Пока шли, не прекращали разговор. Дошли, замолчали.
Михаил потоптался полминуты на месте и всё-таки предложил.
— Давай я подожду и провожу вас с Ильей. Поздновато уже и темно. Мне всё равно почти по дороге в гостиницу. Я не буду напрашиваться в гости и всё такое прочее.
— Хорошо, подожди, мы через минутку, — кивнула Наташа.
Если она изменилась, то совсем мало, просто перестала выглядеть девочкой-подростком, а в остальном всё та же.
Это удивительное открытие вызвало у него улыбку.
Михаил был уверен, что увидит в меру усталую, в меру активную независимую женщину, суховатую, без иллюзий, как все.
Никогда не разбирался в людях.
Вся командировка, как один день, он сдержал своё слово про всё такое прочее и вёл себя, как идеальный старый друг.
Хотя вдруг от него ожидали иного, а он опять сделал глупый промах. Никогда не получалось угадать. Каждый день из пяти оставшихся, после работы хотя бы не надолго встречался с Наташей, теперь уже и с Ильёй.
Поговорить, как в ресторане, больше не удавалось. Дальнейшие встречи больше напоминали шефство над командировочным, которого избавляют от одиноких, скучных вечеров в чужом городе. Но это ощущение совершенно не вызывало досады. Вечером перед отъездом навестили Наташиных родителей. Они жили всё там же, по соседству с бабушкиным домом.
Бабушкин дом был отремонтирован, свежеокрашен, на участке вместо картошки и теплицы — хвойники и сад.
Бабушке бы понравилось. Даже мастерская Ивана Николаевича приведена в свежий цивильный вид. Ничего не снесли.
Родители Наташи ему просто обрадовались, без притворства. Представил его с порога Илья.
— Вот, это мамин друг Михаил, вы должны его помнить.
— Конечно, помним этого белокожего Гринго, сказал Наташин отец и протянул ладонь для рукопожатия.
Засиделись до самой ночи. Михаил ночевал в эту ночь не в гостинице, а в доме со скрипучими половицами, в бывшей детской комнате Влада.
Размышлял ни о чём и обо всём.
Предполагал варианты будущего, то верил в себя, то казался себе смешным.
Илья взял с него обещание приехать в тёплое время года, научить его, по правилам, ловить рыбу, потому что дедушка не рыбак.
Михаил обещал.
Остальные взрослые молчали и улыбались, прекрасно зная, что это одно из обещаний, которые взрослые дают детям и никогда не выполняют.
Одному мальчику Мише мамин муж обещал — «мы тебя позже заберём».
Наверное, Наташа хочет ещё хоть на какое-то время уберечь Илью от пустых обещаний. Но отпуск на рыбалке — действительно хорошая и легко выполнимая затея, и проблемы с отпусками на время школьных каникул у него на работе нет.
Утром Наташа с Ильей поехали провожать его на поезд. Заехали вместе за его дорожной сумкой в гостиницу и отправились на вокзал.
Договорились списываться, созваниваться, не теряться.
Поезд тронулся, а Михаилу махали с перона.
— Твои? — спросил сосед по купе, — В столичную командировку?
— Из командировки, — констатировал факт Михаил.
— Вот так вот? — спросил сосед с весёлым недоумением, чуть позавидовав.
***
Михаил ничуть, ни на секунду не удивился, когда после получения премиальных бонусов и назначения директором Департамента технического развития встретил Лилю, бывшую жену.
У неё был безотказный, волшебный нюх на мужчин, пахнущих перспективой. Она трезво понимала, что уже не юна, и перспективой могла увлечься более скромной, чем в яркой юности.
Столкнулись в центре случайно. Михаил вежливо согласился попить где-нибудь кофе.
Выслушал, как было тяжело вначале, но она неплохой стоматолог, и поэтому справилась.
Не понял, что должен был на это ответить, наверное, пожалеть, что потерял хорошего стоматолога, но она увлечённо болтала дальше.
— Я же в Питер ездила к подружке. Представляешь, Наташу встретила там Воробьёву, твою детскую симпатию. Она, конечно, значительно поблекла, но на общем фоне своего круга вполне даже ничего.
