Вы идёте по тропе — ещё видны огни жилья, ещё слышно, как лает собака. И вдруг — шаг в сторону, под еловые лапы… и мир меняется. Звук становится глуше, воздух — холоднее, а тьма не «ночная», а густая, лесная. Здесь не спрашивают «кто ты?». Здесь сначала проверяют: умеешь ли ты вести себя правильно.
А коли нет — несдобровать тебе.
И в этом ощущении — ключ: для традиционной культуры лес был не просто местом, где растут деревья. Он был границей, где привычные правила могут перестать работать.
В первой части статьи о лесе в жизни славян мы рассмотрели его с материальной, хозяйственной стороны. Эту же посвятим лесу в верованиях, суевериях и фольклоре наших предков.
🚪🌿 Лес как пограничное пространство
Внутри, в деревне, всё понятно: кто чей, где чья земля, какие дороги «свои». А лес — внешнее, чуждое. Туда ходят за делом (охота, хворост, ягоды, мёд), но не относятся к нему как к «обычному месту». Говоря научным языком, лес был пространством лиминальным, пограничным — там нога человека ступала уже совсем в иной, нелюдской, мир.
Отсюда и целый пласт суеверий и «правил поведения», которые можно понимать как древний способ снизить риск в опасной среде (заблудиться, попасть на зверя, провалиться в болото) — но объясняли их иначе: лес живой, у него есть хозяин, лес может «не пустить».
🌙 Какие сюжеты особенно типичны:
- Запрещено ходить в лес в определённое время — есть «нехорошие» дни и часы. В народных представлениях нечистая сила активизируется в определённые календарные периоды, и это напрямую связано со страхом «встретить» лесное. У Виноградовой, например, фиксируются поверья о датах (Ерофеев день, Воздвиженье), когда в лес старались не ходить, и мотив сезонной активности лесных духов.
- Лес “морочит”: человек слышит «не те» голоса, «не те» звуки — и идёт не туда. Это описано как типичная функция лешего: сбить с пути, напугать, “передразнить”, заставить ошибиться, испытать ум и уважение гостя-человека.
- Вход/выход = момент риска. Порог в традиционной культуре вообще сакрален, а лесной порог — тем более. Отсюда запреты «не шуметь попусту», «не дразнить», «не говорить лишнего». В поздней народной традиции (уже на христианском фоне) это могло смешиваться с крестным знамением/молитвой, но сама логика древнее: ты входишь туда, где ты не главный.
Возникает резонный вопрос: кто же управлял этим обширным царством деревьев и мрака?
🌲🐂🧶 Боги леса у славян — а были ли такие?
Удивительно, но у восточных славян нет надёжно засвидетельствованного «бога леса» (в прямом смысле “покровителя чащи”). Но есть божества, чьи функции естественно “цепляются” за лесной мир, отчасти управляют отдельными аспектами леса, а не чащей как единым целым.
Велес (Волос) 🐻
Велес в древнерусской традиции связан со скотом, богатством, клятвой — и вообще с тем, что “имеет цену”. В договорах Руси с Византией русь клянётся Перуном и Волосом (скотьим богом) — это один из самых ранних письменных “якорей”, где имя фиксируется в официальном контексте.
Считается, что Велес — антагонист, полная противоположность Перуна. Поэтому он ассоциирован с “нижним миром”, зверями, а порой и сам получает элементы нечеловеческой внешности (оборачивается медведем; имеет змеиные черты как пережиток доиндоевропейского мифологического субстрата…). Это роднит его с балтийским Велсом, богом загробного мира и скота, леса и топей — мест, где высоки риски распрощаться с жизнью.
Также Велес покровительствовал простому люду, ремесленникам и землепашцам. Поэтому и не был включён Владимиром в пантеон божеств близ княжьей резиденции, а оказался внизу, у “земли”, на киевском Подоле.
А лес здесь рядом потому, что скот, охота, зверь, граница “своё/дикое” — всё это стоит на одном пороге. Велес — бог не “деревьев”, а переходов и материальной силы (стада, удачи, достатка, ресурсов), но в народном сознании это легко соприкасается с лесом как территорией обманчивого, опасного богатства: там и корм, и гибель.
Мокошь🌱
Мокошь — единственная богиня в известном киевском пантеоне Владимира (в летописной формуле рядом с Перуном, Хорсом, Дажьбогом и др.).
