Предыдущая часть:
Артём пожал плечами.
— Ой, ну какие дела могут быть в субботу? Впрочем, как хочешь. Чего я тебя уговариваю?
К моменту, когда София приняла душ, кухня уже опустела. По звукам из комнаты женщина догадалась, что Артём устроился перед телевизором и с азартом комментирует футбольный матч. Заглянув в комнату, она убедилась в своей догадке. На прикроватном столике перед мужем стоял чай, открытая коробка конфет и набор пирожных.
София объявила, забирая из шкафа ночную сорочку.
— Я в гостиной лягу спать.
И, услышав безэмоциональное "спокойной ночи", направилась на диван. Впрочем, сразу уснуть не удалось. Надо было тщательно обдумать, как жить дальше, когда муж, казавшийся когда-то надёжной каменной стеной, оказался всего лишь картонным макетом. Артёмова мама на своём празднике фактически беспрепятственно унижала её. И за что? Только лишь за деревенское происхождение. Конечно, свекрови бывают разные, и им по статусу положено устраивать акции по устрашению избранниц своих сыновей. Но Татьяна Сергеевна явно перешла все границы, а Артём сделал вид, что всё в порядке. Обиженная София с горечью обдумывала дальнейшую жизнь, а потом всё-таки заставила себя уснуть, пересчитывая овечек, как в детстве.
Не откладывая дела в долгий ящик, уже на следующий день после праздника Татьяна стала готовиться к поездке своей мечты и делиться планами с мужем.
— Одежду я с собой брать не буду, потому что хочу хорошенько порыскать в европейских бутиках. Ты же дашь мне денег на наряды, а, Сергей?
Мужчина выдавил из себя улыбку.
— Так-то на организацию твоего юбилея немало денег ушло, но, конечно, немножко ещё раскошелюсь. Куда деваться?
Довольная Татьяна промурлыкала о том, что её муж просто чудо, и запорхала по кухне, успевая доставать из холодильника сыр и ветчину для бутербродов, готовить глазунью так, чтобы желток оставался немного жидким, а ещё варить кофе в турке. Всё так, как любит.
Мужчина, снисходительно наблюдая за суетящейся женой, посоветовал.
— Только ты валюту лучше здесь обменяй, а не в аэропорту или тем более не за границей, а то обдерут тебя как липку. Тут тоже лучше не рисковать. Пусть курс будет чуть менее выгодным, но лучше официальный надёжный банк, чем сомнительные конторы. Конечно, сейчас не лихие девяностые, но быть на стороже необходимо.
Настроение у Татьяны было чудесным, и, лукаво потупив взор, она вздохнула и притворно кротко проговорила.
— Слушаюсь и повинуюсь, мой господин, ты как всегда прав.
Затем с неё в один миг слетела наигранная покорность, и она весело добавила, почти пропела, кружась по кухне.
— Конечно, любимый, сегодня же пойду в нормальный банк, и уже совсем скоро встречай меня, Европа.
После завтрака Татьяна нарядилась в лёгкое платье, полюбовалась на своё отражение в большом зеркале шкафа-купе в прихожей — ну какие ей пятьдесят, тридцать пять самое большее, — и направилась в банк. Походкой королевы поднялась по нескольким ступенькам, кивнула импозантному незнакомцу, который с улыбкой придержал перед ней дверь, но, проходя через помещение с банкоматами, едва не споткнулась, увидев, как невестка засовывает в один из аппаратов внушительную пачку купюр.
Татьяна подошла ближе.
— Что это ты тут делаешь? Откуда у тебя такая внушительная пачка денег?
Невестка обернулась, но в её взгляде не было ни страха, ни растерянности и даже ни капли стыда. Разве что удивление мелькнуло в ореховых глазах. А потом София вежливо поздоровалась и, аккуратно сбросив ладонь свекрови со своего плеча, повернулась к банкомату, чтобы завершить операцию.
Татьяна на несколько секунд застыла в растерянности, а потом с силой развернула к себе невестку и приказала.
— Быстро объясни мне, что происходит.
София мягко, но твёрдо убрала руку свекрови.
— Извините, Татьяна Сергеевна, но мне необходимо завершить важное дело, а потом, если захотите, я вам всё объясню.
Татьяна, потеряв контроль от такой бесцеремонности, заверещала.
— Нахалка, деревенщина, как ты смеешь от меня отмахиваться? Немедленно объясни, что происходит.
Сотрудница банка, молодая брюнетка с длинными ресницами и тёмными волосами, собранными в строгий аккуратный пучок на затылке, и с бейджем на белой блузке "Альбина, старший специалист", привлекла шум в зоне банкоматов, и она подошла ближе к громкой посетительнице, пытаясь вмешаться в ситуацию.