Столкнулись в торговом центре. Она с дочкой была, искали платье на новогодний концерт в музыкальной школе. Дочь почти взрослая, красотка, концерт последний, крупный, перед выпускным. Иногда жалею, что нет детей, когда вижу такую идиллию. Хотя, как подумаю, сколько за ней стоит. Кроме того, в нашей культуре одинокая женщина с ребёнком до сих пор воспринимается как неудачница.
Нет, это первобытная дикость, конечно, но это так. А с двумя детьми и вообще можно забыть, что ты женщина.
— Ты женского пола только по паспорту, но не для мужчин. А если встречается исключение, то это сразу „не мать“. В общем, всё это слишком сложно.
Лиля продолжала болтать, у неё был очень красивый, убаюкивающий голос, обманчиво обещающий «домашний уют».
— У неё джинсы пятилетней давности, двое детей от разных мужчин, и уверенность в собственной неотразимости.
Позавидовать можно такой самооценке.
— Лучше заткнись...
Михаил встал и ушёл.
Лиля не успела и слова сказать.
Глядя на бывшего мужа, она немного жалела о торопливом разводе. Надёжных и удобных мужей не так уж много. Она долго откладывала рождение ребёнка, а скоро будет поздно, большие риски.
***
Месяц прошёл после возвращения Михаила в Москву. Он жил вроде бы так же, но уже не так. Сначала раз в неделю, а вскоре уже почти каждый вечер делал звонок своим друзьям в родной город.
Они ждали, выходные в хорошую погоду выходили на связь из какого-нибудь красивого загородного местечка, которое Илья хотел показать ему. Парень любил природу не меньше, чем его мама.
Никаких — "старая любовь не ржавеет", просто нормальные человеческие разговоры. Шутливо погоняли зиму, строили планы на лето.
Илья летом всерьёз его ждал, поэтому под рыбалку уже был официально забронирован августовский отпуск.
Михаил никуда не спешил, боялся спугнуть что-то хорошее, что нельзя торопить. Он опять где-то ошибся. Сколько ни надейся на полное доверие, оно всё равно дозированно.
Зачем было скрывать старшего ребенка? Что до сих пор кому-то нужны трофеи, вроде его отчима, которые скажут «бросай этого пробного неудачного ребёнка, заведём нового».
Первой мыслью было снова закрыться и продолжить жить так, как жил до этой командировки.
Помешал Илья. Прислал фотки спиннингов и блёсен, спрашивал, как их выбирать.
Михаил позвонил Наташе.
Возразить на Наташины доводы было нечего.
— Тебе не кажется, что мы достаточно побыли жертвами домыслов роковых женщин этого рода? — рассмеялась она. Это же какие-то коварные шамаханские царицы. Спасибо, хоть сейчас не растворился молча.
Наташа всегда немножко чувствовала себя виноватой перед братом. Ей казалось, что она опасается близких серьезных отношений из-за неё.
Она умудрилась с детства показать ему, как здорово отношения осложняют жизнь.
Конечно, Влад с Максимом никогда не избегали общения с девушками, но ей было действительно неинтересно ничего знать об их коротких приключениях.
Брат женился на её сменщице Наде за год до рождения Ильи, а ещё через два года родились их близнецы, Толя и Тома.
Наташа напоминала, что предупреждала, Надя хихикала, что была к этому готова. Надя оказалась классической, заботливой мамой, в том числе и для самого Влада.
Ему оставалось только зарабатывать и ни о чём не думать. Несмотря на склонность к авантюрам, которая была неистребима в нём, как врождённая безграмотность, жену Влад по достоинству ценил и огорчать был не намерен.
Поэтому в один прекрасный день он приехал к Наташе в их родной город растерянным и беспомощным. Молча позволил довести себя до детского сада, встретить Илью, рассеянно поиграл с ним, а когда ребёнка наконец-то уложили спать, спросил сестру.
— Помнишь, как мы в Адлер с Максом ездили?
— Что я могу помнить, если вы без меня ездили, только сам факт вашей поездки 10 лет назад?
— У меня ребенок там родился. Дочка. Действительно моя. Можно выпендриться и сделать анализ ДНК, но по факту не нужно никаких анализов. Вылитая я и ты в детстве. Наши дети все на нас похожи. Сильная кровь.
Её мама с ней три года назад в Москву перебралась. По работе переехала, взяла с собой дочку и бабушку.
А две недели назад на машине разбилась.