Её связь с лесом не в том, что она “живёт в лесу”, а из-за ассоциаций с влажной землёй, влагой. Лес воспринимается как мозглая, сырая, плодящая среда, где всё растёт, тянется к жизни, умирает и вновь вступает в круговорот рождения-смерти.
Мокошь также ассоциируется с женскими занятиями (прядение, деторождение) и покровительствует девушкам, их судьбам. В народной памяти она осталась в образе Матери Сырой Земли, чей культ через доиндоевропейский субстрат при желании можно протянуть чуть ли не до палеолитических венер.
Почему «Девана» и «Святобор» — проблемные фигуры ⚠️
В популярной “славянской мифологии” на просторах Интернета, а также на неоязыческих ресурсах упоминаются имена “лесных богов”, которые звучат красиво — но... Таких божеств никогда не существовало.
- Зевана/Девана часто восходит к польской книжной традиции и является типичным примером натягивания на сомнительный источник античной (греко-римской) мифологической сетки. Раз у южных соседей была отдельная Артемида-Диана, богиня охоты, то и у нас должен быть свой аналог! Вот только это плод т.н. “кабинетной мифологии”, феномену которой можно посвятить отдельный цикл материалов.
- Святобор/Древобог как “древний бог леса” — популярный неоязыческий образ, но надёжной древней фиксации в фольклоре или письменных документах у него нет; чаще это продукт позднего мифотворчества (и очень удобный, потому что закрывает “пустоту” — хочется же, чтобы у каждого места, в т.ч. и у леса, был “официальный бог”).
Важно понимать, что славянские боги никогда не представляли из себя единого стройного пантеона, как обитатели Олимпа. В каждом племени, в каждой земле поклонялись своему набору божеств, хоть и были “общеславянские”. К тому же, славянские боги несли множество глобальных, космологических, стихийных функций — никто не отвечал за конкретное место или узкую профессию.
Поэтому у наших предков столь богатая лесная “демонология”!
Существа низшего порядка (духи природы) правили лесом и его отдельными частями, оставляя богам более важные, насущные дела.
Лесные обитатели: кто так пристально смотрит из-за деревьев? 👁️ 👁️
Пожалуй, ни в одной другой мифологии нет такого количества потусторонних обитателей леса! Разговор о них — отдельная большая тема, и даже самых популярных из лесных существ я упомяну вкратце, для представления их роли и места (по сравнению с богами) в мировоззрении славян.
Леший
Разумеется, самый «лесной» персонаж славянской демонологии — леший, хозяин чащи. Он не всегда “абсолютное зло” даже после принятия христианства: скорее просто хозяин территории, который может и наказать, и “пошутить”, и отблагодарить, если ты ведёшь себя правильно.
Леший часто действует через звук, эхо — пугает, имитирует, перекликается, “подзывает голосами знакомых”, чтобы сбить человека с пути.
И это снова укладывается в реальную логику леса: в чаще мы ориентируемся слухом не меньше, чем глазом. Слух подвёл — и ты потерялся.
Впрочем, порой среди ветвей мелькает и образ кого-то знакомого тебе, даже если его не было рядом (или его вообще нет в живых). Просто слух лесовик обманывает чаще, чем зрение.
Русалки
В современном представлении обывателя образ русалки слился с западной морской девой, полуженщиной-полурыбой, но изначально это — неупокоенные души девиц, погибших в воде или в лесу. По поведению русалки более схожи с европейскими фейри (водят хороводы, щекочут до смерти, резвятся на полянах и деревьях). Не зря у Пушкина русалка сидит именно на ветвях (и у неё вполне человеческий облик, пусть и мёртвый).
У славян русалки прочно связаны с полевым и лесным пространством, особенно в определённые календарные недели (русалии).
В корпусе поверий и обрядов встречается мотив запретов “не ходить в лес/к воде”, потому что “там русалки”. Девушки носили венки тайком в лес, забрасывали на деревья и убегали — как действие, маркирующее контакт с опасным/иной силой, и задабривание духов.
Баба-яга
Баба-яга — не просто “страшная бабка”. В сказке она часто пограничник: проверяет героя, задаёт правила, даёт предметы/советы (или наказывает). Её избушка в лесу — буквально “контрольный пункт” между обычным миром и миром испытания.
