О недавно вышедшем фильме «Лермонтов» режиссера Бакура Бакурадзе уже написано довольно много, что неудивительно — авторское кино у нас снимается не часто. Объектом внимания режиссера стало 15 июля 1841 года, последний день жизни поэта, когда произошла роковая дуэль.
Действие происходит в окрестностях Пятигорска во время Кавказской войны (1817-1864). Героев в картине можно пересчитать по пальцам, а сдержанный тон повествования подкрепляется и деликатной работой художника по костюмам Дмитрия Андреева (кстати, он же отвечал за сериал «Государь»). По замыслу режиссера, это не костюмный фильм, но во всем «должна чувствоваться жизнь кавказского захолустья». И хотя бюджет у фильма весьма ограниченный, постановщикам удалось найти интересное решение.
Наверное, главный эффект — герои не выглядят наряженными в костюмы, а будто живут в кадре и носят вполне аутентичную одежду. Да, у мужчин это преимущественно офицерская форма, плотно подогнанная по фигуре. Но камера так внимательна к деталям, что зритель успевает даже рассмотреть, насколько крой брюк тогда отличался от современного.
Образ Лермонтова
Михаил Лермонтов в последние годы был поручиком (соответствует званию старшего лейтенанта в современной российской армии) Тенгинского пехотного полка, куда его отправили за предыдущую дуэль. Мы видим его одетым в тщательно «отфактуренный» темно-зеленый офицерский сюртук на красной подкладке, без эполет и брюках навыпуск поверх сапог. Очевидно, что художник по костюмам изучил сохранившиеся описания одежды Лермонтова и постарался воспроизвести его небрежный стиль.
Вот какие воспоминания оставил Константин Христофорович Мамацев, на тот момент подпоручик Кавказской гренадерской артиллерийской бригады:
«Я хорошо помню Лермонтова, а как сейчас вижу его перед собой, то в красной канаусовой рубашке, то в офицерском сюртуке без эполет, с откидным назад воротником и переброшенною через плечо черкесскою шашкой».
Кстати, по его словам, рубашка была «с косым расстегнутым воротом», то есть косоворотка.
Служивший на Кавказе барон Лев Васильевич Россильон утверждал, что Лермонтов «носил красную канаусовую рубашку, которая, кажется, никогда не стиралась и глядела почерневшею из-под вечно расстегнутого сюртука поэта, который он носил без эполет, что, впрочем, было на Кавказе в обычае».
Эта красная рубашка играет огромную роль в образе Лермонтова — именно в ней он стрелялся на дуэли. И в жизни, и в фильме.
На черкесский манер
Появляется Лермонтов в кадре и в видавшем виды кавказском бешмете — стеганом полукафтане с прямым разрезом, глухой застежкой, длинными узкими рукавами и воротником-стойкой. На Кавказе его надевали под черкеску, но носили и без нее.
Это деталь тоже исторически достоверна. В описи имущества Лермонтова присутствует «черкеска простого темного сукна» и «бешмет белый коленкоровый». В принципе, носить одежду местных джигитов и казаков было обычным делом у военных. Она была удобна и производила неизгладимое впечатление, особенно на стройной фигуре. Однако некоторые слишком увлекались местным колоритом, что вызывало у того же Лермонтова насмешки и сарказм.
По словам Н.А. Кузминского (опубликовавшего воспоминания отца, командовавшего сотней в станице Горячеводской и находившегося летом 1841 года в Пятигорске), «Лермонтов всегда посмеивался над теми из русских, которые старались подражать во всем кавказцам: брили головы, носили их костюмы, перенимали ухватки; последних в насмешку называл он l'armée russe (русская армия).
Известно, что поклонником черкесского костюма был соперник поэта по дуэли Николай Мартынов. Как раз в его страсти ко всему кавказскому Лермонтов видел воплощение карикатурности l'armée russe. Сохранился даже портрет Мартынова в таком облачении. В фильме мы его тоже видим в черкеске с подчеркнуто тонкой талией и башлыке — капюшоне с длинными концами.
«Этот Мартынов глуп ужасно, все над ним смеялись; он ужасно самолюбив, карикатуры (на него) беспрестанно прибавлялись; Лермонтов имел дурную привычку острить. Мартынов всегда ходил в черкеске и с кинжалом; он его назвал при дамах M-r le Poignard и Sauvage'oM (франц. Господин Кинжал и Дикарь)», — писала Катенька Быховец сестре.
Нежные создания и эмансипе
Женские образы в фильме достаточно условны с исторической точки зрения. В самом начале 1940-х в моде все еще был стиль бидермейер, диктующий женщинам силуэт с широкой юбкой, узкой талией, подчеркнуто покатой линией плеча. Но жизнерадостность романтизма 1830-х уже сменилась более сдержанным готическим идеалом. В женщине ценилась хрупкость, скромность, замкнутость.
Платья героинь, пожалуй, чуть простоваты для того времени, однако в них угадываются некоторые характерные детали — например, тонкий шелк с шерстью в клетку, как у кузины поэта Екатерины Быховец. Эффект плавной линии плеча художник по костюмам достиг за счет косого кроя, но на топе нет складок, кокетки или оборок по линии декольте.
Тогда в моде были объемные капоры, за которыми дамы прятали свои лица. Но в фильме решили обойтись без головных уборов, чтобы приблизить персонажей к современному зрителю. Разве что осталось знаменитое бандо Катеньки, которое упало во время прогулки с Лермонтовым, а потом было найдено у него в кармане после дуэли. Он взял его на счастье, но увы…
«Как приехали на Железные, Лерм<онтов> сейчас прибежал; мы пошли в рощу и все там гуляли. Я все с ним ходила под руку. На мне было бандо. Уж не знаю, какими судьбами коса моя распустилась и бандо свалилось, которое он взял и спрятал в карман», — из письма сестре Екатерины Быховец.
Самый интересный костюм — у экстравагантной тети Катеньки графини по фамилии Обыденная, которая крутит роман с братом Пушкина Львом Сергеевичем. Поверх платья она носит укороченный турецкий кафтан. Ориентализм был вполне популярен в среде аристократок в то время. Уже не говоря о том, что местные терские казачки тоже носили женский вариант бешмета с V-образным вырезом на груди по типу мужских черкесок.
Подпоясан кафтан графини металлическим поясом, который Андреев называет иранским. Известно, что казачки тоже носили пояс татаур, состоящий из металлических звеньев, и он считался предметом роскоши.
Пожалуй, именно это сочетание простоты, даже обыденности костюмов и внимание к аутентичным деталям, признакам места и времени, делает работу художника в этом малобюджетном фильме такой интересной.