Предыдущая часть:
Девушке удалось найти неплохую работу с достойной зарплатой для человека без опыта, но её сердце оставалось свободным.
— Так и помрёшь в девках. Гляди на брата, с девчонками вовсю крутит. Сразу видно, мужик, — сетовала мать.
С гордостью говорила Людмила Александровна.
— А ты всё одна? — добавляла она.
— Да одна, — отвечала Екатерина.
— Так скоро Серёжа и жену в дом приведёт, — заметила дочь.
— Типун тебе на язык. Рано ему ещё жениться, — испуганно сказала Людмила Александровна.
— Не думаю, что Серёжа будет у тебя спрашивать разрешение, — покачала головой Екатерина.
Как в воду глядела. Однажды Серёжа пригласил на семейный ужин свою сокурсницу Надежду, с которой закрутил роман буквально с первых дней учёбы в институте. Людмила Александровна ласково поглядывала на гостью, старалась всячески угодить. В разгар ужина Серёжа объявил:
— Мама, мы с Надеждой решили пожениться.
Людмила Александровна растерялась, натянуто улыбнулась.
— Ну, сынок, это очень радостное известие. Не рановато ли? — произнесла она.
— Вы же оба только учиться начали. И мы Надежду мало знаем. Нужно, наверное, с родственниками сначала познакомиться. Правильно, мама? Может, стоит подождать, пока институт закончите? Заодно и чувства проверите, — напрямик спросила Екатерина.
— А мы маленького ждём, — как бы между прочим сообщила Надежда, доедая котлету.
Серёжа поцеловал её и с гордой улыбкой посмотрел на домочадцев.
— Сынок. Это так неожиданно. Ой, радость-то какая, — мать не сразу обрела дар речи.
Она сначала неловко улыбнулась, но, опомнившись, бросилась обнимать сына и будущую невестку.
— Ну вы даёте. Чему радоваться? Они же совсем дети, — произнесла Екатерина, непонимающе глядя на них.
— Нет, Серёжа теперь не ребёнок. Он мужчина. Теперь у него будет семья. Бери с брата пример. Ты его старше, первая должна была замуж выйти, а так и осталась без мужчины, — возразила мать.
— Ладно. Надо к свадьбе готовиться, — сказала Екатерина.
Свадьбу сыграли быстро. Вскоре у молодых родился сын, и теперь в квартире жили уже пятеро.
— Я на работу устроился, — как-то вернувшись домой, заявил Сергей.
— Сынок. Ты бросил университет? — всплеснула руками мать.
— Да ну его. Мне теперь семью кормить нужно, — отмахнулся парень.
— Правильно, конечно, рассуждаешь, но образование нужнее, — ответила Людмила Александровна.
— Успею ещё. Когда малыш подрастёт, да и Надежда сможет работать. Сейчас не до учёбы мне, — сказал Серёжа.
Зарабатывал Сергей немного. Денег вечно не хватало, поэтому он нет-нет да и норовил занять у сестры.
— Катя. Слушай, Пете памперсы надо купить. У меня зарплата только через четыре дни. Помоги племяннику, — заглянул он к ней в комнату.
— Серёжа, сколько можно просить у меня денег? Ты и так брал в долг совсем недавно. Забыл, когда отдавать собираешься? И не стыдно тебе? — отвечала сестра.
Обычно в разговор вмешивалась мать:
— С родного брата деньги спрашиваешь?
— Я не собираюсь его семью обеспечивать. Ему думать нужно было, когда ребёнка заводил, сможет ли содержать семью, — защищалась Екатерина.
— Ага. То-то ты всё думала, додумала. Вот одна и осталась. Умная такая. Помоги Серёже. Он ведь брат твой. У него маленький ребёнок и жена, а у тебя никого. Куда тебе деньги? — подхватила мать.
— Да ладно тебе. Я же не для себя прошу, для Пети. Что тебе жалко для племянника? — миролюбиво повторял Сергей.
И Екатерина сдавалась. Девушка была бережливой, деньги направо и налево не тратила, старалась отложить некоторую сумму на всякий случай.
В тот день Екатерина вместе с коллегой решила просто пройтись по торговому центру, чтобы развеяться после работы. Они неспешно бродили по этажам, разглядывая витрины, когда Алёна вдруг подбежала к одной из них, где висела верхняя одежда.
— Смотри, какое замечательное пальто. Оно бы тебе так подошло, прямо идеально сидело бы на фигуре, — воскликнула она, указывая на модель.
— Ой. Я вообще-то не планировала сегодня ничего покупать, просто погулять хотела, — растерялась Екатерина, останавливаясь рядом.
— Да посмотри на себя в зеркало. Твоя куртка уже совсем износилась, пора её выкинуть. Когда ещё подвернётся такая вещь, красивая и по размеру? Давай померяй, ну пожалуйста, — настаивала Алёна, беря пальто с вешалки.
