- Да понимаешь ли ты, что у мужа нашей дочери, как минимум, должны быть приличные родители, с уважаемой профессией. Мы с твоим отцом за голову схватились, когда ты заявила, что не против выйти замуж за сироту, лишь бы только он был хорошим человеком и любил тебя. Я уж подумала, что ты сериалов пересмотрела. Слава богу, ты сказала, что пошутила, - бушевала пожилая женщина лет шестидесяти пяти, отчитывая дочь на чём свет стоит.
- Ну конечно, мам, я пошутила, - тихо ответила скромная девушка, потупив взгляд.
- Ещё бы тебе не пошутить, - проворчал мужчина из угла комнаты. - А то б ремня у меня отведала, несмотря на свои двадцать два, - вмешался в разговор старик лет семидесяти, развалившись в шикарном кресле-качалке.
Пётр Анисимович не приходился девушке родным отцом: её отец умер пятнадцать лет назад. Но старик считал своим долгом принимать участие в воспитании падчерицы и по привычке называл её пигалицей.
Он любил повторять, что иначе та совсем от рук отобьётся.
- Правильно Петя говорит, - подхватила женщина, Василиса Антоновна. - У таких сироток, да и им подобных личностей, одно лишь на уме: как бы побыстрее закрутить богатую, но глупую девицу, чтобы потом праздно жить на её шее, да ещё ножки свесив. Об одном только жалею: что отпустила тебя учиться на преподавателя. На кой тебе эта неблагодарная и, главное, малооплачиваемая профессия? Лучше бы помогала нам с Петей на ферме.
- Ну, у Станислава, к счастью, с родителями всё в порядке, - бодро ответила дочь, густо покраснев. - Мама у него заведующая отделением в больнице, а папа мастер на заводе.
Услышав про профессию матери жениха, Василиса Антоновна заметно смягчилась. Она прекрасно знала, что такая должность сулит неплохие заработки.
- Вот только приехать они, к сожалению, не смогут, - поспешила добавить Анна. - Очень заняты и живут на Дальнем Востоке. Только на свадьбу приедут.
- Ну на свадьбу так на свадьбу, - пробормотала женщина, опускаясь на диван рядом с мужем. - Заодно будущая родственница посмотрит, что это у меня с организмом: то колет, то режет...
Супруги были готовы к приезду Станислава: сегодня он должен был явиться знакомиться с семьёй невесты. Анна же, понимая, что, возможно, уже натворила непоправимое, едва сдерживая слёзы досады, предупредила родных, что пойдёт встретить жениха на остановке, чтобы тот ни шагом не проехал их дом.
Станислав тем временем неспешно ехал по шоссе на довольно дорогой машине. На заднем сиденье лежали два шикарных букета: один для невесты, другой для будущей тёщи. Машина катилось по направлению к пригородной деревне, где жила Анна с родителями.
Парня не покидало странное чувство: пожалуй, впервые в жизни ему предстояло нагло врать. Он должен был изображать обеспеченного молодого человека, у которого и машина своя есть, и квартира. Хотя ни того, ни другого в собственности у него не имелось.
Сказать обратное попросила невеста. Несколько дней назад Анна призналась, что её родители очень строгие, зажиточные фермеры и никогда не примут в семью бедного парня вроде него.
Вот и пришлось Стасу одолжить машину у приятеля, а вместо гнилого барака-квартиры, которую государство выделило ему как выпускнику детского дома, мысленно переселиться в воображаемые трёхкомнатные апартаменты улучшенной планировки.
От просьбы невесты Стас сперва едва не лишился дара речи, но всё же согласился. Жить-то ему предстояло с Анной, а не с её родителями. Тем более после свадьбы Анна предложила объявить, что они уезжают в столицу: мол, им там предложили хорошую работу. На деле же молодые собирались остаться в одном из соседних городов, где и познакомились полтора года назад на общем студенческом мероприятии нескольких вузов.
Тогда, на том вечере, рыжеволосая девушка с задорными, живыми глазами сразу запала Стасу в душу. Впервые за долгое время он словно очнулся от бесконечной зубрёжки и почувствовал себя человеком, а не ходячей энциклопедией.
