Как бы там ни было, но Рубинштейн был зачинателем разговора о способностях в советской психологии. В этом он был не свободен от своей культуры, и вынужден был взять само название — учение об одаренности — от предшественников, а содержание — у зарубежных психологов. Но все это надо было как-то срастить с марксизмом. Ему трудно. Он плохо понимает, что пишет. И он этого не скрывает.
«Понятие одаренности не получило общепризнанного определения. Наибольшим распространением пользуется определение Штерна. Он формулирует его следующим образом: “Одаренность — это общая способность индивидуума сознательно устанавливать свое мышление на новые требования; это — общая способность психики приспособления к новым задачам и условиям жизни”» (Рубинштейн, 1935, с. 477).
В действительности Штерн вовсе не говорит об одаренности, он говорит о Begabung, которое переводят с немецкого как дарование, талант. Но и талант — слово не русское, так что это вовсе не перевод. И это тем более не работает, если действительно говорить о Понятии — о понятии одаренности. Слово может переводиться точно, не точно и приблизительно, чтобы дать намек на понятие, из которого исходит автор.
Чтобы понять, каково же понятие Штерна, которое он обозначает именем Begabung, надо было проделать с ним то же самое, что я сейчас проделываю с самим Рубинштейном: попытаться понять, а что он понимает под словом «одаренность». Я хочу этим сказать, что даже русскоязычного автора русскоязычному читателю понять совсем не просто, а Рубинштейн запросто понял немца, да еще такого непростого и противоречивого, как Штерн.
В итоге Рубинштейн вынужден тут же сам разбить собственную уверенность в том, что определение Штерна так уж просто понять:
«Оно нашло своих критиков: Спирмена, направившего свои возражения против “приспособления”и против телеологичности штерновского определения, Торндайка и др. Но определение, данное Штерном, является во всяком случае очень показательным для современной трактовки проблемы одаренности. В нем намечено далеко не во всем приемлемое решение основной проблематики одаренности» (т. ж.).
Нет никакой уверенности, что определение Штерна вообще было понято. Нет никакой уверенности, что психологи разных стран говорят о том же. Тем более нет уверенности, что они одинаково понимают «приспособление» и все остальные понятия, входящие в определение Штерна. И тем не менее из этого получается чудесный спор, из которого и рождается наука, если забывает об истине.
Далее Рубинштейн приводит собственные соображения, и вот они-то как раз обладают ценностью, потому что он перестает догонять и перегонять Америку, а пытается думать. А это лучшие двери в чудо!
«Одаренность — мало удачный термин для обозначения практически весьма значительной и теоретически очень сложной проблемы. Он как будто предопределяет — и предопределяет неправильно — ответ на одну из узловых антимоний, с которой связана современная трактовка проблемы одаренности.
Одаренность — это как бы дар, который человек получает и который изначально есть то, что он есть, независимо от того, что человек сам из него делает — нечто врожденное, наследственно предопределенное.
Обреченной на постоянный конфликт с фактами была бы всякая теория, которая пыталась бы вовсе отрицать значение наследственности для одаренности и считать ее независимой от биологических особенностей организма, обусловленной исключительно социальными условиями среды. Механистическая ламарковская концепция одаренности несостоятельна» (т. ж.).
Вот оно чудо! Стоило только заглянуть в родной язык, и все здание естественной науки посыпалось. Причем в устах искреннего марксиста, который лишь захотел быть точным по рассуждению. Но как после этого жить?! Ведь придется задаться вопросом, ЧЕЙ этот ДАР?! КТО ДАРИТЕЛЬ?!!
Продолжение следует...
Начало по ссылке: https://dzen.ru/a/aVUujePbXGBhv4At