Прототипом жилища Яги были погребальные избушки с прахом мёртвого внутри, распространённые у наших предков.
По сей день часть данного образа сохранилась даже в деталях православных крестов на кладбищах: все замечали треугольные “крыши” над некоторыми захоронениями.
Русского леса в сказках и былинах много, давайте же разберёмся, как он себя проявляет в фольклоре.
Почему в сказках почти нет именованных лесов (в отличие от Смородины и Буяна) 🗺️
В русской сказочной традиции мы часто встречаем именованные точки: река Смородина, остров Буян, камень Алатырь — они работают как “маяки” мифологической географии.
А вот лес чаще остаётся без имени и конкретной локации, но с эпитетами: тёмный, дремучий, заповедный....
Почему же так сложилось?
- Лес — континуум. Его много, он окружает, он повторяется, он безграничен. Имя нужно там, где есть уникальная точка (переправа, остров, камень, “место силы”). Сравнить его можно с "морем-океаном".
- Лес — отдельный мир, функция, а не адрес. В сказке лес часто нужен как механизм сюжета: отделить героя от дома, запустить испытание, спрятать, перекинуть в “иной мир”.
- Имя опасно. В архаике называние часто “привязывает”. Поэтому безымянное может быть формой осторожности: лесу не дают личного “адреса”, чтобы не приглашать оттуда заложных покойников и духов.
Назвать лес = зафиксировать, да только славянский лес по умолчанию изменчив, хаотичен, непостоянен.
При этом в поздней традиции отдельные леса с собственными именами встречаются, но это микротопонимы, местечковые чащи и боры. Пожалуй, одним из немногих исключений являются Брынские-Брянские леса из былины о Соловье-разбойники, но и они появились уже в письменный период во время противостояния с финно-угорскими племенами Волжско-Окского междуречья.
Лес в сказке: испытание, защита, возмездие 📖🌲
В восточнославянских народных сказках (и записанных/созданных на их основе авторских) можно выделить три базовых функции леса как среды и одушевлённого воплощения природы.
Лес как место испытания
Классический ход: герой уходит/теряется в лесу и встречает того, кто проверит его на положительные качества (вежливость, смелость, хозяйственность, умение соблюдать правила). В “Василисе Прекрасной” лес — дорога к Бабе-яге и взросление через страх.
Лес как место сокрытия и защиты
В сказке “Гуси-лебеди” лес помогает спрятаться, сбиться с преследования, переждать. Во многих вариантах сказок лес — “штора”, за которой можно исчезнуть (если лес тебя “примет”), магический помощник (например, вырастающий из гребня для волос).
Лес как место суда и возмездия
Не все, кого лес испытывает, получают счастливый конец. “Морозко” — один из самых показательных сюжетов: там лес выносит приговор. Добрая/смиренная героиня получает награду, злая/жадная — наказание. Это почти судебная логика: не люди судят — возмездие осуществляет природа.
🖋️ Лес в моей текущей работе
Почти полноценный и живой персонаж. Если “своих” лес награждает и оберегает, то к чужакам и преступникам бывает крайне жесток. Например, так он встретил персонажа, пролившего кровь соратников:
«Косматые еловые лапы обратились в руки исполинов-йотунов, в кожистые крылья нетопырей. Они царапали лицо, хватали за волосы, не пускали прочь. Стволы вокруг, будто пауки на закрученных корнях-щупальцах, медленно поползли вперёд, к своей жертве, и кольцо из крон сузилось. Теперь он окружён.
Лес шёл навстречу, готовясь похоронить под грудой опада. Мысли спутались, заметались, уступая место страхам, давно вытесненным на задворки сознания.
Прошлое окутало чело зябкой хмарью; в охваченном пламенем сердце выгорели надежда и здравый смысл, а мороки заполнили образовавшуюся в груди пустоту.
Не в силах пошевелиться, он ощутил себя запертым внутри собственного тела и обречённо застыл.
Из этой ловушки уже не выбраться.
Чёрные тени вокруг пустились в пляс. Порождённые его болезненным воображением или же отправленные богами ради мести, они проносились мимо в хороводе обезображенных лиц, обрубков рук и ног, запекшихся от крови волос и кривых ухмылок.