Екатерина поддалась на уговоры подруги, надела пальто и, взглянув в зеркало, поняла, что та права — оно сидело как влитое, подчёркивая силуэт.
— А вы можете отложить это пальто на час? Я только за деньгами съезжу и сразу вернусь, — умоляюще попросила она продавца, снимая обновку.
— Конечно. Поезжайте спокойно, ваше пальто никуда не денется, я его в сторону уберу, — ответила женщина за прилавком, забирая вещь.
— Катя, ты молодец, что решилась на покупку. Оно тебе действительно к лицу, — похвалила её Алёна, когда они вышли из магазина.
Подруга осталась ждать на улице, а Екатерина поспешила домой. Она поднялась в квартиру, чувствуя лёгкое волнение от предстоящей покупки.
— Ты что это такая взбудораженная? — спросила мать, заметив её румянец на щеках.
— Да вот в торговом центре пальто себе на осень присмотрела. Моя курточка совсем плохонькая стала, стыдно в такой на работу ходить, вся потертая и выцветшая, — объяснила Екатерина, проходя в комнату.
Она прошла в свою комнату, достала из шкафчика шкатулку, где хранила сбережения, открыла её и обомлела — внутри лежало всего несколько купюр, а раньше была целая пачка.
— Мама! У меня здесь пачка денег была, а осталось всего ничего. Что случилось? — закричала она, выходя в гостиную с шкатулкой в руках.
— Сергей. Это ты взял деньги? — Екатерина распахнула дверь в комнату брата.
— Что ты орёшь? Не видишь, Надежда сына укладывает, он только заснул, — зашипел на неё парень, оглядываясь.
— Ну я взял, и что? — добавил он тише, не вставая с места.
— Это мои деньги. Как ты мог взять их без спроса, даже не предупредив? — возмутилась Екатерина, чувствуя, как злость накипает.
— Он твой брат. Ему деньги срочно понадобились, сам знаешь, что их вечно не хватает в доме, — вмешалась Людмила Александровна, подходя ближе.
— Да. Тебе жалко для нас, что ли? Мы же семья, — подхватил Сергей, кивая.
— Мне не жалко, но ты не имеешь права залезать в мои вещи. Зарабатывай столько, чтобы не приходилось одалживать у сестры, — ответила Екатерина, стараясь не сорваться на крик.
— Да на кой тебе эти деньги сейчас? Ты же одна, ни семьи, ни детей, — парировал брат.
— Я хотела пальто купить. Наконец нашла подходящее, а теперь что? — объяснила она.
— Ну купишь в следующий раз, подумаешь. Деньги нужны были на молочную смесь для сына и на одежду. Петя, между прочим, очень быстро растёт, вещи малы становятся. А ты только о себе думаешь. Тоже мне сестра, — отмахнулся Сергей.
В этот момент в комнату зашла Надежда, аккуратно закрывая за собой дверь.
— Тише вы. Я только ребёнка уложила, он сегодня плохо ночь спал. Выйдите все из спальни, устраивайте разборки в другом месте, — прошептала она, подходя к ним.
— Надежда. А почему на тебе моя кофточка? Это моя единственная выходная кофта, я её берегла, — теперь Екатерина изумлённо посмотрела на невестку.
— Да как ни в чём не бывало. Я что-то замёрзла, у себя в гардеробе ничего подходящего не нашла, а у нас с тобой размер одинаковый. Тебе жалко, если я немного поношу в этой кофте? Не думала, что для тебя она много значит, — ответила девушка, поправляя рукава.
— Ну извини, это уже переходит всякие границы. Мало того, что вы у меня деньги взяли без спроса, так и на мою одежду глаз положили. Совсем совести нет, — сказала Екатерина, чувствуя ком в горле.
Она не выдержала и расплакалась, прикрывая лицо руками.
— Да чего ты тут разоралась? Мы одна семья. У нас должно быть всё общее, делиться надо, — сказал брат, поднимаясь.
Екатерина не выдержала и выбежала из квартиры на улицу, захлопнув дверь.
— Катя, что стряслось? — в тревоге спросила Алёна, увидев её расстроенное лицо и слёзы.
— Мы никуда не едем, не берём пальто. Всё отменяется, — объявила Екатерина, пытаясь унять слёзы, но они непроизвольно текли по щекам, а руки дрожали.
— Почему? — удивилась подруга, подходя ближе.
— У меня нет денег, чтобы оплатить покупку. Серёжа забрал для сына, сказал, что им нужнее, — объяснила Екатерина.
— Вот бессовестный. А его Надежда, оказывается, носит мою одежду, взяла без спроса, — возмутилась Алёна.
Екатерина не выдержала и разрыдалась в голос, опустив голову.
Алёна обняла её, пытаясь утешить.
— Успокойся, всё образуется. Найдём выход, — сказала она мягко.