Жизнь у него складывалась тяжело. Ему ещё не исполнилось и пяти лет, когда в автокатастрофе погибли родители. Других близких, готовых взять мальчика на воспитание, не нашлось. Строгие тётеньки с казёнными лицами отправили его в детский дом.
К счастью, Стас вышел оттуда достойным человеком: благодаря своему уму сумел поступить в медицинский вуз и уже подходил к его завершению. Он мечтал только об одном: спасать людей, чтобы их родным никогда не пришлось пережить того горя, что выпало на его долю.
По иронии судьбы его родители погибли не только из-за аварии, но и из-за некомпетентности сельского врача из амбулатории неподалёку от места трагедии. Тот не сумел поддерживать их жизнь до приезда скорой помощи. Об этом Стас узнал много лет спустя, титаническими усилиями подняв документы об их гибели.
С тех пор будущий доктор почти не видел в своей жизни ничего, кроме книг.
Анна словно заново вернула его к жизни, чудесным образом вдохнув в него стремление к собственному счастью. С первого взгляда они влюбились друг в друга. Казалось, ничто уже не могло помешать их счастью.
Но родители Анны, люди в почтенном возрасте, слишком дорожили единственной дочерью и желали ей только самой лучшей партии. Услышав от неё, что бедность не порок, они едва голову ей не оторвали.
Вот и пришлось бедняжке выкручиваться. Она выдумала жениху и деньги, и статус: уверяла родителей, что Стас работает в частном медицинском центре, имеет солидный заработок, жильё и автомобиль.
Станислава, конечно, огорчало, что знакомство с будущими родственниками начнётся со сплошной лжи. Но во имя любви, как он рассуждал, не на то ещё идут.
Размышляя об этом, Стас почти доехал до деревни, как вдруг увидел на остановке отчаянно машущую ему Анну.
Через минуту запыхавшаяся девушка уже вскочила в остановившуюся машину. Рыдая, она бросилась в объятия жениха и на одном дыхании выпалила, что совсем запуталась во лжи. Оказалось, она успела сообщить родителям, что у Стаса не только богатство, но и замечательные родители: мама, заведующая тем самым отделением, где он работает, и отец, её супруг.
На этот раз молодой человек едва не лишился чувств окончательно.
Полчаса они сидели в машине у обочины, взвешивая все за и против. Затем Стас снова завёл мотор, поцеловал невесту и твёрдо сказал, что попробует всё уладить. Он отправился знакомиться с её родителями, уже прикидывая, кого можно попросить сыграть роль его матери.
Прошёл месяц.
В больнице скорой помощи, в одном из её отделений, только что завершилась очередная тяжелейшая операция. Целых восемь часов два хирурга провели в операционной, буквально вытягивая старика с того света. Без их помощи у него не было никаких шансов выжить.
Уставшая, но счастливая, Мария Ивановна, заведующая отделением гнойной хирургии, сидела в удобном кресле ординаторской. Сколько пациентов прошло за долгие годы через её добрые и в то же время профессиональные руки, было уже не сосчитать.
К каждому она относилась одинаково. Ей не имело значения, кто перед ней: богач или бедняк, интеллигент или простой рабочий. Даже у бездомного человека в её отделении была уверенность: тут ему окажут помощь не хуже, чем какому-нибудь барину.
Немало зажиточных людей она поставила на ноги. Многие из них пытались отблагодарить врача. К их величайшему удивлению, Мария Ивановна не брала ни подарков, ни денег.
На любые намёки она отвечала одно и то же:
- Я просто выполняю свой долг, а за работу мне платит государство. Видимо, из ваших же налогов.
За такую принципиальность по больнице за ней закрепилась слава слегка чокнутой. Между тем, благодаря своему таланту, она, пожалуй, уже давно могла бы купить себе шикарный дом, дорогую машину и каждый год отдыхать на фешенебельных курортах.
Но вместо этого Маша жила с мужем Леонидом в крошечной квартире, доставшейся тому в наследство от бабушки. На работу ездила на автобусе, а отдыхала разве что летом на даче.
