уголь и золото: эффект здесь и сейчас
Самая заметная динамика — в угольной части. В интервью ТАСС Министр природных ресурсов и экологии России Александр Козлов привел оценку: за 11 месяцев 2025 года прирост запасов угля составил 768,4 млн тонн, что более чем в семь раз выше уровня 2024 года (102 млн тонн).
По золоту фиксировался прирост 542 тонны — с оговоркой, что окончательные итоги будут подведены в начале 2026 года.
Почему именно уголь и золото так быстро оказываются в центре внимания?
Потому что это понятные рынки: уже есть инфраструктура, опытные компании, кадры, логистика, отработанные технологии. И когда ресурсная база расширяется, отрасль получает более широкий горизонт планирования: где развивать добычу, какие проекты ускорять, какие мощности модернизировать.
При этом важно не путать прирост запасов и немедленный рост добычи. Запасы — это про уверенность и долгую стратегию. Но экономика реагирует на такую уверенность заранее: через проектирование, закупки оборудования, развитие сервисов и подготовку площадок.
Инвестиции: где начинается реальная экономика добычи
Сырьевая база сама по себе не превращается в результат без второй части — вложений в геологоразведку и подготовку проектов. Новые месторождения — это не только геология, но и техника, инфраструктура, кадры, проектирование и последующее освоение.
По данным ТАСС, в 2025 году компании планировали нарастить активность в геологоразведке, особенно в сегменте твердых полезных ископаемых. Это означает, что отрасль работает не «на коротком дыхании», а формирует задел на годы вперед: где искать, что подтверждать, какие участки готовить к освоению.
Если бизнес вкладывается в поиск и подготовку новых объектов, значит, он видит перспективу — и это поддерживает инвестиционную привлекательность добывающего сектора и проектов переработки.
Литий: ресурс, который меняет разговор о будущем
Если уголь и золото — про устойчивость текущих рынков, то литий — про промышленность ближайших лет.
В интервью ТАСС звучал ориентир: промышленная добыча лития в России планируется до 2030 года, а основными источниками названы месторождения сподуменового сырья, включая Колмозерское и Полмостундровское в Мурманской области и Тастыгское в Республике Тыва.
Также названы ориентиры по срокам и мощностям. Ожидается запуск первой очереди горно-обогатительного комплекса на базе Колмозерского месторождения в 2028 году (переработка 600 тыс. тонн руды в год) и последующее увеличение мощностей в 2031 году до 2 млн тонн.
Отдельно названы и оценки спроса: текущее потребление литиевой продукции в России — около 1,5 тыс. тонн в пересчете на карбонат лития (LCE), а к 2030 году оно может вырасти до 6,5 тыс. тонн LCE. По словам министра, сырьевая база способна покрывать такие потребности, а при превышении внутреннего спроса возможны и экспортные поставки.
Что меняется для экономики? Литий — это не только добыча. Это длинная цепочка: обогащение, химические переделы, компоненты для промышленности, новые компетенции и технологические рабочие места. Чем больше таких звеньев развивается внутри страны, тем сильнее эффект для реального сектора — от промышленности до смежных сервисов.
Мультипликатор: кто выигрывает рядом с добычей
Рост ресурсной базы редко работает в одиночку. Он почти всегда запускает цепную реакцию для смежных отраслей.
Расширение ресурсной базы дает выраженный мультипликативный эффект: растет спрос на тяжелую технику, логистику, строительство инфраструктуры, а также на цифровые технологии для разведки и добычи.
Для регионов это особенно чувствительно. Добывающие проекты часто становятся «якорными»: под них развиваются дороги, энергетика, сервисные компании, учебные программы, подрядчики. В результате экономическая жизнь оживляется не только на предприятии, но и вокруг него — там, где появляются заказы, занятость и новые компетенции.
Итоги 2025 года выглядят как хороший сигнал: сырьевая база России пополняется, а интерес к ключевым направлениям — от традиционных до технологически перспективных — остается устойчивым. Это создает надежный фундамент для планирования и дает экономике больше возможностей для движения вперед.
Такой потенциал особенно ценен, когда он работает на долгую перспективу: открытия превращаются в реальные проекты, развивается переработка и новые переделы, растет добавленная стоимость, укрепляются технологии, делающие добычу точнее и современнее, и развивается инфраструктура, связывающая регионы, производства и рынки.
Именно так сырье становится не финальной точкой, а уверенным стартом для долгого роста — когда за ресурсом приходят рабочие места, компетенции и развитие смежных отраслей.
А если вы хотите больше узнать о том, чем Россия гордится — от традиций до новых технологий, — посетите Национальный центр «Россия».
А вы бы выбрали добычу, переработку или технологии? Оставьте комментарий и поддержите статью 👍