Сначала это звучало почти ласково. Даже заботливо. Он говорил это с таким выражением лица, будто переживал за меня больше, чем я сама.
- Ты слишком многого хочешь, — говорил он. — В жизни так не бывает.
И я верила. Потому что раньше я часто верила ему больше, чем себе.
Мне казалось, что мои ожидания действительно завышены. Что я прошу слишком много внимания. Слишком много уважения. Слишком много участия. Что нормальные люди не задают столько вопросов, не нуждаются в словах, не хотят, чтобы их слышали.
Я училась хотеть меньше.
Меньше разговоров. Меньше тепла. Меньше присутствия. Я убеждала себя, что любовь может быть молчаливой. Что если человек рядом — этого уже достаточно. Что не обязательно чувствовать себя важной, чтобы быть любимой.
Он часто говорил:
- Ну я же рядом. Что тебе ещё нужно?
И я не находила слов. Потому что то, что мне было нужно, нельзя было положить на стол и показать пальцем. Мне нужно было внимание. Интерес. Настоящее участие. Не формальное «как дела», а желание услышать ответ.
Постепенно я начала ловить себя на том, что мои желания становятся тише. Как будто я сама убавляю громкость внутри, чтобы не мешать.
Я перестала говорить, когда мне грустно. Перестала делиться, когда мне радостно. Потому что и то и другое встречалось одинаково — равнодушием.
Однажды я сказала:
- Мне важно, чтобы ты спрашивал, как я себя чувствую.
Он удивился.
- Зачем? Если бы было плохо, ты бы сказала.
Я хотела ответить, что я уже говорила. Много раз. Просто он не слушал. Но вместо этого я снова промолчала.
Перелом случился неожиданно. Мы сидели вечером дома. Он листал телефон, я рассказывала про свой день. В какой-то момент я замолчала и поняла, что он не слышит ни слова.
- Ты меня слушаешь? — спросила я.
- Угу, — сказал он, не поднимая глаз.
- А что я сказала последним?
Он поднял голову, раздражённо вздохнул.
- Опять ты проверяешь. Нельзя просто нормально общаться?
В этот момент я почувствовала не обиду. А пустоту. Чистую, холодную.
- Нормально — это когда мне не приходится доказывать, что я существую, — сказала я.
Он усмехнулся.
- Ты всё драматизируешь. Тебе всегда мало.
Вот тогда я и поняла: ему действительно мало меня. А мне — его.
После этого я начала возвращать себе желания. Осторожно. Сначала внутри. Потом вслух.
- Мне так не подходит.
- Мне неприятно, когда ты так говоришь.
- Мне важно по-другому.
Каждая такая фраза давалась с трудом. Он злился. Обесценивал. Говорил, что я стала сложной.
- Раньше ты была проще, — повторял он.
Я кивала.
- Раньше я соглашалась на меньшее.
Он не понимал. И, кажется, не хотел понимать. Ему было удобно, когда я подстраивалась. Когда я уменьшала себя, чтобы не занимать слишком много места.
Последний разговор был коротким.
- Ты постоянно чем-то недовольна, — сказал он. — С тобой тяжело.
Я посмотрела на него спокойно.
- Потому что я больше не делаю вид, что мне хватает.
Он ушёл без хлопков дверей. Без театра. Просто собрал вещи и ушёл.
А я осталась. И впервые за долгое время почувствовала, что дышу.
Иногда мне говорят, что я слишком требовательная. Что в отношениях нужно быть проще. Терпимее. Мягче.
Но я теперь знаю одну простую вещь.
Если тебе всё время говорят, что ты слишком много хочешь — значит рядом тот, кто привык давать слишком мало.
И это больше не моя проблема.