— Ничего не образуется. Мне домой не хочется идти, там сплошные упрёки, — ответила Екатерина сквозь слёзы.
— Ну так сними комнату отдельно. Чтобы не зависеть от них, — предложила Алёна.
— А где я деньги возьму? Они тянут из меня всё, что я зарабатываю, сыном прикрываются. И никуда мне не деться, даже мама на их стороне. Остаётся только терпеть и молчать, — вздохнула Екатерина.
С того дня девушка старалась бывать дома как можно реже, чтобы избежать конфликтов. Жизнь в семье Людмилы Александровны только немного вошла в спокойный ритм, когда пришла беда, откуда не ждали.
День на работе у Екатерины выдался суматошным — она даже не успела пообедать, бегала между задачами. Внезапно раздался телефонный звонок.
— Катенька. Несчастье случилось, даже не знаю, как сказать, — услышала она в трубке голос тёти Светы, соседки бабушки.
Екатерина насторожилась, чувствуя неладное.
— Тётя Света, с бабушкой что-то? — спросила она, затаив дыхание.
— Полину-то утром скорая забрала. Инсульт, говорят, тяжёлый, — ответила женщина, и в голосе послышались слёзы.
Пожилая женщина заплакала открыто.
— Я зашла к ней в гости, а она мне дверь не открыла. Я стала звонить, она не отвечает. Я забеспокоилась. Хорошо, что у меня ключ был от её квартиры, Полина мне дала его на всякий случай, вот и пригодился. Захожу, а она на полу лежит, шевелиться не может, только мычит. Я скорее скорая вызвала. Ты, Катенька, поезжай к бабушке, узнай, как она там, да мне потом позвони, — продолжила тётя Света.
Екатерина отпросилась у начальства и помчалась в больницу. По дороге она вспоминала бабушку — Полину Васильевну, сухонькую седовласую женщину, на лице которой редко появлялась улыбка.
"Зачем я еду к ней?" — думала девушка, глядя в окно такси. Мы никогда не были с ней близки, она всегда держалась на расстоянии. Бабушка отвергала любые попытки помочь ей, то ли гордость мешала, то ли профессия преподавателя в университете наложила свой отпечаток. Сколько себя помню, она маму не жаловала, относилась свысока, а после смерти папы и вовсе перестала с нами поддерживать связь. Её ведь даже соседи недолюбливали, говорили, что чопорная и ехидная. Как она примет меня? А кто кроме тебя поехал бы? — спросила Екатерина сама у себя. Мама её на дух не переносит, а Серёжа — его можно вообще в расчёт не брать. А я не могу её оставить без помощи, это неправильно.
— Здравствуйте. К вам недавно пожилая женщина поступила, Полина Васильевна, — Екатерина подошла к окну регистратуры.
— Да. Есть такая, — ответила регистратор, посмотрев в монитор компьютера.
— Могу я поговорить с её лечащим врачом? — попросила девушка.
Женщина кому-то позвонила и взглянула на посетительницу.
— Проходите по коридору направо. Доктор ждёт вас в ординаторской. Только халат наденьте, — сказала она.
Екатерина остановилась перед дверью, потом осторожно постучала и вошла.
— Это вы насчёт Полины Васильевны поговорить хотели? Садитесь, — спросил мужчина в белом халате, сидящий за столом.
Он указал на мягкий диван, сам остался за столом, держа в руках медицинскую карту.
— Вы её родственница? — уточнил врач.
— Внучка. Как она? — ответила Екатерина.
— Состояние тяжёлое. Ей оказали всю необходимую помощь, стабилизировали. Явной угрозы жизни нет, но... — сказал он.
Он развёл руками.
— Это инсульт. У Полины Васильевны сильно нарушены двигательные функции. Не буду вселять в вас беспочвенные надежды, — продолжил врач.
— Что это значит? — спросила Екатерина, чувствуя холодок по спине.
— Сама она передвигаться не может и вряд ли когда-нибудь сможет, — объяснил он.
— Но ведь можно пройти курс реабилитации. Я знаю, если помочь вовремя, люди встают на ноги, — возразила девушка.
— К сожалению, это не ваш случай. То самое драгоценное время, о котором вы говорите, было потеряно ещё до приезда скорой, — ответил врач.
— И что же теперь делать? — растерянно спросила Екатерина.
— Первое время Полина Васильевна побудет в больнице. Мы понаблюдаем за ней, проведём все необходимые лечебные процедуры, но нам потребуется ваша помощь. На всех лежачих больных младшего персонала не хватает. Вам придётся приезжать и самой ухаживать за Полиной Васильевной, — сказал он.
Екатерина кивнула, а потом спросила:
— Могу я её увидеть?
— Можете. Предупреждаю, говорит она плохо, последствия инсульта, — ответил врач.
— Идёмте, я провожу вас, — добавил он, вставая.
Продолжение :