Почему в благотворительности мой горизонт планирования — одна неделя, и как это спасает от выгорания и
помогает людям.
Меня часто спрашивают на встречах с партнёрами и коллегами: какая ваша стратегическая цель? Какой итоговый социальный эффект вы измеряете? Где вы видите свою организацию через пять лет?
Раньше я чувствовала неловкость и пыталась составить красивый, развернутый ответ про «устойчивые изменения» и «масштабирование лучших практик». Сейчас я отвечаю честно: я не строю планы на пять лет. Мой горизонт планирования — неделя. И этот подход — не слабость, а моя осознанная философия помощи.
Я глубоко убеждена: в сфере, где мы работаем с хрупкостью, болью и надеждой конкретных людей, глобальные цели часто становятся предательством по отношению к сегодняшнему дню.
Глобальные цели создают слепые зоны.
Когда твой взгляд прикован к далёкому горизонту «изменения системы», ты перестаёшь замечать человека у своих ног, которому сегодня не хватает сил даже на то, чтобы попросить о помощи. Цель «помочь 1000 семей к 2025 году» меркнет перед одной матерью, которая в отчаянии звонит тебе в пятницу вечером. План на неделю позволяет остановиться. Отменить совещание. Выдохнуть и сказать: «Сейчас важно только это. Только этот человек. Только сегодня».
Благотворительность — это течение, а не марш-бросок.
Мы не идём к светлому будущему ровным строем. Мы плывём по бурной реке человеческих историй. В понедельник может случиться чудо — неожиданная помощь от волонтёров. В среду — рухнуть договорённость о помещении. План на пять лет в таких условиях — это красивая, но бесполезная карта. План на неделю — это умение лавировать. Видеть актуальные рифы и попутные ветра. Быть гибким и живым, как сама жизнь, которую мы пытаемся поддержать.
Нас оценят не по отчётам, а по следу в душах.
Мы ничего не возьмём с собой — ни грантовые отчёты с идеальными цифрами, ни списки реализованных проектов. Заберём только одно: ощущение от того, как мы проживали эти дни вместе с теми, кому помогали. Чувствовали ли мы их боль? Находили ли вовремя слова? Оставались ли человечными в погоне за «эффективностью»?
Это не отказ от стратегии. Это — смена фокуса со «скорости» на «направление». Направление задаётся не целевыми показателями, а простым вопросом: «Куда нас ведёт сама жизнь и реальные потребности людей сейчас?»
Когда я отпускаю тиранию долгосрочных целей, я начинаю видеть гораздо больше возможностей для помощи. Я замечаю не «целевую группу», а человека с уникальной историей. Я перестаю быть «менеджером социальных изменений» и становлюсь попутчиком в чьём-то очень трудном путешествии. Моя задача — не привести его к финишу, а идти рядом и нести фонарь, когда становится темно. Сегодня. На этой неделе.
Мы все здесь с особой миссией. И самая большая ошибка — растерять её смысл в пыльных папках со стратегиями, забыв, ради кого всё затевалось.
Моя «стратегия» проста: проснуться в понедельник. Посмотреть, какие вызовы и какие надежды принесла новая неделя. И разыграть эти карты — максимально чутко, профессионально и по-человечески. А в пятницу — подвести итог не по выполненным пунктам, а по тому, удалось ли нам сохранить в себе и в других искру человечности.
А в понедельник — начать снова. С чистого листа. С нового дня. Потому что истинная цель благотворительности, если она и существует, — не в том, чтобы изменить мир к определённой дате. А в том, чтобы каждый день, без гарантий и громких обещаний, делать мир вокруг чуть более милосердным. Здесь и сейчас.
Такой подход в конце концов выливается в стратегию и подводя итоги мы можем видеть результаты и то, что цель, которую ставит государство тоже достигнута. Так и работаем. Делай то, что должно и будь что будет. А поднимаясь «на уровень выше» и рассматривая благотворительность и социальную политику на уровне региона или страны мы уже можем говорить о KPI, но это уже совсем другая история.