Взгляд беспомощно заметался по сонму призраков, угадывая в размытых образах черты тех, с кем он некогда делил и хмельные пиры, и поле брани. По полуночной чаще загрохотал стук зубов, и с потом, скользнувшим по побелевшим пальцам, утекли последние капли рассудка. »
А чтобы не навлечь на себя немилость лешего или мавок, держите
🌲 Советы по поведению в лесу (с точки зрения древних славян)
Входи с уважением.
Лес — не твой двор. Не врывайся шумно, не дерзи, не спорь с местом.
Не свисти.
Свистом можно «подманить» нечистое или навлечь беду — так считали во многих местах.
Не кричи и не зови по имени без нужды.
Громкие оклики могут «отозваться» не тем, кого зовёшь, или просто сбить с пути (в поверьях — “морок”).
Не ругайся и не сквернословь.
Брань «портит дорогу»: можно потерять ориентир, сломать вещь, остаться без добычи.
Не ломай и не руби зря.
Бери ветку — только по делу. «Обидишь лес» — лес ответит: заведёт кругами, лишит удачи.
Не трогай странные вещи.
Венки на ветках, узлы, тряпки, «чьи-то» оставленные предметы — лучше не брать и не развязывать: “не твоё — не лезь”.
Опасайся “плохих” мест.
Перекрёстки троп, болота, овраги, одинокие мёртвые деревья — в народном воображении это места, где граница между мирами тоньше.
Не ешь и не пей в «нехорошем месте».
Особенно если вокруг внезапно стало тихо, зябко, “не по себе”: считалось, лучше отойти и только потом перекусить.
Если заблудился — не паникуй.
Паника “кормит” морок. В поверьях советовали: успокоиться, перекреститься/сказать короткую молитву (в христианскую эпоху), сесть, перевести дух.
Есть приёмы против проделок лесной нежити.
Чтобы «разорвать круг», могли вывернуть одежду наизнанку, поменять обувь местами, развернуться и идти задом наперёд — как будто “обманываешь” того, кто водит.
Не отвечай на подозрительный зов.
Если слышишь знакомый голос, но он звучит странно/издалека/“как не живой”, — лучше не откликаться и не идти на звук.
Не ходи один в сумерках и ночью.
Это считалось временем, когда легко попасть в беду — и реальную, и «лесную» (зверь, болото, потеря тропы, морок).
Не хвастайся добычей заранее.
Сказать вслух «сейчас наберу полную корзину» — плохая примета: сглазишь удачу, а лес “не даст”.
Не оглядывайся “на пустой страх”.
Если кажется, что кто-то идёт следом, в поверьях советовали не подпитывать тревогу: не разглядывать тень, а спокойно идти к просеке/дороге.
Выходя, “поблагодари” лес.
Иногда — словами, иногда — молча. Это не “языческий ритуал” в строгом смысле, а бытовая этика: ушёл — не оставь мусор, не оставь огонь, не унеси чужого.
С огнём — вдвойне осторожно.
Костёр — только если нужно. Уходя, обязательно тушить. В народной логике лесной пожар — не просто беда, а грех против “живого места”.
Вопрос к читателям 💬
А кто вы в лесу — “рациональный турист” или человек, который всё равно, пусть чуть-чуть, но соблюдает старые приметы?
Было ли у вас чувство, что лес — это место, где на вас “кто-то смотрит”? 👀🌲
📚 Источники
- Виноградова Л. Н. Народная демонология и мифо-ритуальная традиция славян. — М.: Индрик, 2000. — 432 с.
- Толстой Н. И. (отв. ред.). Славянские древности: Этнолингвистический словарь: в 5 т. — М.: Международные отношения, 1995–2012.
- Пропп В. Я. Исторические корни волшебной сказки. — Л.: Изд-во ЛГУ, 1986. — 366 с.
- Афанасьев А. Н. Народные русские сказки: в 3 т. — М.: Наука, 1984–1985.
- Зеленин Д. К. Очерки русской мифологии: Умершие неестественной смертью и русалки. — СПб.: Тип. Имп. АН, 1916. — 432 с.
- Ременец О. М. Культурологический анализ леса в русском фольклоре // Вопросы современной науки и практики. Университет им. В. И. Вернадского. — 2007. — № 1(7). — С. 104–109.
16 (1)
7. Рыбаков Б. А. Язычество древних славян. — М.: Наука, 1981. — 608 с