Марина, врач, ехала после ночного дежурства, задремала за рулём. Меня бабушка нашла, её мать. Разбирала документы и обнаружила наши летние фотки, мой адрес, телефон. В мобильном я до сих пор был записан.
Наде, если когда-нибудь расскажу, но не сейчас. Скорее всего, вообще не расскажу.
Хоть это было и до неё, приятно ей не будет. От меня и так проблем достаточно. Деньгами ребёнку помог, конечно, да и ещё буду давать понемногу, когда и сколько смогу. Я был уверен, что бабушка искала меня именно за этим, а она говорит, просто боится, что ребёнок останется один, родни у них больше нет. Но я совершенно чужой для девчонки, и ни времени, ни желания нет что-то менять.
А мать её, получается, меня даже любила. Я рассказывал про сестру Наташу, а она дочку Наташей назвала. Я бы и вообще не узнала о ней, если бы Марина не погибла.
— Я сейчас квартальный отчёт издам и поеду навещу тёзку. Мгновенно решила Наташа. Тётя же тоже близкая родня.
— Тебе совсем не обязательно это делать.
Я не за этим тебе рассказал, просто больше некому.
— Я просто сама хочу. Это естественное желание, а не для приличия. У меня нашлась ещё одна племянница, у Ильи ещё одна сестра. Не волнуйся, я не скажу Наде, если ты сам не решишь рассказать.
В первую встречу Наташа-младшая отнеслась к тёте настороженно, но вскоре они уже были подругами.
Наверное, помогла и бабушка Ира. Внешнее сходство девочек казалось ей добрым знаком, и она прониклась симпатией к новой родственнице.
— Если бы не роковая Лиля, ты бы узнал о моей племянницы всего лишь чуть позже, летом, объявила Наташа Михаилу. Она тоже собирается к нам в гости вместе с бабушкой. Когда они приезжают, останавливаются у наших с Владом родителей.
Бабушка Ира с ними дружит. Кстати, Надя давно уже знает о Наташе младшей, но, конечно, не от меня. А Влад думает, что она до сих пор в неведенье. Она говорит, пусть так и думает, не хочет ставить его в не удобное положение.
— Вот такие у нас тайны мадридского двора.
Накануне отъезда в отпуск к Михаилу заехала мама. Продолжая жить на другом конце страны, она редко баловала визитами.
Приезжала только тогда, когда у мужа, а потом у младшего сына появлялись дела в европейской части. Несколько лет назад Михаил познакомился со сводным братом. Николай оказался спокойным, даже флегматичным парнем, очень немногословным.
— Он просто немного стесняется, — пояснила наедине мама. Ему кажется, ты должен питать к нему неприязнь.
— Передай, что я ничего к нему не питаю, — успокоил Михаил. Мне было бы интересно ещё пообщаться, если и ему это тоже интересно.
— У меня оба сына хорошие, — произнесла мама, и в голосе её звучало удивление.
— Бывает, у хороших матерей вырастают не приятные люди, а мне незаслуженно повезло. Любовь и везение вообще достаются недостойным, а просто так, кому попало.
— Вот я же по любви вышла за Артёма и много лет его любила, хотя он этого совершенно не заслуживал. Поставил условие, чтобы я оставила тебя матери. Хорошая женщина бы его сразу бросила, а я послушалась. Значит, мы с ним два сапога пара.
— Меня действительно удивляет, что ты меня простил. Спасибо тебе, Миша.
На такие разговоры Михаил ничего не отвечал.
Ей этого не требовалось, просто гладил её тихонько по плечу. Сейчас мама удивилась, куда Михаил собирается в отпуск. Ты вполне можешь себе позволить отдохнуть в приличном месте, или я чего-то не знаю. Даже рыбалку можно найти цивильную где-нибудь с яхты в тёплом море. Наших стариков давно уже нет. К кому там ехать? Не мое дело, просто интересно.
С моей платежеспособностью всё уже более-менее в порядке, мам.
— Поеду я на море, только хочу с большой компанией. Как раз задумал в следующем году. Всё уладим и махнем.
— Если вы с Николаем присоединитесь, буду рад, так что подумайте. А сейчас еду в гости к Наташе Воробьёвой и её сыну. По обоим соскучился. Надеюсь, когда-нибудь назвать их своей семьёй.
И Михаил не обманулся в своих ожиданиях.
Вскоре они с Наташей поженились, и никакие злые языки не могли больше помешать их счастью.