Зато женщина жила спокойно и не вздрагивала от каждого шороха, воображая, что за ней пришли и через минуту на её запястьях защёлкнутся наручники, как это произошло недавно с их главным врачом, угодившим за решётку на восемь лет.
С удовлетворением вспоминая прошедшую операцию, Мария Ивановна наконец оторвалась от своих дум и посмотрела на ассистента: молодого хирурга-сироту, пришедшего в отделение всего несколько месяцев назад, после окончания интернатуры.
В отличие от неё, он был явно в тяжёлом настроении. Казалось, ещё немного, и парень расплачется.
Мария Ивановна очень гордилась Станиславом. Несмотря на небольшой опыт, он оперировал на удивление хорошо, схватывал всё на лету. Настоящий талант.
За долгую карьеру ей доводилось работать с многими молодыми врачами. Среди них хватало таких, кому хоть сто раз объясни и покажи, а он всё равно стоит, хлопает ушами, и в глазах пустота да немой вопрос: "Мама, куда я попал".
Со временем Мария надеялась, что именно Стас сменит её на посту заведующей, когда наступит день, когда её рука уже не сможет столь уверенно держать скальпель. До этого было ещё далеко: ей всего сорок пять, жизнь, как говорится, только начинается. Но о будущем нужно думать заранее, чтобы не повторить ошибку молодости, о которой она до сих пор жалела.
Поднявшись с кресла, женщина медленно подошла к Стасу. Тот, словно не замечая ничего вокруг, с отрешённым видом помешивал ложкой давно остывший чай.
Он даже вздрогнул, когда Мария Ивановна легонько коснулась его плеча.
- Что случилось, Стас? На тебе лица нет, - тихо спросила она.
Тут молодой хирург не выдержал. Взяв её за руку, он вдруг выпалил:
- Будьте моей мамой. Иначе моя жизнь разрушится, и я никогда не буду счастлив.
От этих слов у Марии Ивановны едва сердце не остановилось. На миг ей показалось, что подчинённый окончательно лишился рассудка. Но, выслушав его сбивчивый рассказ о невесте, её строгих родителях и придуманных на ходу богатых родителях жениха, она быстро поняла суть дела.
Через несколько минут колебаний она согласилась принять участие в маленьком спектакле для родителей Анны и сыграть роль его матери.
До свадьбы оставалось ещё два месяца.
Однако семья Анны вскоре пережила страшное потрясение. В один из вечеров, когда девушка вместе с женихом выбирала обручальные кольца, Василиса, оставшаяся дома с мужем, неожиданно рухнула на пол во время чаепития, вскрикнув от резкой боли.
Она умоляла Петю вызвать скорую помощь. Но тот, как обычно, лишь отмахнулся:
- Начинается. Каждый раз я должен бегать по докторам, как только у тебя живот чуть кольнёт. Работать надо больше, как я, и не будешь обращать внимания на всякие глупости. Иди полежи, всё пройдёт, - рявкнул Пётр Анисимович.
Старый хрыч позабыл, что сам когда-то пришёл в этот дом больным и немощным, на всё готовенькое. Василиса его выхаживала и выкормила. Но за годы сытой и не слишком обременительной жизни он настолько обнаглел, что стал считать ферму практически своей собственностью, на которую, как ему казалось, позарились жена и её дочь.
Если бы Пётр сразу вызвал медиков, возможно, женщину ещё можно было бы спасти. Но время было упущено. Василиса стала буквально как растение, прикованная к постели, и казалось, уже навсегда.
Муж только потешался над ней. Она ничего не могла ему противопоставить. Заходя в комнату, он любил повторять:
- Ну вот, дорогая, видишь, сколько хлопот ты мне доставляешь. Но ничего, мы не вечны.
Эти слова он произносил с особым удовольствием, прекрасно понимая, что именно теперь унаследует ферму. Оставалось только выдать Анну замуж да отправить её вслед за мужем "в люди". Тогда он сможет в полной мере привести свой план в исполнение.
Несмотря на состояние матери, Анна не стала отменять свадьбу. Об этом её сама попросила Василиса, однажды позвав к себе.
Женщина достала старинную маленькую иконку и, вручая дочери, попросила носить с собой, пока та не выйдет замуж.