— Доброе утро. Могу я вам помочь?
Татьяна повернулась к ней.
— Да, ещё как можете. Немедленно запретите этой нахалке пользоваться банкоматом. Она туда на моих глазах целую кучу денег загрузила. Не пойму только, откуда у неё столько.
Альбина, не поняв суть претензии, попробовала утихомирить смутьянку.
— Извините, но тут ещё есть свободные банкоматы. Вы можете воспользоваться любым из них.
Татьяна всплеснула руками.
— Вы что, меня слушали, но не слышали? Мне не нужен банкомат. Мне нужно, чтобы она, — Татьяна указала пальцем на невестку, — прекратила делать то, что делает прямо сейчас.
Альбина уточнила.
— У вас есть подозрение, что эта девушка стала жертвой мошенников?
Татьяна разозлилась и закричала.
— Да нет же! Она моя невестка. Я подозреваю, что она обобрала моего сына и зачем-то куда-то зачисляет их сейчас.
Альбина сохранила официальный тон.
— Извините, но семейные вопросы выходят за рамки моей компетенции.
А потом по-человечески посоветовала.
— Но вы можете позвонить своему сыну и уточнить, не пропадали ли из дома деньги.
Татьяна негодовала.
— Спасибо за совет, но мне нужны от вас действия. Прервите операцию.
Альбина вежливо отозвалась.
— Извините, но для этого нет никаких оснований.
Однако спокойствие служащей вывело Татьяну из себя, и она, задев невестку плечом, заглянула за банкомат.
— Где у вас тут можно выключить банкомат из сети?
Альбина строго предупредила.
— Женщина, успокойтесь и не смейте вмешиваться в работу банковского оборудования. В противном случае я буду вынуждена вызвать охрану.
В этот момент София, не сказавшая во время перепалки ни слова в своё оправдание, также молча пошла к выходу из банка.
Татьяна крикнула ей в спину.
— Я на вас жаловаться буду!
И, на несколько секунд забыв о цели своего визита в финансовое учреждение, поспешила за невесткой на улицу.
— Эй, а ну стой! Немедленно объясни, что происходит.
София повернулась к свекрови и, сощурив глаза, предложила.
— Вы на самом деле хотите узнать правду?
Татьяна ответила громко.
— Да, немедленно.
София кивнула.
— Хорошо, давайте зайдём в пекарню, сядем за столик, и я вам всё объясню.
От напитков и выпечки Татьяна наотрез отказалась и, ёрзая на стуле от нетерпения, ждала, пока София возьмёт себе кофе.
Свекровь нетерпеливо произнесла, едва невестка устроилась за столом напротив неё.
— Ну, объясняй, что ты делала в банке?
София спокойно ответила, размешивая капучино.
— Ничего такого. Мне родители в среду через брата, приехавшего в город по делам, передали свёрток с деньгами, чтобы я вам их передала от их имени. Всё-таки юбилей, и они подумали, что перевод по системе быстрых платежей покажется вам бездушным подарком. Вот только после того, как вы меня унизили при гостях, я решила: нечего вам пачкать руки деньгами от деревенщин. Если у вас столько ненависти и презрения ко мне, и заодно к моим родителям, то и подарок вам не обязательно вручать. Так что утром я поспешила в банк, чтобы внести эти деньги на свою карту, а потом перебросить родителям. Это по справедливости. Пусть они лучше себе что-нибудь купят, ведь в хозяйстве вечно то одно требуется, то другое, а от вас сколько не старайся, никакого толка.
Словно устав от долгого пояснения, София стала жадно пить капучино, чувствуя привкус и запах картонного стаканчика, в котором находился напиток. Татьяна несколько секунд помолчала, беззвучно открывая и закрывая рот, отчего стала похожей на рыбу, вытащенную на берег, а потом взорвалась криком. Пронзительно она вещала на всю пекарню о том, какой неблагодарной провинциалкой является её невестка.
— Мы её в своём доме приняли как родную. Ничего для молодой семьи не жалели. А она мне ни за что ни про что решила отомстить.
София, опомнись, как ты после этой чёрной подлости, которую сегодня совершила, собираешься дальше с моим сыном жить?
София, сминая в руке стаканчик и поднимаясь из-за стола, ответила с улыбкой.
— Да уже никак. Артём во всю нашу недолгую совместную жизнь вёл себя как маленький несамостоятельный мальчик. Ему наверняка будет лучше вернуться под твою надёжную опеку. Даже непонятно, как он вообще от тебя оторвался. И зачем, если ты осталась для него главной женщиной в жизни?
