Все мои товарищи в могиле. Даже те, что были несколько моложе меня. И это странно. Я никогда не берёг себя, ни в уличных драках за честь московского района "Сокол", ни в работе. В лесоустроительных экспедициях, где с 14 лет был рабочим при таксаторе, ни на атомных стациях, одна из которых была той самой "Чернобыльской", ни позже, когда изготавливал и устанавливал на московских домах рекламные, т.н. "Крышные установки". И не только... Самая большая и когда-то самая красивая, а ныне заброшенная и обветшалая, вывеска Дома Актера на Старом Арбате, тоже сделана моими руками. И, как бы не хотелось старику Ракову, сама по себе она не развалится, - мы делали её на века! Её можно только рукотворно уничтожить. Что старик Раков и сделает, учитывая его любовь к моему творчеству.
А Это творчество, если кто понимает.
Думаю, что именно поэтому, в дополнение к почтенному возрасту, я получил не только звание Ветерана труда, ожидаемую, онкологию и, не сильно ожидаемый, диабет. При этом, моей маме, уже 95 лет, она при памяти и при всем остальном, что полагается в придачу к этому сроку. Она также, как и я, Ветеран труда, но вот в инвалидности, компанию мне не составила.
Русский патриот.
И вот, рассуждая о том, почему я пережил не только своего отца, но и всех остальных своих собутыльников, я склоняюсь к мысли, что этот промысел Божий имеет под собой основу не профессиональную и даже не наследственную, а конкретно национально-патриотическую. Дело в том, что значительная часть моей жизни была посвящена противодействию геноциду русского народа.
Русский марш 2007
Поскольку я был не только активным участником Русского марша 2005, но и заявителем РМ - 2006 и 2007, то могу сказать, что усилия, которые мы приложили, чтобы добиться проведения, были беспрецедентными. Так, проиграв все суды в России, мы обратились в СПЧ. Смешно и странно, что этот иск в СПЧ у нвс приняли! Но, конечно, когда они разобрались, что это не либеральная тусовка, а русские патриоты, то все пошло другим путем.
Памятник Гейдару Алиеву и защита русских детей.
Не буду изобретать велосипедов и обращусь у Истории Русского ДПНИ, где зафиксировано, как мы не дали поставить этот памятник в Москве и не дали прирезать гектар земли к армянскому подворью на Олимпийском проспекте. При уничтожении детского садика. За счет русских детей.
Эпилог с продолжением.
И вот, прожив большую часть жизни в этой перманентной борьбе, я понял, что могу спокойно умереть только тогда, когда меня сменит равноапостольный борец с геноцидом русского народа. А до той поры, меняя очки, костыли и памперсы, я должен служить теме противодействия геноциду Русского народа до самой смерти, которая не наступит без русской победы. А мне так не хочется быть кощеем бессмертным, но очень хочется увидеть плоды победы русского народа! Нашей с вами, соратники, Победы!