Олег Олегович жег листву и сухую картофельную ботву у себя на участке. Осень, все старое и ненужное необходимо убрать, очистить участок до первого снега. Лето прошло не зря: удалось капитально отремонтировать дом из леса-кругляка – настоящий терем, срубленный еще его дедом, сразу после войны на месте избы, что принадлежала еще прадеду. И подлатал, и поднял на два венца вверх – красота! Это тихое место в излучине реки, окруженное соснами, всегда принадлежало его семье, какая бы власть ни менялась. Было здесь, будившее в зашоренном разуме, что-то исконное, крепкое, дающее надежду и опору.
начало истории:
– Олегович, ты прям дворец выстроил, – неприятным голосом комментировал сосед Сенька, недавно откинувшийся с зоны. Делать ему было нечего, нигде не работал и постоянно находился на распутье между «у кого занять» и «где выпить».
– Олегович, по-братски займи триста рублей, устроюсь на работу, отдам, – продолжал нудеть он.
– Устройся и заработай сам, – в который раз отвечал Олег Олегович, не обращая на него внимания.
– Не по-христиански живешь, Олегович, у нас принято делиться, – продолжал Сенька.
– Тоже мне христианин нашелся! Я, может, вообще старовер и делиться ни с кем не обязан, – с ухмылкой отвечал Олег Олегович.
– Ну, смотри сам, мы таких не любим…
– Кто мы? – Но Сенька не ответил, а пошел прочь, походкой вразвалочку всем своим видом показывая, что он жиган-лимон и вообще хозяин положения.
Участок очищен, заготовки поставлены в подвал, теперь и зимовать можно.
Вечером через неделю Олег Олегович только-только увез жену с двумя сыновьями гостить к сестре в город. К дому подкатили синие «Жигули». Трое приблатненных товарищей в пиджаках вышли, придирчиво осмотрели забор, ворота, а потом и сам дом. Похоже, что им все понравилось, так как до ушей Олега Олеговича, сидящего на пригорке среди деревьев, долетели слова: «Ничо так», «Пахану понравится» и «Сенька не зря говорил, хата для блатных, а не для какого-то урода».
После чего они принялись стучать кулаками в ворота, беся своим поведением волкодава Митю, который залился яростным лаем.
– Уважаемые, чего шумите? – спросил Олег Олегович, выходя из-за деревьев.
– Мужик, ты кто? – спросил лысый. На вид ему было лет тридцать, опухшее лицо и поломанный нос привлекательности не добавляли.
– Хозяин дома.
— А, ты то нам и нужен. Слушай. Базар имеется. Дом твой понравился серьезному человеку, и мы приехали его купить, — продолжил он, мерзко улыбаясь. После чего достал из кармана деньги и сказал: — Смотри, здесь двадцать тысяч. К следующему понедельнику дом должен быть свободен от твоих вещей. И швырнул укутанные в полиэтиленовый пакет пачки рублей под ноги Олега Олеговича.
— Дом не продается! А если б и продавался, то стоил бы раз в двадцать больше.
— Ты что-то путаешь, братан, — добавил второй с железными зубами. — От наших предложений не отказываются.
— А я, пожалуй, откажусь, да и не братан ты мне, — ответил Олег Олегович и пошел мимо «гостей» к калитке.
— Значит, будет по-плохому! — сказал лысый, сплюнув на землю. После чего поднял пакет и, уже идя к машине, бросил: — А будешь ерепениться, сожжем твой терем к чертовой матери.
Вот это уже красная линия. Многое мог стерпеть либо пропустить мимо ушей Олег Олегович, но не угрозу сжечь его родовое гнездо…
Едва машина с бандитами тронулась, отъезжая, он вошел во двор, достал из схрона небольшой мешочек на тесемке, всмотрелся в него. Пожалуй, это единственный материальный дар, оставшийся от пращуров… Дед говорил, что горел он в кузнице первого пращура Олега, когда тот изволил отдохнуть от ратных дел. Достал из мешка древесный уголь в вершок размером, прикоснулся им ко лбу, к губам, к сердцу, а после этого нарисовал на доске сарая корявый автомобиль и обвел его кругом.
***
Олегович, здравствуй! — кричал через забор сосед, пенсионер Семен Ильич. Мужик он был неплохой, но страсть как любил всяческие сплетни.
— И тебе здравия, Семен Ильич, — чего кричишь с утра пораньше?
Олег Олегович вышел за калитку. Денек был погожий, с легкой изморозью и кристально чистым воздухом.
— Слыхал? — сосед продолжил. — Авария жуткая, да совсем рядом с нами.
— Да ты что? — Олег Олегович деланно изумился, а потом добавил: — Так где? Что за авария?