После обидной речи невестки свекровь сурово посмотрела на неё. Но недовольная мимика и злые глаза Татьяны Сергеевны не возымели на Софию никакого действия. Молодая женщина спокойно выкинула смятый стаканчик, попрощалась со свекровью и ушла, сопровождаемая проклятиями, оскорблениями и угрозами.
— Да куда ты денешься, провинциалка? Опять в общагу пойдёшь? Не будет тебе счастья без Артёмчика. Ох, ну ты дура. Кстати, имей в виду, что нажиться на нашей семье у тебя не получится. Мой сын обязательно будет делить с тобой имущество. Вряд ли ты на свою крошечную стипендию для быта что-то дорогостоящее покупала. Всё, что вы нажили, будет поделено по-честному, в зависимости от вклада в семью. И уж поверь мне, я прослежу, чтобы ты ни одной лишней ложки не прихватила.
Оборачиваться и хоть как-то реагировать на угрожающие фразы свекрови София не стала. Что толку размениваться на пустые слова, если впереди развод с когда-то горячо любимым мужем? Конечно, было обидно. Может быть, материально она и не слишком помогала Артёму, ведь стипендия и впрямь была невелика. Но зато весь быт лежал на её плечах, а продуктами их семью очень поддерживали её родители. Мясо и полуфабрикаты из него, домашние яйца с желтками натурального жёлтого цвета, молочные продукты от сыров до йогуртов, не говоря уж про всякие фрукты, овощи, зелень и заготовки. Всё это привозилось щедро и расходилось подчистую. Свекровь, которая, оказывается, так презирает сельских жителей, совсем не гнушалась пользоваться результатами их труда.
В размышлениях о двуличности и снобизме Татьяны Сергеевны София добралась до подъезда дома, где в двухкомнатной квартире пыталась построить семейное счастье. Женщина ни капли не сомневалась, что свекровь успела сообщить своему сыну и о том, что произошло в банке, и о разговоре в пекарне, и готовилась к неприятным упрёкам от Артёма. Однако всё оказалось ещё хуже, чем София могла себе представить. Когда она вошла в квартиру, то увидела, что муж выходит из спальни с пакетом, из которого небрежно свисает её любимая юбка.
Артём заметил жену, но не смутился своего занятия.
— А явилась. Ну, молодец, чего уж там. Зажала моей маме подарок, довела её до повышения давления и, наверное, очень довольна собой. Сама придумала, что тебя обидели, и быстро отомстила.
София возмутилась.
— Да, а ты уже и вещи мои собирать начал, чтобы выставить на улицу?
Артём кивнул.
— Да, — ответила София в тон мужу, явно возмутившись. — Неужели ты думаешь, что я специально пошла в это отделение банка, чтобы подкараулить там Татьяну Сергеевну? Наша с ней встреча возле банкомата — простая случайность. Поверь, мне тоже было очень неловко.
Артём упрекнул, сгребая в пакет женскую косметику, стоящую на полочке в прихожей.
— Если бы тебе было стыдно, ты бы не поступила так гадко. Не пойму, в чём это я не права. Как по мне, так всё получилось справедливо. Раз твоя мама так неуважительно отзывается обо мне и моём воспитании, то и подарок от моих родителей вручать ей неправильно.
Артём хмыкнул.
— И что ты не смогла соврать? Ну, сказала бы, что выполняешь чью-нибудь просьбу или бы ещё что-то придумала. Ты же маму своей прямолинейностью чуть до инфаркта не довела.
София старалась объяснить свой поступок.
— У меня не было намерения обидеть Татьяну Сергеевну. Но и терпеть, когда меня смешивают с грязью, я не буду. К тому же, мне кажется, что когда я уходила из пекарни, твоя мама вполне нормально себя чувствовала. По крайней мере, проклятия мне вслед она выкрикивала очень даже бодро.
Артём продолжал насмехаться.
— Мама сказала, что ты вела себя вызывающе, но даже не это главное. Ты мне ни словом не намекнула, что твои родители передали моей маме подарок. Вот почему ты мне сразу про это не сообщила? Наверняка сразу захотела схитрить и зажать деньги.
София спросила, не веря, что муж мог всерьёз высказать такое обвинение.
— Это ты сам придумал или мама подсказала?
По паузе перед ответом женщина поняла, что именно свекровь сделала обидное предположение о её непорядочности. Поэтому слова Артёма звучали особенно неубедительно.
— Но ты же мне не сказала, что твой брат деньги передал, значит, что-то замышляла.
Продолжение :