- Хоть бы успеть мне поглядеть на тебя, красавица моя, - прошептала она. - Грех на мне большой, но об этом ты узнаешь уже из моего письма, когда меня не будет на этом свете.
Анна мало что поняла и, если честно, не захотела вникать: у неё и без того хватало хлопот.
Наконец настал день свадьбы. Мария Ивановна вместе с мужем и так называемым сыном приехали на выкуп невесты.
К тому времени мать Анны совсем ослабла. Тихо сидела она в инвалидном кресле, ожидая счастья своей дочери. Пётр же и не думал участвовать в празднике, сославшись на то, что ему ещё свиней на рынок везти. Даже в загс Василиса уже была не в силах ехать.
Стоило невесте выйти к Стасу, как Мария едва в обморок не упала. В руках у Анны она увидела ту самую икону, которую перед самой смертью подарила ей бабушка. Позже Мария отдала её своей матери, попросив передать дочери, когда настанет нужный момент.
Анна была поражена, когда незнакомая женщина внезапно вытолкнула всех из комнаты, оставив лишь жениха и мать в инвалидном кресле, а сама кинулась обнимать и целовать её, шепча:
- Доченька моя родная, как же долго я тебя ждала. Господь услышал мои молитвы...
Анна и Станислав, переглянувшись, уже решили, что Мария Ивановна не в себе. Но в этот момент Василиса подала голос:
- Она правду говорит. Не я тебе мать, а она.
В комнате повисла тяжёлая пауза.
- Много лет назад Маша забеременела от одного молодого человека, - начала Василиса, тяжело дыша. - Он только поиздевался да бросил её. Тогда всё по-простому было: жили мы на хуторе, Маша на учёт не становилась. А я к своему стыду тоже беременная ходила, да только выкидыш у меня случился.
Я была замужем за твоим дедом, любила его до безумия, а он с дояркой из соседней деревни спутался. Удержать его хотела...
Она замолчала на секунду, глотая слёзы, и продолжила:
- Вот я и уговорила свою дочь отдать тебя мне, чтобы мужа возле себя удержать. Она в шоке была, от горя обезумела и согласилась. Ей ещё жизнь строить, учиться надо было. Да и кому Маша была нужна с "прицепом" этим... Только муж мой всё равно ушёл.
А через несколько лет мы с Машей крепко поссорились, я уехала подальше, боялась, что она тебя у меня отнимет. Потом всё же вернулась в родные края, познакомилась с Петром... Нет мне прощения, - всхлипнула Василиса.
- И мне тоже, - в слезах подхватила Мария.
Чуть в обморок не грохнулась бедная Анна, да и Станислав был не в лучшем состоянии. Он хотел выдать Марию Ивановну за свою мать, а она оказалась матерью его невесты. Василиса, которую он считал будущей тёщей, вдруг превратилась в бабушку Анны.
Хотелось всем отдышаться и всё обдумать, но свадьба ждать не могла. Решили, что с этой новостью будут разбираться уже после того, как Анна и Стас станут мужем и женой.
Планы Петра Анисимовича рухнули. Сразу после регистрации Мария забрала Василису к себе. Внимательно изучив историю её болезни, она поняла: шанс спасти близкого ей человека ещё есть. Нужны были только скальпель и помощь толкового ассистента.
Прошло несколько месяцев.
Василиса сидела на террасе своего уже не фермерского, а по-настоящему уютного семейного имения и пила чай вместе с семьями дочери и внучки. Рядом смеялись Анна и Стас, что-то обсуждая с Леонидом.
Петра возле неё уже не было. Слишком жадным оказался старик, вот и отправился туда, откуда когда-то пришёл: проживать свою жизнь в одиночестве и ворчании, без тех, кого так долго считал помехой.
К счастью, близкие люди смогли понять и простить друг друга. На то и существует семья: чтобы быть рядом и помогать в любой ситуации.
А кто кому и кем приходится по крови, в конце концов, дело десятое.
Друзья, очень благодарен за ваши лайки и комментарии ❤️ А также не забудьте подписаться на канал, чтобы мы с вами точно не потерялись)
Читайте сразу также другой интересный рассказ: