Сегодня «Комсомольская правда» решила всколыхнуть прошлое, опубликовав скандальные архивные материалы о событиях в Боградском районе Хакасии.
Однако, возвращаясь к этой громкой теме, журналист допустила непрофессиональную «оплошность»: она в деталях живописала драму изъятия детей, но предпочла умолчать о том, чем на самом деле закончился этот инцидент.
В материалах «КП» Любовь Лицегевич предстает женщиной на грани нервного срыва. Тогда, в свои 57 лет она, всхлипывая, рассказывала, как опустел её дом, как она в депрессии перебирает детские платьица и носочки, постарев от горя на десять лет.
Суть конфликта, прогремевшего на всю страну в 2017-м, казалась неоднозначной: у профессионального опекуна, воспитавшего более двадцати детей, отобрали семерых младших из-за длинных волос четырехлетнего Сени.
Любовь Петровна уверяла, что локоны до лопаток были частью образа для фотосессии, а в детском саду устроили настоящую травлю - якобы воспитатели специально заплели мальчику девчачий хвост с розовой резинкой и дали в руки сумку, чтобы сделать «компрометирующее» фото для опеки.
По материалам «Комсомолки» и не поймешь сразу, то ли это семейная драма, то ли какая-то криминальная сводка.
С одной стороны - женщина, которая жаловалась на поборы в садике и недоплату пособий.
С другой - чиновники сельсовета и педагоги, рисовавшие совсем иной портрет. Так, заведующая детсадом Татьяна Гордеева возмущалась, что ребенка годами не стригли, а на замечания мать отвечала грубостью.
Соседи и вовсе шептались о «бизнесе на детях», припоминая Лицегевич и старые драки, и даже серьёзный инцидент с ножом.
«Комсомолка» завершила историю на том, что детей распределили по разным приютам и чужим семьям, а Любовь Петровна осталась в пустом доме со своей болью и обвинениями в меркантильности.
И вот здесь нужно отметить, что «КП» почему-то предпочла вырезать финал, оставив лишь старые скандалы, будто за эти годы в деле Лицегевич так и не была поставлена точка.
А финал был, и он стал настоящим прецедентом для всей юридической системы России. Несмотря на мощное давление административного ресурса, Любовь Лицегевич не сдалась.
Её единственная родная дочь, Наталья (на момент конфликта ей было 36 лет), фактически возглавила штаб по спасению семьи. Она не только нашла адвокатов, но и вывела историю на уровень Совета по правам человека при Президенте РФ.
Развязка наступила в суде Хакасии, который внимательно изучил «доказательства» опеки.
Выяснилось, что чиновники грубо нарушили закон: детей забирали без реальной угрозы их жизни, основываясь лишь на субъективных претензиях к внешнему виду и личных конфликтах.
Суд признал действия органов опеки незаконными и постановил немедленно вернуть всех семерых детей матери.
«Длинные волосы» мальчика не являются признаком отсутствия должного воспитания.
Семье выплатили компенсацию морального вреда (хотя сумма была небольшой по сравнению с пережитым шоком).
Это была победа семьи над системой. Более того, экспертизы подтвердили, что дети были привязаны к Любови Петровне, а период разлуки стал для них тяжелейшей психологической травмой.
Сегодня эта история имеет логическое продолжение.
Любовь Васильевна, которая в этом году отпразднует свой 66-й день рождения, подняла тех самых детей.
Они выросли в своем доме, а не в казенных учреждениях. Почти все они уже достигли совершеннолетия, получили или получают образование и сохраняют теплые отношения с женщиной, которая не побоялась пойти против системы.
Случай с Любовью Лицегевич - это не просто история про «косичку», а рассказ о том, как на самом деле живется большой семье с приемными детьми. Жаль только, что в «Комсомолке», когда поднимали архивы, так и не досказали, чем всё это закончилось.
P.S Если верить логике «КП», то как быть с теми же Тепляковыми?
У них родители вообще не делают гендерных различий: тот же Хеймдалль, которому скоро исполнится 12 лет, ходит с волосами до пояса, да и остальных пятерых сыновей ни разу не стригли.
По этой логике опека должна была давно забрать детей, тем более что там родители забивают не только на прически или одежду, но и на реальные интересы наследников, просто тратя их детство на свои амбиции. Но почему-то ни опеке, ни детскому омбудсмену до этого нет никакого дела!