— «Жигуль» синий на всей скорости в самосвал въехал, — продолжал сосед. — Самосвалу-то чего, только и того, что поцарапали, а эти все на смерть... Участковый сказал, мол, с нашего села ехали...
***
Дед еще говаривал: "Гниль, она если имеется в человеке, обязательно наружу вылезет, как нарыв..."
Место тут интересное, старое, будоражит оно умы и души человеков, выворачивая наизнанку да на показ то, что за душою скрыто.
Много желающих было отнять это место: и у прадеда пробовали, и у деда, у Олега Олеговича тоже неоднократно. Благо, все попытки окончились для тех дельцов неудачно.
Да вот хотя бы лет пять назад...
Волкодав Митя надрывался лаем. Олег Олегович вышел на крыльцо, глянул – так и есть: у калитки человек, да видно, не простой. Мундир серый, да погоны – как есть милиция.
— Вещунов? — сходу, не здороваясь, обратился к нему милиционер. Было ему на вид лет тридцать. Лицо важное, с каким-то нездоровым румянцем.
— Так точно, товарищ старший лейтенант, — ответил Олег Олегович, сосчитав звездочки на его погонах.
— Заявление поступило: мол, колдуешь, знахаришь, людей советских с пути сбиваешь, да нетрудовые доходы имеешь, а это статья!
— Да вы что? — Олег Олегович всплеснул руками. — Ничего подобного! Я сторожем в ЖЭКе, сегодня вот только с ночной смены.
— Сторожем, значит, — продолжил милиционер, оглядывая его дюжую фигуру. — Автомобиль, — сказал он, указывая на новую "Ниву", — дом этот, стало быть, на зарплату сторожа купил?
— Так это ж от родителя дом, а на "Ниву" скопил...
— Собирайся, в участке разберемся.
В районном отделе им уже занимался сам подполковник Иванихин — начальник отдела. Вцепился, словно клещ. Олег Олегович умел отличить обычный интерес от того, который сродни одержимости. Нет, с этим краями не разойдемся... Весь диалог подполковник прессовал, напирал на статьи уголовного кодекса и на то, что светит ему лет восемь зоны. Однако ж, решить вопрос можно филигранно, так сказать. Вот картина маслом: всего-то поменяться ключ в ключ с нужным человеком — сменять его, Олега Олеговича, родовое гнездо в Подмосковье на частный дом близ речки Миас в Челябинской области.
— А там живи не хочу, — заливался подполковник. — Там, может, и дела никому не будет до твоего знахарства. Решай.
— Мне нужно подумать, пару дней, можно?
— Вот пару можно! — но не больше, — ответил подполковник.
— Запомни, Вещунов, крепко запомни! Засажу тебя в каталажку и поедешь на Колыму, коли слушать меня не станешь, — добавил он, ударяя ладонью по столешнице.
— Запомнил, крепко, — ответил Олег Олегович. — До свидания.
Он шел и вспоминал все невеселые перспективы, изложенные подполковником, и ни одно его предложение ему не нравилось. Сыну Олежке только два годика исполнилось, ну какое Зауралье? А дом? И в войны, и в лихолетье — пращуры сохранили, как отдать его?
Дорога домой немалая, больше двадцати километров. Участковый и не подумал везти его назад. Шел Олег Олегович пешком и крутил меж ладоней и пальцев ниточку черную, завивая да скручивая узелки. Узелки — они вообще весьма почитались в его роду, так как знающий человек узелками сотворит немало...
Два дня пролетели на одном дыхании, и сегодня, с утра, он, как штык, на прием к подполковнику.
— Вы к кому, товарищ? — остановил его оклик дежурного милиционера на входе.
— Так мне к подполковнику Иванихину, назначал он мне.
— Нет больше Иванихина. В ночь вчера остался работать, сердечный приступ, упал, лампу опрокинул и сгорел вместе с кабинетом, пока дежурный увидел, пожарных вызвал, то да се.., — дежурный милиционер, простой деревенский парень, выдал все на духу, видимо, скучно ему в своей сторожке...
— А вы приходите на следующей неделе, говорят, нам временно исполняющего обязанности поставят...
***
Зима миновала без происшествий. Весенний ветер приносил в дом и в душу что-то новое, свежее — ожидание чуда и того, что уж сейчас-то все пойдет как по маслу, закрутится. Тут и там слышалось в народе некое ожидание... А как иначе? Уж скоро год будет, как избрали царем Бориса.
Олег Олегович тоже ждал лучшего. Осенью вот старший сын, по традиции названный Олегом, идет в первый класс. А там, раз-два, и глядишь, начнет понемногу и родовую науку постигать да отцу помогать.
предыдущая глава:
продолжение истории:
Друзья, приветствую вас! Ваши лайки и подписки помогают в продвижении канала.
#мистические рассказы, истории, фэнтези рассказы